Я еще продолжал улыбаться, восхищаясь образом девушки, но взгляд уже зацепился за одну деталь: мой улыбающийся друг, придерживающий Офелию за руку, помогал девушке спуститься с лестницы. Он держал мою жену за оголенную кожу. Злость пробежалась по телу волной. Резкой. Сильной. С привкусом горечи во рту.
И сразу же на второй план отошли все мысли о ее красоте и о том, как голубое платье невероятно шло к ее глазам. Я застыл, не в силах оторвать взгляда от руки друга, сжимавшего кончики пальцев некромантки.
Они могли трогать друг друга. А я...
‒ Мрачная уже и Моргана охомутала у тебя перед носом, ‒ голос Харпер долетел до меня как сквозь толщу воды. ‒ Так, глядишь, обзаведешься не только женой, но и рогами.
‒ Иди в экипаж, ‒ оборвал кузину, слова которой, тем не менее, успели достигнуть цели.
Фыркнув, девушка прошла мимо меня, а Велонд услужливо распахнул для нее двери.
К этому моменту Офелия и Морган спустились в холл. Веселые, довольные.
‒ В следящий раз, Офелия, ждать тебя никто не будет. Спускаться нужно вовремя, ‒ стер фразой улыбку с лица девушки.
‒ Берт, так всего пять минут...
‒ Я все сказал, ‒ перебил друга и вышел следом за Харпер.
И ведь вроде был прав, но на душе скреблись кошки. Плевать. Жена должна делать то, что ей говорит муж. И точка.
Глава 32
Офелия
Ярмарка встретила нас спектром разноцветных бликов и пятен. Шатры разместились за чертой города, и люд сюда стекался из всех уголков страны. Деревеньки, близлежащие города. Все хотели поучаствовать в ежегодном мероприятии и попытать удачу.
Я смотрела на всех с большим любопытством, хотя настроение было изрядно подпорчено одним конкретным наглецом. Кислое лицо Харпер ситуацию не улучшало. По сути, один Морган относился ко мне приветливо и тепло. Но после едкого замечания барона даже он похмурнел и почти не смотрел в мою сторону во время поездки.
Конечно. Можно было утонуть в обиде и злости, однако я для себя решила, что, несмотря на несносное поведения мужа, не стану портить день негативными мыслями. Альберт мог делать, что хотел. Говорить язвительные фразы, колоть взглядом, одергивать. Пускай. Я была стойко намерена получить удовольствие от прогулки вопреки всему.
Мы вышли из экипажа, и я с наслаждением зажмурилась. Воздух был пропитан запахами: свежеиспеченного хлеба, дыма от костров, а также ароматами специй и трав. Последнее интересовало меня больше всего остального. Иногда удавалось урвать редкие сухоцветы по очень выгодной цене.
Я сделала глубокий вдох и улыбнулась. Несмотря на поведение мужа, я не могла не радоваться этому дню. Ярмарка была прекрасной возможностью отвлечься от всех проблем и просто наслаждаться жизнью.
‒ Смотрите! ‒ голос Харпер вывел меня из состояния задумчивости. Девушка указывала на группу людей, стоящих неподалеку. ‒ Это же Грэйс! И господин Тернер. Нам нужно обязательно подойти к ним и поздороваться.
Я нахмурилась. Вот кого мне не хватало для полного счастья, так это извечной врагини. После нашей последней стычки она могла выкинуть нечто из ряда вон выходящее, только чтобы попытаться меня унизить. Харпер стрельнула в меня хитрым взглядом и двинулась вперед. Кажется, кузина Альберта предвкушала нашу встречу с Грэйс.
Бездна! И ведь не сбежишь. С тоской посмотрев на уехавший экипаж, двинулась следом за нашей небольшой компанией, чуть подотстав. Пусть Альберт с Харпер ведут беседу с главой гильдии города и его дочерью. Я с радостью посмотрю на все это со стороны.
Как и ожидалось, Грэйс меня сразу и не заметила.
‒ Харпи! ‒ брюнетка обняла подругу и приветственно поцеловала ее в щеку. Само очарование, ничего не скажешь.
Широко улыбаясь, девушка перевела взгляд на Альберта и расцвела, как летний цветок под теплыми лучами солнца.
‒ Господин Монгомери, ‒ Грэйс чуть присела и учтиво склонила голову.
‒ Альберт! ‒ глава города тоже стал сиять золотой монетой. ‒ Как я рад вас видеть. Ждал вас позже, но раз вы тут… Разрешите представить вам мою дочь Грэйс.
‒ Очень приятно.
А вот тебе и отсутствие холода в голосе. Неужели ледяной тон Альберта предназначался только для меня?
Раферти похлопал барона по плечу и удалился в сторону помоста, видимо с целью не мешать дочери общаться с мужчиной такого знатного происхождения. Весь Макинберд знал, что он подыскивал ей выгодную партию.
Лица мужа я видеть не могла, зато за брюнеткой было любо-дорого наблюдать. Она всем своим видом показывала, что общается с самым важным человеком на этой ярмарке. А именно — с моим мужем. Она, конечно, знать этого не могла. Но сути это не меняло.
Беседа продолжилась, однако я почему-то не следила за ходом разговора. Я не могла оторвать взгляда от Грэйс, которая то и дело хихикала, прикрывая рот ладошкой, и строила глазки. Моему мужу! Харпер, стоявшая рядом, едва сдерживала смех, поглядывая на меня, а вот Морган был непривычно тих, лишь изредка бросал на меня обеспокоенные взгляды.
Внутри меня же все затягивалось узлом. Сжималось. И давило в груди.
Грэйс потянулась рукой к плащу Альберта и быстрым движением что-то аккуратно смахнула. Рваный вздох сорвался с моих губ, и девушка перевела взгляд на меня. Прищурившись, она вся изменилась в лице.
‒ Мрачная? Тебя не учили, что подслушивать плохо?
Альберт резко обернулся. Взгляды окружающих также обратились в мою сторону. Хуже картины сложно было представить. Я думала, что готова к нападкам девушки, однако под пристальным взглядом мужа растеряла всю уверенность.
‒ Ах да, тебя же некому было учить…
‒ Грэйс… не стоит… ‒ Харпер попыталась остановить подругу.
Каждый раз, когда брюнетка хотела меня задеть, она переходила на личное. Она знала мое больное место. И била туда раз за разом.
‒ Бедная сиротка, нуждающаяся во внимании.
Девушка продолжала, а вокруг из замершей толпы стали раздаваться первые смешки. Конечно, унижение изгоя было излюбленным развлечением.
‒ Помнишь, мрачная, как ты бегала за мной в детстве, потому что никто не хотел дружить с дочкой некромантки? Неужели до сих пор не оставила эту глупую затею?
Тогда за мной бегала она. Но кто же в это поверит?
‒ Уж кто бы говорил, ‒ огрызнулась я, частично вернув самообладание. Альберт не вмешивался, а ведь мог легко заставить Грэйс замолчать. Но глупо было ждать защиты от временного мужа. ‒ Хватит пытаться выделится за мой счет!
Взгляд Грэй ожесточился и она, сжав свои кулачки, воскликнула:
‒ Иди, куда шла,