Брат,
мы встретимся за два часа до полуночи. Ни слова Темным рыцарям. Воспользуйся потайным входом, который находится дальше от смотровой башни. Там тебя никто не должен увидеть.
Не отвечай на это письмо.
Я прикрепляю к письму фотографию и отправляю его Ривену. В животе словно камень, но я превозмогаю это тягостное чувство.
Я жертвую собой ради их безопасности.
ЛУЧИАНА
НЕЗАДОЛГО ДО ПОБЕГА
Эта запись не начнется со слов "Дорогой дневник". Обычно я избегаю таких вступлений, но сейчас я достигла той точки, когда иного выхода просто нет. Как только я изложу свои мысли на бумаге, сразу же сожгу этот лист.
Ривен ни в коем случае не должен об этом узнать.
С тех пор как мой брат сотворил со мной это зло, я слышу собственные крики, эхом отражающиеся от стен всякий раз, когда пытаюсь заговорить. Я не могу выносить вид собственного отражения в зеркале. Я не просто искалечена — я навеки стала частью его существа.
Я веду отсчет.
Сегодня наступил шестой день.
И мой план побега практически готов к воплощению. Я проберусь в академию Шэдоуфолл, возьму новое имя, изменю внешность и начну абсолютно новую жизнь.
Такую жизнь, за которую стоит бороться.
Но мне нельзя привлекать их внимание.
Темных рыцарей.
Заклятых врагов моего брата.
Иначе мой план может рухнуть. А если это произойдет, я сломаюсь.
Лучше умереть, чем вернуться обратно.
К его жестокости.
К его ненависти.
Лучиана Пандора. Октавия Эшкрофт.
45
Октавия
Мои ноги гудят от усталости. Я предполагала, что придется мчаться к смотровой башне, но не думала, что подземный тоннель окажется таким длинным.
Воспользоваться главным входом было бы куда проще.
Я преодолеваю последние ступени башни. Достигнув вершины, останавливаюсь перед дверью. За ней находится смотровая площадка, которая — согласно архитектурному плану — окружена невысокой каменной оградой и откуда открывается вид на большую часть Сумеречного леса. Отсюда можно разглядеть даже академию.
Темные рыцари вот-вот прибудут, а Жнецы и я уже давно здесь.
Я тяжело дышу и провожу рукой по влажным волосам, прилипшим к потному лбу.
У меня все получится.
Я зайду туда, столкнусь с братом лицом к лицу и спасу Элис.
Спасу их всех.
Не давая себе времени на сомнения, я открываю дверь. Прохладный воздух ударяет в лицо, приятно остужая разгоряченную кожу. Но это ощущение тут же исчезает, когда я встречаюсь с разъяренным взглядом моего брата. Дыхание перехватывает. Внезапно становится трудно дышать. Все во мне кричит о побеге.
Дверь за моей спиной захлопывается с громким хлопком.
И тут я вижу Элис.
Ривен железной хваткой вцепился в плечо Элис одной рукой, а второй навел на меня пистолет. Он пристрелит меня. Я в этом уверена. Ничто его не остановит, ни крупица жалости или морали. Но еще больше меня ужасает мысль о том, что он способен причинить вред Темным рыцарям.
Прежде я дала клятву покончить с собой, если вновь придется вернуться к Ривену. Но теперь это невозможно. Если я не останусь здесь, кто позаботится о том, чтобы Элис и Темные рыцари остались в живых?
Кивком головы в мою сторону Ривен дает знак своим приспешникам двинуться вперед. Я часто размышляла о том, почему Скотт и Каин ввязались в этот безумный кошмар. В итоге я пришла к выводу, что они такие же безумцы, не способные различать хорошее и плохое.
— Подними руки, Лучиана! — кричит Ривен, при этом Элис задыхается от его жесткой хватки. Она выглядит ужасно, будто рыдала всю ночь и с тех пор не пила ни капли воды.
Так уверенно, как только могу, я поднимаю руки. Не позволю ему увидеть мой страх. Когда Скотт и Каин приближаются ко мне, на их лицах расцветают самодовольные ухмылки.
— Ты ведь понимаешь, что нам придется проверить, — отвратительная улыбка кривит губы Каина.
— Проверить что? — не успеваю я договорить, как чувствую их руки на своем теле. Скотт и Каин обыскивают меня. Вероятно, ищут оружие. Я стою неподвижно и позволяю им это делать. Ствол пистолета Ривена целится прямо в меня.
Каин отступает назад, но Скотт медлит, проводя рукой по моему животу. Его ладонь будто жжет сквозь одежду. Он ползет выше.
— Не смей, — цежу я сквозь стиснутые зубы.
— Что именно? Это? — Меня пронзает острая боль, когда он хватает мою левую грудь и грубо сжимает. Я не хотела кричать, но не смогла сдержаться.
Слезы подступают к глазам, когда он отходит назад. Каин хохочет, и даже Ривен выглядит удовлетворенным. Только Элис смотрит на меня с состраданием.
Она выглядит иначе.
Не как та Элис, которую я знала раньше. Теперь она кажется гораздо слабее. Ее лицо осунулось, и в целом она больше напоминает блуждающий призрак, чем живого человека.
Как же я это ненавижу.
Ненавижу его.
— Пошел на хер! — выплевываю я Скотту, не успев даже подумать.
Внезапно кто-то хватает меня за руку сзади.
Каин.
— Следи за языком, малышка Лучиана. Твои хрупкие ручонки сломаются быстрее, чем ты успеешь среагировать.
Скотт плюет мне в лицо.
— Шлюха!
Я с отвращением зажмуриваюсь, но тут же вспоминаю, зачем я пришла.
— Она безоружна, босс! — кричит Каин, пока его приятель сверлит меня взглядом.
Слышу приближающиеся шаги.
— Чего встали? Держите ее!
Я отчаянно пытаюсь вырваться из лап Скотта, но Каин спешит ему на помощь. Теперь я совершенно беззащитна, и Ривен торжествующе смеется. В его правой руке — пистолет, в левой — Элис.
За его спиной я вижу окутанный тьмой Сумеречный лес и дверь главного входа в смотровую башню. Она приоткрыта.
Я игнорирую Жнецов и смотрю на Элис.
— С тобой все в порядке? Ты ранена? — Я быстро осматриваю ее тело. На первый взгляд ничего не замечаю, кроме нескольких дыр в одежде.
Она кивает.
— Я-я не знаю, но...
Мой брат замахивается и бьет ее пистолетом.
— Не время для болтовни! Вам ясно?
Я мучительно кричу и отворачиваюсь. Не могу смотреть на страдания Элис. Это моя вина. Она бы никогда не оказалась в такой ситуации, если бы я не попала в академию Шэдоуфолл.
— Отпусти ее, Ривен. Я здесь. Одна и без оружия. У тебя есть я, так что отпусти ее.
— Должен признать, сестренка, я не ожидал, что ты придешь в одиночку.
— Чего ты хочешь? Я сделала все, что ты требовал.
— Должен признать, твое письмо меня удивило. Я думал,