– Это случится со всеми нами, – прошипел он.
Остальные бросили на него яростные взгляды и отвернулись. Возможно, от Лизердейла и избавились, но одного из их жалкой компании, механика по турбинным системам по имени Лавар Померой, перевели на радарный мостик. Все, что ему потребовалось, – достаточно долго пресмыкаться перед Хенстромом. Это все, чего хотели метеорологи: уйти подальше от пепельного ада летной палубы и стать на один уровень ближе к ЦУП, святой обители отца Билла.
Нисимура проглотил последний орешек. Горло болело, он хотел пить. Казалось, прошли часы с тех пор, как кто-то проходил мимо с ведром и черпаком для воды. Поскольку вечерняя молитва запоздала, нового ведра до утра могло и не быть. Ведро. Чертово ведро. Все, что имело значение. Как быстро Святой Карл с прямой спиной, гордящийся формой цвета хаки, превратился в собаку, которая пригибалась в ожидании трепки и навостряла уши, прислушиваясь к звону ведра? Каким зверем он станет еще через несколько дней?
Нисимура приписывал свое выживание двум вещам. Во-первых, Хенстрому нравилось наблюдать за его страданиями. Во-вторых, он знал «Большую мамочку» лучше, чем кто-либо другой, и они это знали. Отец Билл так и не соизволил спуститься из ЦУП после «Долгой прогулки», но Хенстром, деловитый помощник-активист, часто навещал низший класс, всегда в сопровождении одного из охранников. Он искал помощников в установлении нового мирового порядка. Возможно, это было иронично или трагично, но никто не помог Хенстрому больше, чем Нисимура. Он не видел иного выбора, особенно если надеялся однажды добраться до Баффало и найти там Ларри и детей.
Отец Билл выполнил свое обещание бросить якорь, тем самым образовав новое государство, и его граждане аплодировали, уверенные, что сегрегация от общества – это ключ к будущему величию. Постановка на якорь была важной операцией для авианосца. Но благодаря архаичным переговорным трубам – последнему средству, использование которого Нисимура никогда не мог бы предсказать – последователи отца Билла смогли связаться с немногочисленной командой, все еще сопротивлявшейся вторжению упырей. С пугающей быстротой эти далекие моряки поддались искушению совершить «Долгую прогулку», и Нисимура почувствовал, как движение корабля сменилось с бокового дрейфа на вертикальное катание по волнам.
Он задался вопросом, снимутся ли они с якоря хоть когда-нибудь.
В последующие часы Нисимура слышал и чувствовал, как одна за другой отключаются системы «Большой мамочки», как будто любимого матриарха отключили от системы жизнеобеспечения. Щелканье клавиш поисковых радаров, включая SPS-48E, SPS-49(V)5, SPS-65(V)9 и SPS-67, завершило свой концерт. Тиканье вращающейся системы обнаружения целей Mk23 прекратилось. Белый шум на приемнике системы предупреждения-перехвата WRL-1H рассеялся, превратившись в ничто. Хуже всего было то, что гудение противопожарной системы Mk91 прекратилось, несмотря на доказанную пожароопасность. Плюс периодический грохот заставил Нисимуру заподозрить, что боеприпасы сбрасывают в море. «Олимпия» лишалась своей идентичности, и отец Билл, несомненно, готовился заполнить эту пустоту.
Щелчок системы громкой связи раздался так поздно, что Нисимура принял его за звон ковша о ведро с водой. Он увидел, как остальные семеро в комнате оживились, а в их нетерпеливых глазах заблестел лунный свет.
– Господи, во имя Сына Твоего Иисуса благослови войну в Афганистане, благослови войну в Ираке, благослови войну в Сирии. – Отец Билл мягко рассмеялся. – Помните все это? Когда я поочередно совершал ежедневные молитвы со своими так называемыми коллегами, теми служителями ложной веры, которые пали, я всегда включал в них эту просьбу к Богу помочь нам выиграть наши войны. Сегодня я благословлен тем, что могу отказаться от этой молитвы. Война подходит к концу. Это относится и к войне, которую мы вели здесь, на этом корабле, потому что это изначально не было войной. Демоны. Мы приветствуем Их. Мы приветствуем Их с распростертыми объятиями. Объединившись со своими демоническими половинами, мы уничтожим зло. Я ищу совета у Бога о том, как наилучшим образом этого достичь, но на данный момент демонам требуется больше крови, жизненной силы, и мы благословлены тем, что можем дать Им ее. Отныне я больше не буду призывать Бога помогать в войнах, потому что больше нет причин стрелять. – Система громкой связи затрещала. – Если только для того, чтобы защитить наш храм от непросвещенных.
Непросвещенными были те, кто прятался на нижних палубах, но еще не решил смиренно войти в паству отца Билла. Они могли прятаться где угодно. Джакобо Лизердейл доказал это. Нисимура слишком устал и хотел пить, чтобы и дальше запрещать себе помнить об этом.
Как быстро расступившееся Красное море убедило неверующих освобожденных евреев в том, что Моисей был пророком? «Долгая прогулка», чудесное прохождение отца Билла по пылающей, заполненной упырями летной палубе, привела к тому же результату куда быстрее. Одним из его первых действий было разделение каждого дня на пять частей, каждая из которых сопровождалась молитвой, которую капеллан транслировал по всему кораблю: утро, середина утра, полдень, вечер и ночь. Во время этих монологов Нисимура заметил, что Лизердейл начинает потихоньку звереть. Наконец, в разгар вечерней молитвы, Лизердейл взглянул на свою третью за день горсть арахиса и сорвался.
– Вся еда внизу! Если мы так и будем запираться здесь, то умрем с голоду! Что мы делаем? Что мы все делаем?
«Он прав», – сказал Нисимура. Нет, не говорил. Только подумал об этом, потому что, в отличие от Лизердейла, у него была «задержка Нисимуры» – осторожность или трусость, решать вам. Лизердейл в течение пятнадцати или двадцати секунд бесновался перед своими товарищами – голодающими, застывшими на месте моряками, – прежде чем выйти на мостки.
Джакобо Лизердейл был прирожденным моряком, тренированным, атлетически сложенным, и Нисимура даже думал, что вероятность успеха, если он подготовится к прыжку, будет побольше половины. Но Лизердейл устроил сцену на глазах у Хенстрома и его телохранителя, раздававших арахис и воду. Хенстром произнес два слова: «Остановите его», – и несколько плебеев с метеорологического мостика бросились в погоню. Нисимура услышал удар плоти о сталь и невнятные протесты Лизердейла.
Еще до этого Святой Карл знал, что из-за отказа отца Билла контактировать с внешним миром они подвергаются опасностям, связанным с нехваткой еды и воды, взрывами заброшенных двигателей и полным отсутствием структуры рабочей силы, которая могла бы справиться с этими проблемами.
После Лизердейла Нисимура пересмотрел этот список. Реакция отца Билла на «предателя», по сути, помогла создать структуру рабочей силы. Как оказалось, все работает довольно слаженно, когда люди внизу боятся людей наверху.
Джакобо Лизердейл был схвачен и подвешен над мостками ЦУП, перила были зажаты согнутыми ногами, которые замотали клейкой лентой так, что икры касались