– Я помню, как Чон Иль принес домой маленькую девочку.
Су Ен почувствовала, как Йе Ри сжала ее ладонь в своих пальцах. Этот добрый жест едва не обрушил на Су Ен целую лавину эмоций. Глаза защипало от подступивших слез. И тихое тоскливое Хван Чон Иль зашуршало в голове. Ее спаситель. Имя того, кому она была обязана жизнью и кого даже не могла поблагодарить за это.
– Я узнала тебя, Кан Су Ен. – С каждым новым словом госпожа Хван все ярче улыбалась. – Юн Хо был маленьким, поэтому не запомнил. Но мы, волколаки, неплохо узнаем запахи, почуяв их лишь раз. Стоило мне увидеть тебя рядом со своим сыном, дорогая, и я вспомнила. Тонкий аромат морозной черники. Тот ребенок пах так же.
– Но почему вы ничего не сказали? – Су Ен быстрым движением утерла слезу, которая потекла по щеке. – Быть может, тогда бы и я все вспомнила быстрее.
– Ароматы для волколаков сродни сигналам. – Йе Ри осторожно начала разминать пальцы Су Ен. – Тогда, много лет назад, я поняла, что маленькая волчица попала в передрягу, в которой не каждый взрослый остался бы в здравом уме. Яркий след лисов говорил красноречивее слов. Честно говоря, я надеялась, что ты не помнишь ничего о том, что с тобой произошло.
К удивлению Су Ен, госпожа Хван оказалась куда более тактичной и мягкой, чем можно было подумать о волколаке. Она подбирала слова так умело, что на сердце у Су Ен обжигающе потеплело. Словно кто-то зажег в ее грудной клетке маленький костерок.
– Я просто хотела сказать спасибо вашей семье. – Су Ен склонила голову в поклоне, но в ответ услышала недовольное причмокивание.
– Ты уже отблагодарила нас тем, что стала частью этой семьи.
Глава 21
Самодовольный волколак, [17:26]
Су Ен, [17:26]
Впервые в жизни Су Ен захотелось поставить кучу сопливо-романтичных смайликов, которыми разбрасываются влюбленные в дорамах.
Но, поборов это желание, она сделала фотографию и отправила ее нареченному. Вышло неплохо. Су Ен оценивающе посмотрела на сделанный кадр и лукаво улыбнулась. Возможно, стоило все-таки надеть платье прежде, чем позировать перед зеркалом.
Смартфон затрезвонил спустя долю секунды после того, как сообщение было прочитано.
– Слушаю вас, господин Хван? – Су Ен растягивала слова, вышагивая по комнате в новых туфлях и симпатичном черном комплекте нижнего белья.
– Я только что твоими стараниями чуть не испортил документ о продлении аренды здания, – вибрирующе рокотал голос Юн Хо.
– Тогда вам не стоит отвлекаться на телефон во время работы. – Су Ен сняла с вешалки черное облегающее платье. До встречи с Юн Хо она бы никогда его не надела. Даже не посмотрела бы на него. Но сейчас, когда имена не так сильно тревожили, Су Ен могла позволить себе и оголенные плечи, и вырез чуть больше обычного.
Но ее до сих пор бросало в дрожь от одной мысли, что кто-то, кроме ее волколака, будет к ней прикасаться. Лишь на мгновение, что было ровно на десять секунд меньше, чем во время прошлых приступов, в подсознании всплыла сладко улыбающаяся физиономия старика со сливами.
Однако Су Ен прикрыла глаза и глубоко вздохнула, избавившись от запаха подгнивших фруктов. Здесь еще пахло Юн Хо: зеленый чай, бальзам после бритья и ментоловые леденцы. Его запах помог унять дрожь и вернуть почти потерянное ощущение реальности.
– А вам, госпожа Кан, стоит задуматься о том, что я могу с вами сделать, получив от вас фото в одном нижнем белье.
Су Ен услышала, как Юн Хо закрыл дверь кабинета, а следом – его тихие шаги и шуршание колесиков кресла по полу.
– И что же? – Су Ен оценивающе осмотрела платье, которое положила на кровать. Прошлое спряталось в подсознании. – Свои угрозы, господин Хван, можете оставить на вечер, пока у вас не будет возможности их исполнить. – Су Ен запоздало поняла, что слышит из динамика звук расстегивающейся молнии.
Су Ен замолчала, замерев перед постелью. Смартфон пиликнул уведомлением. Она увидела, что ее волколак отправил ей какое-то фото.
От предвкушения Су Ен опустилась на кровать и затаила дыхание. Открытие сообщения ощущалось как распаковка долгожданного подарка.
– Хван Юн Хо, где ваша совесть? – ахнула Су Ен, пожирая глазами силуэт своего мужчины, вальяжно раскинувшегося на широком кресле.
Нервно сглотнув, Су Ен не могла оторваться от изображения, на котором ее нареченный смотрел на нее взглядом, полным вожделения. Его глаза блестели волчьим голодом, а рубашка… боже, чертова рубашка – она была расстегнута наполовину, оголяя метку Су Ен и еще несколько отметин, на которые с довольством отреагировала внутренняя волчица.
Свободная рука Юн Хо лежала на бедре, и Су Ен заметила расстегнутую ширинку брюк. И чертовы бордово-красные боксеры.
– Я всего лишь плачу вам той же монетой, госпожа Нареченная. – Голос Юн Хо звучал настолько низко и соблазнительно, что сердце Су Ен пропустило несколько ударов. Ее тело отвечало на нареченного быстрее, чем разум. Один только голос Хван Юн Хо доводил Су Ен до безумия.
Су Ен сжала бедра, чувствуя, как возбуждение завладевает ею, а между ног становится влажно. Кружево трусиков неприятно терлось о промежность, ставшую скоплением сотен возбужденных нервных окончаний.
– Ты на работе. – Уже когда слова слетели с языка, Су Ен услышала в своем тоне мольбу о помощи. Хотелось, чтобы ее нареченный оказался рядом. Ей не хватало его прикосновений и опьяняющего запаха мускуса и зеленого чая.
– И что?
– А если кто-то зайдет в кабинет?
– Я запер дверь. – Звук выдавал Юн Хо с головой. Скрипнуло кресло, когда он, видимо, откинулся на спинку. После Су Ен услышала шелест ткани и хлесткий щелчок резинки боксеров.
– Тебе кто-нибудь говорил, что ты сумасшедший? – Су Ен сдавленно усмехнулась, но и сама недалеко ушла от своего нареченного, забравшись на кровать и устроившись поудобнее. Туфли она сбросила возле изножья.
– Из твоих уст это звучит как комплимент. – Юн Хо тяжело дышал, и все четче слышалось, как он прикасается к себе. Характерный скользящий звук пробуждал внутри настолько яркие ощущения, что Су Ен откинулась на подушки.
Пальцами свободной руки она отодвинула влажную ткань кружева в сторону. Мурашки тут же побежали по бедрам, когда прохладный воздух комнаты ласкающе коснулся лона.
– Из-за тебя мне придется переодеваться. – Тихий