— Форма одежды? — все же спросила я.
— Сама догадайся...
И вот я теперь гадала — что же он мне приготовил на этот раз и стоит ли мне отныне опасаться за свою свободу.
Пятничный рабочий день закончился рано и уже к трем я была дома. В четыре я стала готовиться к встрече с Фирсовым, рассчитывая, что отправлю Сашку к бабуле в шесть и она пробудет там до утра воскресенья, так как я не знала, во сколько приду домой.
Но с самого начала все пошло совсем не так, как я рассчитывала.
В пять позвонила бабуля и сказала, что посиделки с внучкой отменяются, потому что ее подруга «достала» по дешёвке билеты в театр и между телевизором и сценой она выбирает второе. Возразить мне было решительно нечего, и я тут же набрала Богдану.
— Не сможешь? Ну хорошо, давай перенесем... — спокойно ответил Фирсов, и меня это даже несколько задело.
Сашка от радости, что я никуда не иду и буду весь вечер играть с ней в монополию, принялась танцевать, изображая из себя маленькую обезьянку, и вмиг подняла мне настроение.
Первым делом мы заказали пиццу, и пока ее ждали, нашли какой-то жутко слезливый фильм о собаке.
В семь в дверь позвонили и я, подумав, что это курьер привез пиццу, поспешила открыть. На пороге стояла Нина Михайловна и что-то гневно бурчала себе под нос.
— Ой, это вы? А что, спектакль уже закончился?
Нина Михайловна решительно вошла в квартиру и оглядела меня с ног до головы.
— Да полный отстой этот ваш спектакль! — грозно припечатала она и сняла пальто.
Я не нашлась, что ей на это ответить, даже несмотря на то, что это не я ее туда отправляла.
— А ты почему в пижаме? — все так же грозно бабуля прошла на кухню, окидывая ее недовольным взглядом. Ну начинается.
— Как почему? Насколько я помню, вы пошли в театр, и поэтому я осталась дома...
— Ну так я же пришла, а ты все еще стоишь тут в своей страшной пижаме. Собирайся и дуй к своему этому!
В этом вся бабуля. Отношения у нас не близкие, потому что человек она не то, чтобы лёгкий, но порой она проявляет вот такие подвырверты, что диву даешься.
— Да куда я теперь пойду? Поздно уже...
— А я сказала дуй!
— Не могу. Я уже отказалась, к тому же пиццу жду...
— Ну и отлично. Мы с Сашенькой ее дождемся вместо тебя. Иди звони своему хахалю...возвращай все как было.
— Он не мой. И не хахаль!
— Звони давай!
Делать нечего, от Михалны так просто не отвяжешься и даже Сашка это понимала. Подошла и шепнула на ухо:
— Иди лучше, а то она до утра с тебя не слезет.
— А ты? Ты как же?
— А что я? Нина тоже неплохо играет, — улыбнулась моя Сашка и крепко меня обняла.
В сомнении я покрутила телефонную трубку. Сюрприз что ли ему сделать?
Нажала на вызов. Богдан ответил почти сразу.
— Привет... что делаешь? — спросила я.
— Да вот, задержался в офисе, сижу — разгребаю ворох макулатуры. А ты?
— Я? — замешкалась и ответила, — С Сашкой пиццу заказали, сейчас будем фильм смотреть.
— Жаль, что не вышло встретиться сегодня.
— Ну да, жалко...но ничего не поделаешь.
Он вздохнул, мы о чем-то еще поболтали и мило попрощались.
В офисе значит...
Я надела легкое платье, накинула пальто, завязала волосы в высокий хвост и вызвала такси.
— Нахимова пять, бизнес-центр...
В окне шефа свет был приглушен, будто работала только настольная лампа.
Вышла из машины, еще сомневаясь, стоит ли мешать Богдану работать. Впрочем, пора бы и отдохнуть в конце концов. Держа в одной руке бутылку шампанского, вошла в здание. Показала охраннику пропуск, впрочем, он и так меня прекрасно знал. Тот удивленно взглянул и отвернулся, потеряв ко мне всякий интерес. На лифте поднялась на свой этаж. Сердце отчего-то отчаянно колотилось. Происходящее казалось безумием. Я поздним вечером тащусь в офис к собственному начальнику с бутылкой шампанского. Это точно со мной происходит?
У двери выдохнула и вошла. Из-под двери шефа лился тусклый свет, раздавились приглушенные голоса и какой-то стук. Почему я не постучалась? Вошла, слегка толкнул дверь рукой и уставилась на чей-то белый упругий зад. Хозяйка зада сидела на коленях и что-то там делала прикрывшему в блаженстве глаза Богдану. Бутылка выскользнула из рук и с огромным грохотом упала на пол, но, как ни странно, даже не разбилась. Она покатилась к столу под истошный визг белозадой и ошарашенный взгляд Фирсова, пытающегося оторвать от себя девушку.
— Это не то, что ты подумала, — начал было он, но я лишь покачав головой, развернулась к выходу.
Напоследок все же обернулась, сама не знаю зачем и поняла, почему голос девушки показался мне знакомым. На меня, довольно улыбаясь, взирала полуголая Светка и всем своим видом будто говорила: «Дура ты, Полинка!»
Часть 2. 1
Влад
Когда я срочно сорвался по «горящим» делам в родной город, то был уверен, что, вернувшись, обязательно выясню с Мальвиной все недомолвки. Ерунда же обижаться на такие мелочи. Я специально не стал ее уговаривать, дал время остыть, зная, как порой это необходимо, чтобы привести мысли в порядок, все обдумать и успокоиться.
Мать передала, что конкуренты не дремлют и в головном офисе завелась «крыса», сливающая информацию на сторону. Я был уверен, что за пару дней найду гаденыша, а в это время планировал позвонить Полине и объясниться.
В общем уезжал я со спокойной душой, уверенный в завтрашнем дне, но жизнь, как всегда, внесла свои коррективы.
Пару раз во время вынужденного отъезда я набирал номер Мальвины, но слышал лишь короткие гудки. Почему-то все время было занято. Впрочем, вскоре мне стало совсем не до этого, потому что дела требовали моего постоянного участия, и пришлось на время забыть про любовные приключения.
Через пару дней я, в предвкушении предстоящего разговора и того, что вновь увижу зеленоглазку, возвращался на остров довольный и счастливый, с огромным букетом цветов и совсем не подозревая, что Мальвины там уже нет.
— Привет! Ты Полину видел? — первое, о чем я спросил Стаса, когда приехал в лагерь. Друг, зная о моем приезде, встречал меня на машине в аэропорту.
Стас состроил скорбную