Как же давно я не слышал её голоса. Не скучал, конечно, но эмоции вызывает сильные. Как тогда, когда случайно находишь вещь, утерянную много лет назад. А тут не вещь, а целый потопленный корабль.
– Вот Вася и выбрала для этого нашу местную художественную школу, – с гордостью за дочь продолжает Анна.
– Как замечательно! – Мама буквально разрывается от восторга. – Значит, задержишься здесь? Гордей к нам вот тоже на весь месяц приехал, можете погулять как-нибудь или сходить куда-то…
– Мам. – Предупреждающе смотрю на маму. – Мы разберёмся.
– Что я такого сказала? – Мама хлопает глазами и в поиске поддержки смотрит на Василису.
– Тётя Оль, боюсь, мне надо готовиться к практике.
– Ох, конечно, – раздосадованно вздыхает мама, а я впервые сам поднимаю глаза на Васю. Не поддержала мамину идею, отказалась от встречи со мной. Значит, переживать и правда не стоит. Прошлое осталось в прошлом.
Едва заметно киваю ей в знак благодарности. Вася кидает в ответ понимающую улыбку, и я невольно останавливаюсь взглядом на её губах, покрытых лёгким блеском. Раньше Вася не красилась.
– А у тебя, Гордей, как дела? – спрашивает Всеволод. – Видел, у тебя недавно ещё одна книга вышла. Купил, но ещё не успел прочитать. Предыдущая про королей была очень занятной. Всё уговариваю Ваську прочитать, но она ни в какую – говорит, что фэнтези ей неинтересно.
«Неинтересно» – почему-то именно это слово задевает меня. И вместо того чтобы порадоваться ещё одному признаку Васиного безразличия ко мне, я чувствую лёгкое негодование.
– Просто времени пока нет, – подаёт голос Василиса и смотрит на меня виновато, мол, прости моего отца, глупость сморозил.
– Ничего, – вывожу безразличие в голосе до максимума, – понимаю.
– А сейчас о чём пишешь? – снова спрашивает Всеволод.
– Кхм. – Облизываю губы, обдумывая, говорить или не говорить, и всё же говорю: – О любви.
Василиса тихо хихикает, и я спрашиваю немного резко:
– Что?
– Прости, – снова виноватый взгляд, – я не хотела. Просто ты и любовь… вау!
– Что-то не так?
– Нет, нет, – извиняющимся тоном говорит Вася, но её зелёные глаза снова озорно горят, – эту книгу я бы прочитала. Правда.
Разговор плавно перетекает в обсуждение предстоящего похода. Вернее, общаются больше наши отцы, мы же с Василисой просто молча слушаем. Мне казалось, что хуже, чем сегодняшний вечер, быть не может, но, когда Всеволод сообщает, что с нами в поход пойдёт ещё и Василиса, я буквально давлюсь только что выпитым морсом.
Знал бы, ни за что бы не приехал. Ходил бы по всем заготовленным Борисом мероприятиям и радовался. Только вот поздно давать заднюю. Отец меня уже никуда не отпустит.
– А разве тебе не надо готовиться к практике? – Ловлю Василису в коридоре, когда их семейство собирается уходить. – Какой поход?
– Слушай, я не совсем понимаю. – Василиса бойко поднимает голову, и я на мгновение теряюсь, видя её глаза так близко.
– Не думаю, что это хорошая идея.
– Так не иди, – со всей серьёзностью говорит она. – Я хочу провести время с отцом. А если ты боишься, что я снова начну тебе докучать, то не беспокойся, это давно в прошлом.
Молчу. Чувствую себя кретином. Взгляд Васи смягчается, и она добавляет:
– Мы были детьми, Гордей. У меня после школы уже были отношения, так что предлагаю просто начать с чистого листа.
И правда, прошло больше восьми лет, глупо было бы предполагать, что Василиса до сих пор по мне сохнет. Точно кретин. И, чтобы разрядить повисшую неловкость, отшучиваюсь:
– Красавчик хоть?
Василиса хмыкает и расплывается в улыбке.
– Ну до тебя ему далеко, – смеётся она.
– Этого могла бы и не говорить. И так понятно, – тоже улыбаюсь я.
– Тогда до встречи?
– До встречи.
Дверь за семейством Бондаревых закрывается. Через минуту в их окнах загорается свет.
– Правда, Васька хорошенькая? – спрашивает меня мама.
– Мам, я спать. – Зная свою мать, понимаю, что на такие разговоры лучше не вестись. Одно неосторожное слово – и они с Анной побегут нас с Васей сватать.
Мама разочарованно цокает, а я поднимаюсь в свою комнату. Взгляд падает сначала на открытый ноутбук, лежащий на подоконнике, а затем на горящее окно соседнего дома. Интересно получается – начал писать о первой школьной любви и сразу же получил флешбэк из прошлого. Что ж, добро пожаловать в Берёзки. Что-то мне подсказывает, что сюрпризы только начинаются.
Глава 3. Необычное предложение
Полина
– Полечка, ты в кофейню? – выглядывает в коридор бабушка.
– Да, ба, – отзываюсь, натягивая кеды.
– Купи на обратном пути молоко и яйца, пожалуйста, – просит она. – И французские булочки.
– Хорошо!
Три дня как я живу у бабушки. Три дня как длится наше с Гордеем пари. И три дня как я бьюсь над началом второй главы. Как и подсказал Гордей, решила писать городское фэнтези. Современная Москва, но с вампирами. Вся власть в руках кровопийц, а люди – лишь рабочие руки без права голоса. Любовная линия, конечно, тоже есть, но не она является основой сюжета. В этом-то вся сложность – я привыкла завязывать всё вокруг любви.
За эти дни я успела немного приобщиться к жизни на Красной Поляне. Теперь я знаю, где местные покупают спелые овощи и фрукты, где лучшая молочка в посёлке, а где продаётся самая свежая выпечка. В Москве я в основном пользовалась одними доставками, но здесь, несмотря на наличие всех благ цивилизации, краснополянцы предпочитают ходить за покупками сами. Оно и неудивительно – то, что продаётся в местных лавках, не идёт ни в какое сравнение с продуктами из супермаркетов. Хотя могу поспорить, дело ещё и в очаровательных продавцах, с которыми можно обсудить самые последние сплетни.
Толкаю дверь кофейни и сразу замечаю кудряша. Все эти дни он работал только в вечерние смены, поэтому, придя сюда за утренним кофе, я никак не ожидала его увидеть.
Сегодня вместо чёрной футболки с логотипом кофейни на нём широкая сиреневая зипка, а отросшие кудряшки не скрывает докер. На его столе нет ни ноутбука, ни телефона, ни книги. Он просто сидит, расслабленно вытянув ноги, и смотрит в окно. Может, ему тут наливают бесплатный кофе, иначе зачем сидеть на работе в нерабочее время?
Беру латте и выхожу на улицу. Сегодня хочется посидеть на веранде. По привычке достаю из сумки ноутбук, но не успеваю его открыть, как рядом раздаётся мужской голос:
– Что ты делаешь? – Кудряш беспардонно плюхается рядом на деревянную лавку.
А это вообще нормально – вот так лезть к незнакомому человеку? В Москве никто так не делает. Однако решаю не выпендриваться,