Теперь можно их ненадолго оставить, чтобы заняться рубашкой Лю Лэя.
Перед тем как началось мероприятие, Цзюэ Мин предусмотрительно попросил Бао Фэна показать, где находятся уборные. И аккуратно тянет чуть ли не посекундно оглядывающегося Лю Лэя в сторону одной из них, как раз на втором этаже, в конце уходящего влево коридора. Форма особняка Бао, напоминающая лук с сильно изогнутыми плечами, конечно, несколько непривычна, но к ней можно приспособиться.
Уборная, как и весь остальной дом, выглядит… богато. Наверное, даже слишком. Такое количество золотых украшений несколько утомляет взгляд.
– Криворукий идиот, – бормочет Лю Лэй, когда Цзюэ Мин, заведя его в уборную, защелкивает дверь. – Ты умеешь убирать пятна от вина?
– Не от вина. От ягодного сока. По сути, это мало чем отличается. – Цзюэ Мин приподнимает уголки губ: если не знать Лю Лэя, можно подумать, что «криворукий идиот» относилось к нему. – У меня ведь нет сестры.
Лю Лэй краснеет. Отвернувшись, он снимает пиджак, бесцеремонно закидывая на пустой крючок для полотенец. Ослабляет и стаскивает через голову галстук, отправляя туда же. И торопливо расстегивает рубашку. Тяжелый для Цзюэ Мина дух спирта, перемешанный со слабым запахом травяного мыла, которым наполнена уборная, едко щекочет ноздри.
– Ты намекаешь, что я бытовой инвалид, понятно, – ворчит Лю Лэй. Слышно, что он чуть иначе произносит слова. Это не назвать выражением «заплетается язык», но влияние алкоголя заметно.
– Я этого не говорил, – тихонько смеется Цзюэ Мин.
С фыркающим смешком передав ему рубашку, Лю Лэй садится на край ванны, скрещивает руки на груди и чуть поводит плечами: здесь прохладнее, чем в остальных помещениях. Его мышцы туго перекатываются под гладкой кожей, покрытой множеством шрамов, больших и маленьких, длинных, широких и даже мелких, круглых на плечах и спине – такие, кажется, остаются от неудачно вскрытых прыщей.
У Лю Лэя, очевидно, было очень насыщенное детство и не менее насыщенная юность. Цзюэ Мин может похвастаться разве что несколькими шрамами на спине и предплечьях от когтей тварей. В основном он в своей жизни получал синяки.
Цзюэ Мин тоже снимает пиджак, правда, вешает значительно бережнее, чем Лю Лэй. Закатывает рукава. Аккуратно промакивает испачканное место на рубашке бумажным полотенцем. А потом тщательно застирывает с мылом. Лю Лэй наблюдает за ним – Цзюэ Мин под его внимательным, немного удивленным взглядом чувствует себя творящим какое-то неведомое волшебство.
– Как думаешь, он серьезно? – вдруг спрашивает Лю Лэй.
– Кто, Хо Ан? – уточняет Цзюэ Мин. В ответ – короткий кивок. – Он поменял бокалы. С учетом этого факта… вряд ли там действительно что-то было подмешано.
– А если они себе тоже подсыпали, но какой-нибудь антидот приняли? – не унимается Лю Лэй. Его пальцы сжимаются на плечах.
– Сяо Лэй, ты явно переоцениваешь умственные способности Хо Ана, – замечает Цзюэ Мин. – К тому же он правильно сказал, здесь много людей. – Он вскидывает взгляд. – Тебя что-то беспокоит?
– Меня все беспокоит, учитывая, что мы оставили этого придурка там с а-Чжао наедине. Просто какое-то… предчувствие.
– Не наедине. Еще в зале остался Мэй-эр. И другие гости. Уверен, ты зря так сильно волнуешься.
Судя по выражению лица Лю Лэя, доводы его не убедили. Но возражать он больше не пытается.
Чтобы просушить застиранное, Цзюэ Мин использует висящий у зеркала фен. Он спрашивал у Бао Фэна, можно ли пользоваться различными бытовыми предметами, если вдруг понадобится, и тот дал согласие. Рубашка в итоге выглядит почти белой. На месте бывшего насыщенно-красного пятна под определенным углом слегка видно розовое, как слабый перламутровый отлив, но это потом легко решится с помощью стиральной машины.
– Тебе, похоже, не нужна будет жена, – хмыкает Лю Лэй.
– Моей жене придется соответствовать очень многим критериям, чтобы ее кандидатуру одобрил отец. Так что, наверное, я предпочту остаться холостяком. Одевайся, и пойдем обратно в зал. Думаю, пиджак трогать не имеет смысла, на нем пятен не видно.
Вернувшись, Фэй Чжао они в зале не обнаруживают. И Хо Ана тоже. И Цзюэ Мэя.
Только на полу по-прежнему бокал, выпавший из руки Лю Лэя, с нетронутой лужей вина вокруг него, – и еще один, пустой, видимо принадлежащий Фэй Чжао. Цзюэ Мин чувствует, как сердце проваливается вниз, обрастая ледяной коркой. Лю Лэй беспокойно оглядывается. В зале снова гремит музыка, бессмысленная, слишком громкая, закладывающая уши, и Цзюэ Мину кажется, что пульс молотом бьет по вискам в такт с ней.
– Куда они все подевались? – В голосе Лю Лэя дрожит тревога.
У Цзюэ Мина вибрирует в кармане телефон. Он вздрагивает, тянется за ним, достает, чуть не выронив из внезапно ставших нетвердыми рук. На экране высвечивается уведомление-предупреждение от трекера, которое едва не заставляет его действительно выронить телефон на пол.
«Внимание! Местоположение Вашего транспортного средства не совпадает с Вашим местоположением более чем на сто метров, и оно находится в движении. Если Вы не доверяли кому-либо управление автомобилем, рекомендуем обратиться…»
Он не дочитывает. Чудом не срываясь на бег, держась на жалких остатках самоконтроля, которые дрожат глубоко внутри натянутыми струнами, быстро спускается по лестнице, той, что правее. Выглядывает в окно, залепленное хлопьями снега, – машина не стоит у ворот. Торопливо подходит к вешалкам у входа, проверяет внутренний карман – ключей нет. А куртки Цзюэ Мэя и Фэй Чжао – есть.
Почему?
Почему, почему, почему?
Спустившийся следом Лю Лэй спрашивает, что случилось. Кажется, даже не раз. А Цзюэ Мин не может ответить, у него перехватывает горло и заполняет пустотой мозг. Он ничего не понимает. И даже вопросы слышит и воспринимает как сквозь толстый слой воды и не может заставить собственные мысли двигаться в вязкой, захватившей разум панике, чтобы понять.
Что происходит?!
– Эй, вы!
Голос принадлежит Хо Ану. Громкий, его хорошо слышно даже через музыку, и Цзюэ Мин поворачивается на звук. Оба брата Хо выходят из изгибающегося вправо коридора. И выглядят так, словно их кто-то избил: у Хо Ана рассечена губа, его брат держится за плечо.
– О боги, что… – выдавливает Цзюэ Мин. – Что случилось?
– Твой брат ненормальный, вот что случилось! – сплевывает Хо Ан. – Взял и набросился на нас, а потом сбежал! Ты хоть представляешь, что ему теперь будет?!
Голова начинает кружиться. Цзюэ Мэй? Набросился? Нет, нет, просто невозможно, с кем угодно, только не с братом. У него должны были быть очень серьезные основания, чтобы ударить кого-либо. Цзюэ Мэй бы никогда…
Где он? И где Фэй Чжао? Почему Хо Ан здесь, а они оба нет, хотя куртки на вешалке?
Лю Лэй что-то кричит, Хо Ан переругивается