Пытаясь расплести клубок мыслей, Су Ен в полном молчании вышла из машины и даже не слышала слов Юн Хо. Возможно, тот пожелал ей хорошего дня и напомнил о вечернем посещении галереи. Су Ен этого не знала, с головой утонув в собственных мыслях.
Юн Хо, [18:15]
Даже это простое сообщение так и вибрировало от невысказанного недовольства господина Хвана. И насмешки. Что ж, да, было сложно не ехидничать, когда «противником» волколака был художник-ругару. Что он мог сделать с Юн Хо? Пририсовать ему уродливый нос? Да пожалуйста!
Сидя в машине, Юн Хо опустил взгляд на экран смартфона, на котором была открыта переписка с госпожой Кан.
Госпожа Нареченная, [18:17]
Радовало уже то, что она не стала заставлять его ждать в машине, а собиралась взять с собой, куда бы она там ни направлялась. Юн Хо занял свободное место на небольшой парковке и, предполагая, что ожидание не займет много времени, спокойно выбрался из салона.
Как раз вовремя, ведь Су Ен, на ходу поправляя голубое тонкое пальто, направлялась прямо к нему. Слишком целеустремленно, словно куда-то опаздывала.
Ответом стало урчание, которое донеслось до слуха Юн Хо и заставило его беззастенчиво улыбнуться. Возможно, ему стоило напомнить своей нареченной про перекус еще днем. Но вообще-то он тоже в последний раз ел утром. Потом навалились дела в агентстве. Например, пришлось преподать урок молодняку. Это заняло у Юн Хо столько времени, что он боялся опоздать к госпоже Кан.
– Мы могли бы заехать куда-нибудь. – Юн Хо махнул в сторону машины, когда заметил, как очаровательно заалели уши его Су Ен. Она явно не рассчитывала, что Юн Хо услышит, как урчит ее живот. – Тут есть неподалеку одно место.
Единственное, что сделала Су Ен, – это закинула пакет на заднее сиденье авто, а после, задержавшись на Юн Хо долгим взглядом, зачем-то кивнула. Казалось, в ее голове состоялось собрание тараканов, которые единогласно решили принять Хван Юн Хо в какую-то их тайную организацию.
Юн Хо чуть не подавился смехом, когда они подошли к совершенно обычному круглосуточному супермаркету. Внутри их встретил паренек, скорее всего, студент на подработке. И выглядел он крайне уставшим, будто не спал последние двое суток.
– Такого я точно не ожидал. – Юн Хо кинул пиджак на один из стульев, которые стояли возле протянувшегося перед окном длинного подобия стола. Хотя… это больше походило на широкий подоконник. Юн Хо засучил рукава рубашки.
– Думали, я ем только из фарфоровой посуды золотыми приборами? Что ж, спешу вас огорчить. Я люблю копчан [5], который готовят неподалеку отсюда в небольшом семейном ресторанчике. Там обычно шумно, но аджумма [6] всякий раз кладет мне много кимчи. – Сложно было не заметить, как загорелись глаза Су Ен от рассуждения про еду. То ли она была слишком голодна, то ли действительно любила дешевые, но уютные забегаловки. – И бутылочку соджу… – Протяжное «м-м-м» в очередной раз заставило Юн Хо улыбнуться.
Уже в который раз госпожа Кан Су Ен открывалась перед ним с новой стороны. И нравилась ему все больше.
– Я знаю местечко, где подают отменное юкхве [7], – между тем добавил Юн Хо, помогая госпоже Кан нести пару коробочек к кассе. Со стороны и не скажешь, что внутри миниатюрной Су Ен поместятся две порции лапши и по упаковке маринованного дайкона и кимчи. Но и тут Юн Хо мог ее недооценить.
Если бы не офисный костюм и длинное пальто, Юн Хо, наверное, и не признал бы в фигуре своей нареченной наследницу целой корпорации.
– С дольками груши, – закивала Су Ен, будто составляла меню на завтрашний вечер. – И еще бы бутылочку макколли [8]. – Возможно, Су Ен взяла бы под лапшу пива, но им еще нужно было как-то доехать до галереи. У Хек явно не придет в восторг, если от Су Ен в самый разгар выставки будет нести алкоголем. Впрочем… судя по набранной еде, Су Ен не особо-то и заботилась о том, чем от нее там может пахнуть. – Нужно будет как-нибудь туда сходить, – задумчиво произнесла Су Ен, оплачивая покупку.
Юн Хо тоже прикупил себе острую лапшу, которая обычному человеку выжгла бы все внутренности. Видимо, волколак от рождения любил острые ощущения.
На самом деле было не так уж неожиданно, что перевертыши любят потрошки и сырое мясо. Больше удивляло то, с каким аппетитом Су Ен собиралась есть обычную лапшу быстрого приготовления.
Спустя пару мгновений по супермаркету растекся запах специй и маринованных закусок, которыми с энтузиазмом хрустела Су Ен.
– Если хотите, угощайтесь, я одна все не съем. – Пока заваривалась лапша, Су Ен пододвинула кимчи и кактуги [9] поближе к Юн Хо. Конечно, она лукавила, скромничая по поводу своего аппетита. После целого дня без еды Су Ен казалось, что она готова скупить полсупермаркета. Возможно, чуть позже, когда придется надевать платье, она об этом пожалеет. Но сейчас ее все устраивало.
– Приятного аппетита, госпожа Кан.
Ближайшее время в магазине раздавалось лишь шуршание палочек по картонным стенкам коробочек да довольное сопение перевертышей. Говорить совершенно не хотелось, а молчание было настолько комфортным, что Су Ен прикрыла глаза от удовольствия.
Честно говоря, после ужина она мечтала просто вернуться домой и укутаться в одеяло, чтобы сохранить эти теплые чувства, а не снова оказываться вовлеченной в шум толпы.
Доев, Су Ен положила подбородок на ладонь и тяжело вздохнула. Ее увлекли люди за окном, которые спешили по своим делам. Конечно, не все куда-то бежали.
Вот, например, пожилая пара улыбалась друг другу, неспешно проходя мимо супермаркета. Недалеко от них, звонко смеясь, пробежал ребенок. А следом, делая селфи, шла девушка. Жизнь вокруг кипела, а у Су Ен складывалось ощущение, что она стоит на месте. Не только физически, но и морально. Ничто не менялось. Ежедневная рутина все больше давила на плечи, а мигрень усиливалась изо дня в день.
– Мы можем не ехать. Ваш друг поймет, если вы сошлетесь на плохое самочувствие. – Юн Хо успел отнести мусор, пока Су Ен самозабвенно смотрела в окно. Она неспешно повернула к нему голову и легко улыбнулась. То ли Су Ен наконец-то расслабилась в его присутствии, то ли еда ее настолько задобрила, что ей совершенно не хотелось показывать свои иголки.
– Спасибо. – Су Ен не знала, за что благодарила волколака, но отчего-то почувствовала, что должна это сказать. – Но нам