— А почему вы будете нас расспрашивать? Вы такой же отдыхающий, как и мы! Приехали по путевке лечиться? — Женщина в платье с васильками и солнцами наставила на Никиту палец.
Никита улыбнулся добродушно-глуповато, отчего брови собеседницы поползли вверх.
— А вы хотите, чтобы сюда приехала следственная бригада, провела обыск, допросила всех официально, вызывая по очереди в кабинет, который выделит главврач? Чтобы вы под пристальными взглядами других отдыхающих шли в этот кабинет? Я могу уйти. Но предлагаю более комфортный способ докопаться до правды.
Никита оглядел по очереди всех присутствующих, кроме Германа: тот так и стоял за спиной.
— Я заменю пока следственную бригаду, вы расскажете мне, что знаете. Через пару часов тело Бориса заберут, и спустя время, необходимое судмедэксперту для вскрытия, мы будем точно знать причину смерти.
— Коломбо… то есть Никита хочет сказать, что такая внезапная смерть могла быть и криминальной, например от отравления. Всем сказали, что был сердечный приступ, но это для того, чтобы унять панику среди отдыхающих. Я бы согласился со старшим лейтенантом, дамы. Так мы все сможем избежать назойливого внимания. Если будет доказана врачебная ошибка, я надеюсь, мне бывший одноклассник скажет об этом первым.
Герман обошел Никиту и повернулся к нему лицом. Теперь они стояли друг против друга.
— Ты уже понял, что я не сбегу?
Никита кивнул.
— Что ж, давай я представлю тебе всех?
— Давай.
— Тетя. Ее зовут Паша. И это полное имя, по паспорту. Паша, ты хочешь, чтобы тебя называли вместе с отчеством? Паша Ивановна?
— Вот еще. Хватит и на «вы», — фыркнула Паша.
— Сестры Дина и Туся. Туся — это производное от Наташи. Наташа-Натуся-Туся.
Дина неожиданно поднялась и, не размыкая рук, потянула за собой сестру и Пашу. Она оказалась высокой, и, несмотря на зашторенные сумерки, Никита хорошо рассмотрел ее нежное заплаканное лицо.
— Давайте пройдем в гостиную. На эту кровать не садитесь, это Борис здесь… был, когда я утром пришла. Мертвый.
В гостиной сестры и тетя расположились также втроем на большом диване. К креслу напротив подошел Герман, снял белый халат, небрежно бросил его на спинку, потом с независимым видом уселся в кресло и закинул ногу на ногу. Восемь пар глаз уставились на Никиту. Смотрели по-разному: Герман насмешливо, Туся враждебно, тетя словно изучала непонятный предмет, неведомо как появившийся в номере, где ему не место, а вот Дина… Дина чего-то боялась. Она уже не держала за руки тетю и сестру, а сжала ладони вместе, унимая легкую дрожь. Что ж, с вдовы и решил начать свой опрос Никита.
— Вы сказали, что пришли утром и обнаружили труп.
Дина вздрогнула. Герман тоже дернулся, но промолчал.
— Это значит, что вы не ночевали в номере?
— Мы поругались вечером накануне.
— Так поругались, что ночь провели не в номере?
— Коломбо, ты бы сбавил тон, а то мы подумаем, что ты сейчас на что-то намекаешь, — не выдержал Герман.
— Я ночевала у Германа, — выпалила вдруг Дина и, вздернув подбородок, с вызовом взглянула на Никиту. Тетя Паша тихо ахнула. Туся с изумлением посмотрела на сестру.
— То есть, поссорившись с мужем, вы ушли к Герману и провели у него всю ночь? Причину ссоры я могу узнать?
Никита был уверен, что за Дину вступится ее любовник, но в бой кинулась Туся. Она вскочила и сдернула с Дины газовый непрозрачный шарф, накинутый поверх платья. Дина, стесняясь, обхватила руками плечи, но темные пятна синяков скрыть не смогла.
— Вот! — Туся сунула под нос Никите скомканную газовую ткань и произнесла, вспыхнув от негодования, отчего ее лицо с пухлыми щеками стало похоже на дозревающий помидор. — Этого гада бог наказал! Какой-нибудь банальный инфаркт, ничего криминального! Вы когда-нибудь били женщин, Коломбо?
— Это следствие ссоры, правильно я понимаю? — Никита с невозмутимым видом отобрал у Туси шарф и отдал Дине, которая сразу укуталась и неопределенно кивнула, то ли согласилась, то ли нет. — А я спрашивал про причину.
— Я предложила мужу развестись.
Снова тихо ахнула тетя. А Туся неожиданно засмеялась и подняла вверх большой палец. Она так и стояла возле Никиты, отчего тот испытывал непонятное удовольствие.
— Наконец-то! Надо было меня позвать на этот разговор. При мне твой козел не посмел бы распускать руки.
Дина слабо улыбнулась сестре и снова покачала головой, то ли соглашаясь, то ли нет.
— А где ты живешь, Герман? Здесь, в санатории? — поинтересовался Никита.
— Медперсоналу выделяют служебное жилье. В поселке неподалеку. Автобус утром и вечером развозит работников. Но я езжу на своей машине.
— Вечером накануне ты был еще на работе? Или Дина позвонила, и ты за ней вернулся в санаторий?
— Дина не сказала мне, что попросит развода у мужа. Но я предполагал что-то такое. — Герман покрутил пальцами у лица. — И сидел в кабинете, надеялся, что она ко мне придет. Дождался, успокоил и повез домой. Из квартиры всю ночь не выходили, если тебе нужно алиби. Утром мы приехали к завтраку и к началу процедур. Дина пошла переодеться, увидела мертвого Бориса, закричала. Дежурная медсестра прибежала посмотреть, что за шум, потом позвонила Ларисе. Так все и закрутилось. По распоряжению Ларисы мертвого Бориса быстро отнесли в морг, пока отдыхающие были на процедурах и корпус пустовал. Но слухи расползлись. Меня Лариса вызвала к себе, ну ты видел. Когда главврач ругается, это страшно. Ее тут все боятся. По струнке ходят. Думаю, если бы не твой приезд, меня бы ожидала быстрая публичная казнь за врачебную халатность и такое же быстрое увольнение с работы по статье. Но санаторий бы точно избежал позора. Я думаю, Коломбо, тебе еще придется столкнуться с Ларисой. Она ничего не выпускает из своих цепких рук. Скорее всего, уже позвонила в управление МВД города. Ваши сотрудники здесь отдыхают по договору. Тебе предложат не вмешиваться. Не порть себе карьеру. Или ты как раз и хочешь доказать, что я мразь и убийца, а ты был прав тогда, во время школьного разбирательства?
— Вы что, вместе учились? Какие-то школьные счеты? — Туся брезгливо отодвинулась от Никиты, а потом совсем ушла и села на подоконник. Никита почувствовал рядом пустоту, немного расстроился, но виду не подал. Наоборот. В ход пошла его глупая улыбка «что с меня взять?».
— А где всю ночь были вы, Паша?
Паша, которая продолжала смотреть изучающе, правда, теперь на Тусю и ее передвижения, встрепенулась и перевела взгляд на Никиту.
— В смысле? Я… в