22.05.95, понедельник.
Наконец-то съездил в офис ТВТ и забрал деньги за телевизор, который мы уже год смотрим всей семьёй. Брал я агрегат с тем условием, что через 12 месяцев мне за него вернут деньги. Не верилось. Однако Лёня Ярмольник вчера вторично позвонил мне и (кто-то, верно, будет смеяться) буквально заставил взять причитающиеся деньги. Оказывается, он присоветовал человекам 20-ти воспользоваться такой халявой, записал их в свой кондуит и теперь восстанавливает материальную справедливость. Что ж, 600 долларов сейчас я как на дороге найду. Денежного содержания-то не дают уже третий месяц, а мне домой, на Украину ехать не с чем.
1.08.95, вторник.
«Дружок!! Неужели так сложно раз в пятьдесят лет – бросить всё и прийти на мой маленький праздник, который состоится 31 июля сего года в Московском коммерческом клубе по адресу: Большая Коммунистическая у. дом 2-а Швейцары здесь столь великодушны, что по одному билету всегда пропустят двоих. Жду! Съезд гостей с 17.00 до 18.00. Искренне твой Якубович». (Орфография и пунктуация – по оригиналу – М.З.).
Такое приглашение с усато-улыбчивым ликом «барабанщика», его замысловатой росписью и обозначением «Телекомпания ВиД» получили ровно 100 москвичей. Стало быть, Лёня ожидал на своё торжество ровно 200 человек. Но Татьяна моя сразу отказалась идти на том основании, что у неё 31-го тоже день рождения и она уже пообещала своим коллегам сабантуй. Ну что ж, леди с дилижанса – пони легче. Облачившись в форму (по просьбе Лёни), прихватив видеокамеру, я отправился по указанному адресу. Краткое содержание юбилейного мероприятия.
Меня опередили: Марина Видо – девушка Якубовича, Саша Коротков – его водитель и эстрадник Ефим Шифрин. Пока я налаживал камеру, появилась кинорежиссёр Алла Сурикова в чёрном костюме двойке с роскошным жабо. И сразу стала жаловаться курящей Марине: «Стоило мне бросить курить, как я тут же заболела!» Это, примерно, то же самое, как если мы не берём зонта, то начинается дождь. Прибыл Арсен Лобанов и тут же стал заигрывать с Аллой Ильиничной. На мой удивительный взор, поднял бокал шампанского за меня. Пришли супруги: давно не бритый Саша Цекало и Лолита Милявская в длинном чёрном платье с задним вырезом на левой ноге аккурат до пояса. Что я очень тщательно и нагло зафиксировал на видео. Марина не выпускала сигарету изо рта. Андрей Разбаш вошёл вместе с сыном Якубовича Артёмом. И потом долго никто не появлялся в комнате аперитива. Вышел я на улицу и там обнаружил: Ефима Смолина, Владимира Винокура, Александра Маслякова с пышкой женой Светланой. Удивительное дело: по Сашке миллионы советских девушек страдало, а он выбрал самую заурядную толстушку. Неисповедимы дела твои, Господи. В этой же компании стоял банкир Дима Усенко, который, по всей видимости, «слегка спонсировал» торжество Якубовича. К ним присоединились Александр Политковский и Владимир Семаго. Подошли Ярмольники: Лёня, Ксюша и дочь их Сашка в большой синей, роскошной шляпе. За ними – каскадёр Александр Иншаков, Игорь Угольников, конферансье Лев Шимелов. Когда во дворе появился Лев Лещенко, Лёня Якубович всех пригласил в зал ресторана выпить и закусить. Того и другого наблюдалось в изобилии.
Откуда-то с балкона спустился толстый, густо заросший чёрной неряшливой щетиной Пётр Подгородецкий, клавишник из ансамбля «Машина времени». Он бережно вёл под локоток женщину много выше себя, состоящую на 90 процентов из одних ног. Потом танцевал с ней в гордом одиночестве, и было такое впечатление, что он водит по кругу две сплошные ляжки. На улице в это время Ярмольник поменялся с Шифриным пиджаками, упрекая последнего дешевизной одежды. «Ну, неужели ты не в состоянии купить себе приличный пиджак? При таких-то гонорарах?» Обиженный Фима снял заодно и свои брюки. И у скучающей, пьющей, жующей публики появилось маленькое развлечение: рассматривать полуголого иудея Шифрина. Даже маленькая Сашка Ярмольник прибежала и вперилась в еле прикрытые редкими волосиками худые ноги эстрадника. Её сопровождал папа с огромным белым мобильным телефоном – большой редкостью даже среди «новых русских». Мне заметил в объектив камеры: «Когда вы, сэр, служили ещё на подводной лодке, я уже тогда к вам хорошо относился». Что радует и впечатляет, хотя бред полный. Мы обнялись.
Подгребли певцы Николай Фоменко и вечно путающийся в длинных соломенных волосах Владимир Пресняков-младший. А так же – телеведущая Кира Прошутинская. В ту же минуту официанты выкатили во двор громадный, как трехколесный мотоцикл, торт. Естественно – с пятьюдесятью горящими свечами. Страшно пуча глаза и неестественно надувая при этом щёки, Якубович пламенно тушил иллюминацию на торте. Ему помогали несколько отважных героев-добровольцев, среди которых особой рьяностью отличался Шифрин. Он же стал резать сладкое произведение кулинарного искусства большой специальной лопаткой: «Этому дала, этому дала…». Было смешно потому, что брюк Фимика так и не надел. И в это время перед уставшими, хорошо уже набравшимися гостями появился главный отечественный эстрадник, учащийся кулинарного техникума Геннадий Хазанов. Он принес громадную охапку тёмно-красных роз, где безо всякого подсчета просматривалась круглая цифра 50. С Якубовичем они долго и взасос целовались, а публика в это время потихоньку убывала. Все поняли, что Хазанов – последнее зрелище на этом пиршестве. Оставшиеся гости сидели в кабинках веранды и, словно соревнуясь друг с другом, кто больше произведёт дыма, – курили. Победителями я бы признал: среди женщин – Марину Видо, среди мужиков – Льва Лещенко. Опускающиеся сумерки постепенно проигрывали в борьбе с искусственным освещением. Уставшая Сашка Ярмольник тоскливо и лениво бродила среди взрослых курящих дядей и тётек. Ближе к полуночи мы принялись устранять последствия пиршества и грузить в специальную машину цветы с подарками имениннику. Уже далеко за полночь Лёня, Артем, Марина, Арсен и я приехали к Аркадьичу на новую квартиру. За нами следовала полная машина цветов, коробок и всяких вещей, которые, если задуматься, уже завтра на фиг нужны будут имениннику. Полчаса всё это добро мы заносили в дом. Потом обильно уничтожали шампанское. Домой я добрался в пять утра. Тут