Остановился, лишь когда осознал, что противник стоял на ногах лишь потому, что я держал его за лицо. Стоило разжать пальцы, как он рухнул на пол.
Несколько секунд я смотрел на тело и раздумывал, не стоит ли добить? Его грудь всё ещё вздымалась, пальцы елозили по полу, оставляя кровавые разводы.
— Нет, не стоит, — решил я, хотя не мог не отметить, насколько «дружелюбно» встретила меня Вечность.
И дело даже не в драке, а в том, что чужак принял знакомую мне внешность. Это могло означать только одно. Захватить или обмануть хотели именно меня. Но кто? По спине пробежал холодок. Орден?
— Нет, вряд ли, — сказал я сам себе. Из рассказов Нириэль я знал, часть Ордена хотела нашей смерти. Моментальной. То есть им не было никакого смысла устраивать засаду или что-то подобное. Они бы напали на меня даже в Вечности силами, от которых я мог лишь попробовать убежать.
Все эти мысли пронеслись в голове за секунду. Времени размышлять не было.
— Кто тебя послал? — я схватил Восходящего за волосы, вывернул ему голову так, чтобы он смотрел прямо на меня.
— Кхр… — то ли засмеялся, то ли закашлял незнакомец. — Ничего…
Он попытался плюнуть мне в лицо, но мой кулак оказался быстрее, окончательно разбил ему переносицу, так что без серебряной руны Исцеления не обойтись. Кости бронзой не срастить. Незнакомец вновь оказался повержен.
— «Уходи, быстро», — послышался далёкий голос в моей голове. — «Он наверняка не один».
Появление Нириэль прокатилось тёплой волной по телу. Она едва говорила, чувствовалась невероятная усталость, но главное, что она здесь. А время для её отдыха уже должен обеспечить я.
Водопад под ногами продолжал грохотать, в коридор залетала водная пыль. В несколько шагов я оказался на краю обрыва и окинул взглядом окрестности.
К сожалению, Нириэль оказалась права. Со всех сторон ко мне уже спешили другие Восходящие. Их целенаправленность не оставляла сомнений, куда именно они стремились. И что хуже всего, все они блестели серебром, а один золотом. Внимательно рассмотреть их я не успел, отметил лишь то, что большинство из нападавших относились к нео. Так в Вечности называли выходцев из Единства, бывших Восходящих, что умерли неизвестно когда и неизвестно в каком Круге Жизни.
Заметил и то, что у подножия огромного здания выстраивалась странная конструкция из десятка металлических штырей. Её рисунок казался практически законченным, а значит, у меня почти не осталось времени. Что именно строили нападавшие, я не знал. Ловушку, силки, ещё какую гадость? Любой из вариантов меня не устраивал.
Но что делать? Убежать я не успевал, до города слишком далеко, а золотой Восходящий наверняка успеет меня перехватить. Крылья не призвать, даже Дым не получится использовать. Да и есть ли смысл? Это в Единстве серебро считалось чем-то сильным. В Вечности всё отличалось. Если экстраполировать, то здесь я не выше средненькой бронзы.
Пришлось рискнуть. Мой взгляд на секунду впился в одну из точек над необъятным городом. Это оказался золотой корабль типа нашего Секутора, только раз в десять больше. Он застыл в воздухе и не двигался и являлся чуть ли ни единственным объектом, который можно было рассмотреть с этого расстояния. На нём я и сконцентрировался.
Несколько метров для разбега, и я ринулся в сторону пропасти. Стоило сделать шаг с твёрдой поверхности, как я чуть не споткнулся. Под ногами появилась полупрозрачная дорожка, будто сотканная из радуги, что не дала мне рухнуть в пропасть.
— Не вовремя, — огрызнулся я и перекатился в сторону. Рядом уже мелькали Руны-Заклинания. С огромным трудом мне удалось уклониться и спрыгнуть.
Водная рябь практически моментально закрыла меня от посторонних глаз, но это не улучшило положения.
— Открывайся же! — прокричал я, понимая, что скрижаль не отзывалась. У меня имелся всего один шанс уйти, а для этого требовалось покинуть место, где не работали руны.
Я раскинул руки и постарался направить своё падение. Без крыльев получалось плохо. Мои трепыхания практически ни к чему не приводили. Я падал в грохот воды, уже с трудом различал город за стеной из водной пыли, при этом ни на секунду не переставая призывать скрижаль.
Скрипнул зубами, когда увидел, как ловушка начала наливаться светом. Золотистая стена начала накрывать окрестности, перекрывая пути для бегства.
— ДА!!! — закричал я одновременно с тем, как скрижаль всё же появилась. Одновременно я активировал Рывок, стараясь удерживать взгляд под днищем летающего корабля. Навык позволял раз в день переместиться на расстояние видимости. И это была моя единственная возможность убежать. Бой против двух десятков серебряных Восходящих и одного золотого выглядел безнадёжным изначально.
Боль!
Она пришла тогда, когда я её не ждал. Единственное, что удалось понять — моё тело пробило не до конца сформированную золотую завесу и устремилось к городу. Последствия Рывка оказались печальными. В меня будто врезался Секутор на максимальном ходу. Воздух из лёгких выбило, несколько рёбер с отчётливым хрустом сломались. Глаза отказывались видеть, что происходило вокруг. Меня выгнуло дугой, при этом я понимал, что падал. Рёв воздуха в ушах усиливался с каждой секундой. Похоже, всё-таки сумел переместиться.
Предаваться панике нельзя. Мысленной командой отсёк боль, насколько это было возможно. Скрижаль я не видел, но это и не нужно. Достаточно мысленной команды, чтобы применить Исцеление.
Немного полегчало. Глаза начали различать серую громаду под ногами, хотя она постоянно менялась местами с голубым небом. Ни о каком управлении полётом не могло идти и речи. Я падал, словно мешок с оксидином.
Приходилось выкручиваться и делать несколько дел одновременно. В одной руке появилась металлическая пластина Крыльев Стражей Норрима. Пришлось извернуться в воздухе, хлопнуть себя по спине и на секунду зашипеть от боли, пока металл прорастал в тело.
В другой появился и пропал Дым. Его я призвал на всякий случай, ведь не знал, что произойдёт дальше.
Я падал и пока не собирался замедлять полёт. Сейчас я маленькая точка на горизонте для атакующих, если меня заметили. Стоит призвать огромные голубые крылья, как я засвечусь яркой звездой. Даже те, кто не обладали Навыками или Рунами-Умениями Дальновидения, смогут меня увидеть.
Сознание понемногу возвращалось в норму, и