Не ожидал увидеть ее здесь. Сорок километров за Невой, глубоко в Тайге — не то место, куда отправляются просто пройтись по лесу и поохотиться. Елена оставила дела, отца, Ижору — и уехала. Наверняка у нее имелась не одна уважительная причина наведаться на форпост, но на самом деле…
Зачем она на самом деле здесь — я, кажется, уже догадался.
И приготовился встретить казнь с достоинством — что мне еще оставалось делать?
— Доброго дня, ваше сиятельство. — Я изобразил положенный по этикету учтивый поклон. И когда между нами осталось два-три шага, добавил вполголоса: — Рад тебя видеть.
— А вот я что-то не очень рада, — отозвалась Елена. Тихо, почти шепотом — но так, что у меня вдруг слегка зазвенело в ушах. — Как ты мог, Игорь?
Вот так. Без отчества, без «ваше сиятельство». Просто — Игорь. Елена злилась… Нет, скорее просто пыталась казаться рассерженной. Будь у нее желание обидеться всерьез — она скорее вела бы себя, как на балу в Орешке. Подчеркнуто вежливо, без ругани.
И уж точно не потрудилась бы проехать сорок с лишним километров через Тайгу.
Похоже, за горящими щеками и ледяными искрами из глаз скрывался не только праведный гнев, но и то, от чего и мое сердце почему-то начинало биться чаще.
Или я просто… соскучился?
— Я знаю, что ты скажешь, — Елена не дала мне и секунды опомниться. — «Должен был», «секретное поручение от его величества», «не имел права». Знаю. Но как ты мог сбежать, не предупредив меня? Да еще и с этой чернявой девкой?
Елена посмотрела через мое плечо — туда, где среди шагавших вверх по склону людей мелькала знакомая шевелюра и жилетка, сшитая из лоскутов кожи. Галка, видимо, почуяла взгляд — подняла голову и, улыбнувшись послала нам воздушный поцелуй. И состроила такую медово-лучезарную физиономию, что даже я невольно поморщился, а Дар Елены снова вспыхнул. Будто рванулся с привязи — и бревна частокола рядом побелели до самой земли.
— Послушай, — я нахмурился. — Ты же знаешь…
Продолжать почему-то не хотелось. И объяснять, что именно было между мной и Галкой в Тайге — а точнее, чего не было! — я не собирался. Елена уже спросила однажды, а я ответил — в тот самый день, когда отправил на тот свет шайку годуновских прихвостней, похитивших ее.
И с тех пор ответ не изменился — так что оправдываться мне было не в чем.
— Ты мог сказать мне, — Голос Елены зазвучал тише, но твердости в нем не убавилось ничуть. — Хотя бы мне с отцом — и Олегу Михайловичу. Тогда нам не пришлось бы сочинять небылицы для Орлова и прочих чинуш.
В воздухе между нами еще искрились крохотные кристаллики льда, но я все же почувствовал, что гроза миновала — гнев в синих глазах напротив исчез. Осталась только обида, но и она понемногу улетучивалась.
— И зачем я им понадобился? — Я улыбнулся. — И уж тем более неясно — зачем они решили спрашивать об этом тебя, а не Полину или дядю?
— А ты сам-то как думаешь? — Елена приподняла бровь. — Половина Орешка уверена, что мы с тобой еще зимой втихаря поженились, а я жду ребенка. А вторая половина говорит…
— Что говорит?
— Не буду повторять эти гадости. — Елена чуть дернула плечом и поморщилась — видимо эта версия нравилась ей куда меньше, чем слухи о тайном браке. — Но мне нужно думать о репутации. Особенно после того, как я двое суток не отходила от твоей постели.
Я промолчал — возразить было нечего… да и незачем. Елена и правда многое для меня сделала. Сидела рядом, пока я валялся без сознания после драки с херувимом, хоть наверняка и знала, что вольным искателям в крепости не занимать фантазии, а сплетничать они любят ничуть не меньше торговок в Орешке.
А я в ответ просто удрал на север за Котлино озеро, прихватив с собой тайны, да еще и привез новые, которыми делиться пока не собирался.
И самое скверное — она не потребовала объяснений. Не потому что не хотела. Потому что знала: я все равно не расскажу. И приняла это — молча, как принимала все остальное.
И это, наверное, было потруднее дороги через Тайгу.
— Ладно, послушай. — Я подошел ближе и положил руки ей на плечи. Елена не отстранилась — но и не подалась навстречу. Стояла ровно и смотрела мне в глаза снизу вверх. — В следующий раз я непременно…
— Непременно расскажешь, зачем и куда идешь? — усмехнулась она. Невесело, одними уголками губ. — Не обещай того, что не сможешь выполнить. Если уж ты считаешь, что мне не обязательно знать, чем ты занимаешься за Невой — может, так оно и есть. Но кое-перед кем тебе все же придется держать ответ.
Мои ладони так и лежали у нее на плечах — Елена не скинула их, не отошла. Под ледяным взглядом и горчаковской выдержкой пряталось что-то, чему она не давала выйти наружу. Уж точно не здесь, на виду у двух дюжин людей, половина из которых наверняка уже пялилась на нас с открытыми ртами.
И не сейчас.
— Перед Орловым? — Я убрал руки и сделал шаг назад. — Вот уж не думал, что его интересуют мои странствия за Невой.
— Его, может, и не интересуют. — Елена поправила волосы и тут же приняла деловой вид — словно всего этого разговора и вовсе не было. — Но на Пограничье едет его величество император.
Снова. Уже третий визит за считанные месяцы — и вряд ли это каприз. Государь не из тех, кто разъезжает по окраинам ради свежего воздуха. В прошлый раз он заявился в Орешек побеседовать со мной с глазу на глаз — и разговор тот закончился поручением, которое я еще толком даже не начал исполнять.
Что понадобилось императору теперь — можно было только гадать. Но в одном я не сомневался: ни Орлову, ни остальным местным чинушам эта новость уж точно не добавила спокойствия.
Видимо, поэтому меня все и ищут.
— Уж не знаю, что ему нужно, — сказала Елена, будто прочитав мои мысли. — Но император намерен лично посетить крепость на Черной.
Глава 21
— Не знаю, друг мой. — Воскресенский остановился, переступив порог, окинул взглядом убранство и поправил очки. — Понимаю, что в непростые времена людям свойственно обращаться к вере, но… Должен сказать, все это весьма сомнительно.
В храме пахло свежим деревом. Не воском и старым