– Отчаянная она у вас, – произнёс кто-то рядом. – На каком факультете училась? Нам бы такая в отряде пригодилась.
Я не видела, конечно, но точно знала, что эти слова привели командира в бешенство:
– Она целительница, – рыкнул он, – к тому же, занята. Навсегда!
Пожалуй, на этой ноте можно было и отключиться. А ещё повторить вслед за освобождённой тьмой:
«Хор-р-рошо-о-о…»
Глава 19
Артур Морриган
О замысле Одри я понял слишком поздно, ровно в тот момент, когда уже падал на колени, сражённый, не-е-ет, не её красотой, а её коварством. Это надо же было применить ко мне сонное плетение?! И приложила вроде не сильно, но удержать я её не смог, только смотрел осоловевшим взглядом, как эта упрямица несётся к пещере. И ведь никто, совершенно никто не догадался её остановить. Хотя, подозреваю, каждого, кто встал бы на её пути, постигла та же участь, что и меня.
Стоило Одри скрыться в пещере, как над проходом будто невидимая пелена опустилась – исчезло ощущение могильного холода, и сеть, нервно поблёскивающая под солнечными лучами, будто бы стала прозрачной, а потом вовсе исчезла. От неё осталась лишь взбугрившаяся земля.
Глаза закрывались, но я упрямо выдёргивал себя из сна, пытаясь магией выжечь плетение одной весьма упрямой целительницы.
Первым ко мне подбежал Рассел, главный в отряде. Мы с ним вместе учились в академии, дружили, можно сказать. Он был хорошим парнем, и чуть более уступчивым по отношению к приказам начальства. У меня в характере, увы, не было такой черты.
– Лихо она тебя, – прокомментировал он моё не очень-то завидное положение.
– По-м-м-мог бы, – выдохнул с трудом, потому что язык тоже меня не слушался.
Рас усмехнулся, и, прикоснувшись к моей руке, с лёгкостью выжег плетение, которым наградила меня Одри. Я тут же сел, а после с помощью друга поднялся на ноги.
– Почему никто не остановил её? – спросил с нажимом, хотя и так знал ответ на свой вопрос.
– Ваш попытался, – хмуро бросил Рас и кивнул куда-то в сторону, – теперь бы спасти его.
Проследил за его взглядом и… выругался. На земле, раскинув руки в стороны, лежал Илиас, а над ним сидел кто-то из команды Раса.
Повторив несколько крепких слов, двинулся было в сторону друга, но Рас остановил меня:
– Мои справятся, лучше доложи по обстановке, что к чему.
Если бы я толком знал, но рассказал всё, включая странные пояснения Одри о том, что «она» желает свободы.
Посмотрев на Тувина, которого скрутили два бойца из отряда Раса, я холодно улыбнулся:
– Вот этого старикашку допрашивай, а я пойду…
– Куда собрался? – удивился Рас.
– Спасать одну бестолковую особу, – боец посмотрел на меня насмешливо и бросил:
– Моих возьми, они помогут.
От помощи отказываться не стал. Да и нескольких своих ребят подозвал жестом. Но сколько бы мы ни пытались, не смогли пробить защиту. Стена была прозрачной, мы видели нутро пещеры, но пройти туда не получалось. Да и Одри я не видел, что злило и пугало одновременно.
Пожалуй, мысль о том, чтобы посадить её под замок, была не такой уж и бредовой.
– Что будем делать? – хмуро бросил Корвин.
Но ответить я ему не успел, слово взял молодой парнишка, воспитанник Раса:
– Ждать, что ж ещё.
Дрейк, кажется? Вроде так он нам представился.
Он был смазлив, так что, наверняка, отбоя от девок не было, но вот взгляд был холодным и жестким. И улыбка, которая то и дело проскальзывала по губам, вовсе не касалась его глаз.
– Это вряд ли, – прорычал, не соглашаясь с ним.
Но парень тут же спросил:
– А есть другие варианты? – он посмотрел на меня всё с той же вежливой улыбкой, но весь его вид говорил о том, что он прав.
Стиснув зубы, я пробормотал:
– Нет.
Нам, действительно, оставалось лишь ждать. Что было самым худшим, из возможного.
Обратившись к Корвину, приказал:
– Сходи, узнай, что с Илиасом.
Сам же уселся прямо на землю, глядя за эту треклятую стену. Зачем, вот зачем Одри пошла туда? Нет, я мог понять её стремление спасти Аманду, и девочек, и даже Грегори, но… Неизвестное нечто спасать было совсем необязательно! Отряд зачистки натаскан на такие случаи, уж они бы точно разобрались, что делать.
Спустя несколько минут вернулся Корвин.
– Что там?
Парень помолчал, а сплюнув на землю, пробормотал:
– Сеть знатно прошлась по нему, сильнее всего повредило ногу, но жить будет. Рассел хочет отправить его в столицу, прямо сейчас, раз уж у нас нет целителя в гарнизоне. Дать добро?
Стоило ему сказать о целительнице, как я поднялся на ноги и вплотную подошёл к стене. Ни-че-го не видно! Пожалуй, одной поркой я всё же не ограничусь.
– Давай, – просипел с трудом, потому что впервые за всю свою жизнь мне стало так страшно. Нет, мне приходилось терять бойцов. Приходилось смотреть на умирающих, которым я уже ничем не мог помочь. А ещё приходилось сообщать родным о том, что их сын, отец, брат погиб… Всё это было муторно, гадко, больно, но настолько страшно всё же – никогда.
Я вновь поставил руки на прозрачную стену и ударил. Магия расползлась по поверхности уродливой кляксой, а вслед за этим что-то затрещало, что-то взвыло и осыпалось невидимыми осколками.
Вход в пещеру был свободен, вот только сразу мы войти не смогли. Оттуда, несясь на бешеной скорости и сметая всё на своём пути, вылетел огромный сгусток тьмы. Он застыл над нашими головами, а после рванул ввысь, растворяясь в воздухе.
– Что за… – пробормотал Дрейк, я же не стал слушать его, и ринулся вперёд.
Одри увидел сразу, она, поломанной куклой лежала на каменном полу. Стоило склониться над ней, как её губы растянулись в улыбке. Такой, от которой замерло сердце и сбилось дыхание.
– Выпорю, – пообещал ей отрывисто, от чего она лишь прикрыла глаза.
Дрейк же, догнав меня, присвистнул и выдал:
– Отчаянная она у вас. На каком факультете училась? Нам бы такая в отряде пригодилась.
Каким чудом я не ударил его магией, сам не знаю. Лишь сдержанно рявкнул, что она занята. Не просто надолго, а навсегда.
А потом всё закрутилось. Местные плохо реагировали на вопросы, да и в целом выглядели неважно. Было решено отправить их по