Сай хохотнул невольно.
- Мэм, вот что сделаем… Решил я тут ребятишек и знакомых навестить. Их в салуне можно сейчас застать. Хотите, поехали со мной? Что вам здесь на жаре стоять, ждать этого старого ворчуна? Там варят отличное пиво, холодное как лёд. Прямо из бочки.
Я благодарно кивнула. Предложение Сая было как глоток свежего воздуха. Я и так уже изнывала от ожидания, а перспектива сидеть под палящим солнцем была не слишком привлекательной. Я чувствовала себя выжатой и измотанной.
Мы свернули с тихой, мощеной улицы, где стоял дом доктора Ноймана, и поехали дальше по Фредериксбергу. Было удивительно, как быстро менялся пейзаж вокруг. Казалось, город разделился на две совершенно разные части. Здесь, в районе доктора, царили чистота и порядок, аккуратные дома с резными наличниками и ухоженными палисадниками. Все здесь дышало Германией, её размеренностью и прилежанием. Чуть дальше, словно за невидимой границей, начиналась совсем другая Техасская история.
Улицы стали шире и пыльнее. Дома были построены из грубого дерева, вывески - крупнее и ярче. Здесь было шумно. Раздавалось ржание лошадей, лязг колес телег, доносился отрывистый смех мужчин и женские голоса. В воздухе витал запах пыли, кожи и чего-то крепкого, возможно, виски. Я видела ковбоев в широкополых шляпах, привязывающих своих лошадей к стойкам у зданий, фермеров в рабочих комбинезонах, торговцев, выкрикивающих свой товар. Всё это выглядело настолько картинно и аутентично одновременно, что я невольно подумала, что это больше похоже на декорации из вестерна.
Мы подъехали к зданию, над входом которого висела вывеска, изображающая кружку пива, - "The Lucky Spur Saloon". Изнутри доносилась бойкая музыка и звон бокалов. Я спешилась. Сай привязал наших лошадей рядом с десятком других.
- Пойдёмте, мэм, - улыбнулся он, распахивая тяжелую деревянную дверь.
Мы переступили порог, и в лицо мне ударил запах табака, алкоголя и чего-то кислого. Музыка стала громче, голоса слились в гул. Я огляделась.
Мягкий полумрак, царивший внутри, казался спасительной прохладой после ослепительного уличного света, но глазам требовалось время, чтобы привыкнуть.
Вдоль одной стены тянулась длинная, отполированная до блеска дубовая стойка бара, за которой, ловко орудуя стаканами и бутылками, стоял дородный бармен с усами, похожими на щетки. Позади него, в огромном зеркале с витиеватой позолоченной рамой, отражались бесконечные ряды бутылок с алкоголем, расставленных по полкам. На полу, устланном толстым слоем опилок, стояли потускневшие латунные плевательницы, что, впрочем, не мешало некоторым посетителям игнорировать них.
Салун был полон жизни, хотя было раннее утро. Разве все эти люди не должны были работать? За грубыми деревянными столами, покрытыми пятнами, сидели мужчины в широких шляпах и потертых жилетах. Они азартно играли в карты, громко смеялись, обменивались шутками.
Я разглядела золотоискателей (так мне представилось) в пыльных ботинках, ковбоев с хриплыми голосами. В углу - несколько фермеров, которые, казалось, впервые за долгое время выбрались в город - вид у них был довольный, но слегка напряжённый и держались они вместе.
Звон стаканов, скрип стульев, громкие голоса и нестройное бренчание пианино из угла, где немолодой мужчина в помятой шляпе наигрывал незамысловатую мелодию, сливались в единый, густой гул.
По стенам висели пожелтевшие плакаты с объявлениями о розыске преступников и афишами каких-то давно прошедших представлений проезжавших здесь бродячих артистов, а над входом я заметила голову оленя с огромными рогами. Было шумно, людно, но при этом чувствовалось какое-то своеобразное радушие и непринужденность. Сай жестом пригласил меня к свободному столику у окна. К нему тут же потянулись один за другим местные жители, начиная здороваться ещё издалека.
Его явно тут знали и любили. Он отвечал каждому, улыбался, перебрасывался парой слов, и вот уже трое мужчин примерно его возраста и старше, с загорелыми лицами и крепкими руками, остались за нашим столом.
Все они не сводили с меня глаз, и мне стало несколько неуютно под их пристальными взглядами. Я отвернулась к окну, делая вид, что меня очень интересует пыльная улица за ним. Но это не помогло.
- Сай, новую подружку отхватил? Ишь какая куколка! - раздался громкий голос прямо рядом со мной.
Я поняла, что Сай под столом, должно быть, наступил ему на ногу, потому что человек громко охнул:
- Ой! Ты чего, дружище?
На мгновение воцарилась тишина, которую тут же прервал чей-то голос - я так и не увидела, кто это был, потому что все еще была отвернута к окну:
- А то самое… Это же супруга мистера Брауна, хозяина Сая. Верно, Сай?
Щеки мои заполыхали, и мне нестерпимо захотелось покинуть это место прямо сейчас. Но тут подошла молодая женщина с подносом, на котором стояли запотевшие кружки. Она ловко расставила их по столу, и я увидела, что это прохладный эль. Мне до смерти захотелось освежиться после всех переживаний, жары и пыльной дороги. Я сделала несколько жадных глотков и с облегчением выдохнула.
- Ну вот, а болтали, что графиня аглицкая! Девчонка-то наша, свойская, - прозвучал голос откуда-то сбоку.
И вслед за этим по салуну прокатился дружный, раскатистый смех. Я почувствовала, как напряжение медленно отступает, хотя и расслабляться особо не стоило. Через двадцать минут мы должны были сопроводить доктора Ноймана на наше ранчо.
Глава 9
У крыльца доктора Ноймана уже ждала небольшая повозка, когда мы с Саем подъехали к дому. Доктор Нойман вышел из дверей, а через пару минут за ним появилась Грета. Я удивилась, увидев ее - сейчас девушка вышлядела совершенно иначе: джинсы, простая рубашка и шляпа, почти точь-в-точь как мой собственный наряд. Только на вид новенький, в отличии от моего перешитого на скорую руку.
- Грета, ты же знаешь, я предпочитаю, чтобы ты выглядела как леди, - проворчал доктор, поправляя очки.
Грета лишь невинно улыбнулась.
- Ну папа, я же буду сидеть на козлах за кучера, какая уж тут леди? К тому же миссис Браун тоже в такой одежде - это просто удобнее в дороге, правда, миссис Браун?
Я серьёзно закивала головой.
Доктор Нойман только махнул рукой,