Поистине бывают чудеса на свете.
Они разбредаются по огромному залу на втором этаже, где стоят столы с едой – фуршетные, потому что Лю Лянь сочла, что так будет удобнее всего. Здесь тепло, даже жарко, очень светло, играет какая-то ненавязчивая легкая мелодия… и снова много золота.
Ши Дин испаряется в направлении столов с едой. Лю Лянь с Бао Фэном поднимаются по лестнице на третий этаж, скрываясь из виду. Фэй Чжао высматривает среди гостей семейку Хо – он так надеялся, что их машина застрянет в снегу! – которые стоят рядом с отцом и матерью Бао Фэна, разодетыми в бело-золотое. Видит собственных приемных родителей, колдующих с бутылками алкоголя на столе, – и, поймав их взгляды, вместе с Лю Лэем коротко кивает. Замечает Хунь Лана с Гань Юэ – и думает невольно: ничего себе, у Гань Юэ такая красивая бежевая рубашка.
Разглядев наконец братьев Цзюэ, отошедших в дальний угол, Фэй Чжао невольно приоткрывает рот в изумлении. По большей части от внешнего вида Цзюэ Мэя, который выглядит еще идеальнее, чем обычно.
Шелковая рубашка глубокого синего цвета. Светло-серебристый костюм с приталенным пиджаком, такого же оттенка туфли и галстук-бабочка. Цветок в петлице – Фэй Чжао не очень разбирается, но, кажется, орхидея. Объемная заколка в волосах, не просто убранных на этот раз в хвост, а заплетенных в несколько плотных, собранных вместе у затылка кос. И привычный кулон.
Это точно Цзюэ Мэй? Может, это пришелец с другой планеты?
– Мэй-гэ! Мин-гэ! – окликает Фэй Чжао через ползала. И машет рукой, когда они оборачиваются.
Цзюэ Мин приветливо улыбается и тут же, поманив за собой брата, направляется в их сторону. Он выглядит почти так же, как Цзюэ Мэй, только вместо кос у него замысловатый пучок на макушке, закрепленный серебряной шпилькой с маленькими украшениями-бусинами. Подошедший Цзюэ Мэй смотрит странно. У Фэй Чжао создается ощущение, словно его сканируют взглядом от макушки до самых носков туфель. Поведя плечом, он сбрасывает это ощущение.
– Как дела, Мэй-гэ? – спрашивает радостно.
– Много людей, – негромко отзывается Цзюэ Мэй.
– О, – произносит Фэй Чжао, понимая, хотя это почти не ответ. Вряд ли Цзюэ Мэй часто бывал на подобных мероприятиях, и вообще со своими жирнющими тараканами в голове он похож на истинного социофоба, избегающего скоплений людей. – Ну ничего. Если хочешь, просто держись поближе ко мне. Я никому не дам тебя в обиду!
Цзюэ Мин приглушенно смеется – похоже скорее на просто более громкий, чем обычно, прерывистый выдох. Лю Лэй следом издает дурацкое хрюкающее хмыканье. Фэй Чжао ожидает, что Цзюэ Мэй в очередной раз окинет его ледяным взглядом и уйдет куда-нибудь подальше. Но тот – поразительно – кивает. И остается в их компании.
Этот вечер становится все интереснее и интереснее с каждой секундой.
Официальная часть, на которой присутствуют взрослые, длится не очень долго. Полчаса, наверное, если не меньше. Бао Фэн торжественно и с соответствующей музыкой, которую переключает кто-то из его многочисленных двоюродных-троюродных братьев, делает предложение Лю Лянь и дарит ей кольцо. Родители обеих семей выражают свои пожелания и дают благословение на дальнейший брак, который «обсудят позже». После этого все «дети» остаются в особняке для своеобразного продолжения банкета, а взрослые уезжают в кафе, чтобы отпраздновать отдельно.
Лю Лянь явно хорошо с Бао Фэном. Она подходит пару раз, заметно разрываясь между тем, чтобы остаться с семьей, и тем, чтобы посвятить все внимание ему. Лю Лэй мягко и с улыбкой, чуть пригладив сестре волосы, заявляет, что ей нет необходимости стоять рядом с ними, если она хочет «провести время со своим женихом». Фэй Чжао представления не имеет, сколько выдержки ему понадобилось, чтобы это сказать, но Лю Лянь выглядит безумно счастливой. И действительно весь вечер потом не отходит от Бао Фэна.
Хунь Лан тусуется с Гань Юэ где-то в дальней части зала. Их хорошо видно: бежевое и красное пятна трудно потерять даже среди слепящего глаза золота. Ши Дин зависает в компании подруг Лю Лянь. Братья Цзюэ остаются с Фэй Чжао и Лю Лэем. Хо Ан не подает признаков активности, так что Фэй Чжао решает наконец расслабиться.
Конечно же, он пьет. Не забывая прихватывать что-нибудь со стола время от времени, разумеется, и ограничиваясь на сегодня бокалами тремя. Его цель не напиться, а повеселиться. От алкоголя слегка кружится голова, но у Фэй Чжао есть потрясающий талант пить и не пьянеть – в смысле, сохранять сознание кристально-ясным, как и в трезвом состоянии.
Цзюэ Мин с Лю Лэем – который тоже не пренебрегает вином – о чем-то тихо разговаривают в стороне. Хотя как можно разговаривать, когда музыку переключили и зачем-то прибавили так, что басы почти физически давят на уши, Фэй Чжао искренне не понимает. Танцевать под нее тоже нереально, потому что музыкальный вкус у Бао явно отсутствует напрочь.
Цзюэ Мэю, наверное, некомфортно. Фэй Чжао замечает, как он сжимает пальцами краешек пиджака, правда тут же быстро отпустив, будто это была лишь мимолетная слабость, и как дрожат ресницы, когда он прикрывает глаза, прячась от бликов.
– Мэй-гэ, – произносит Фэй Чжао, отвлекая его, – тебе не нравится музыка?
– Слишком беспорядочная, – кивает Цзюэ Мэй.
– А расскажи, какая тебе нравится, а? Я потом, может, что-нибудь у себя найду и в мессенджере скину.
Цзюэ Мэй лаконично перечисляет несколько примеров – и Фэй Чжао берет на заметку. Он действительно собирается порыться в своем плейлисте и поискать похожее.
Они разговаривают, перескакивая с темы на тему, и Цзюэ Мэй – поразительно – внимательно слушает, периодически добавляя что-то или задавая уточняющие вопросы. На косах и серебре пиджака скользят пятна света от ламп, неуловимо сглаживая острые холодные углы, из которых, кажется, Цзюэ Мэй весь состоит. И в глазах его – кажется или нет? – мелькает проблеск мягкого выражения.
Фэй Чжао более чем доволен: еще бы, он тринадцать с лишним лет вообще к Цзюэ Мэю подступиться не мог, чтобы хоть немного подружиться. И теперь у него даже не возникает ни малейшего желания подколоть Цзюэ Мэя, назвав его привычным «мэймэй» [16] – все-таки привлекать внимание уже не нужно.
Один раз Фэй Чжао предлагает немного вина и Цзюэ Мэю, но его мягко останавливает от этой идеи тут же