Я ухмыльнулся. Кажется, вот за такие вещи старый Виктор и нашел в Лизавете что-то притягательное. Напористая, прямая, но при этом компетентная, исполнительная и грамотная.
«Когда надо?» — написал я.
«А когда сможешь?»
«Ну, я с делами своими разобрался вроде бы. Пока что свободен. Уезжаю в четверг».
«Сейчас можешь?»
Я посмотрел на часы. Так как я нормально пообедал, то, в принципе, времени до вечера у меня валом.
«Могу».
«Супер! Сейчас напишу адрес. Подъезжай, буду ждать. Спасибо!».
Сообщение с геолокацией прилетело через минуту. Я нажал на карту, и навигатор услужливо проложил маршрут, окрасив его местами в желтый и бордовый цвет московских пробок. «Химки, район Левобережный, пустырь за гаражным кооперативом „Стрела“».
Я нахмурился, разглядывая точку на карте. Химки? Это, конечно, ближнее Подмосковье, практически Москва, но все же…
Лизавету перевели в Зеленоград. Это, по меркам местной географии, административный округ Москвы, но находится он на отшибе. И у них там своя экосистема: свои морги, эксперты и управление. С какого перепугу коронер из соседнего городка оказывается на вызове в Химках, которые относятся к области?
Это было странно. Нарушение юрисдикции? Или дело настолько громкое, что объединили усилия? Или, что более вероятно в наших реалиях, просто нехватка кадров, и ее дернули заткнуть дыру, пока местные специалисты в запое или на больничном?
— Ладно, разберемся на месте, — пробормотал я, заводя двигатель.
«Имперор» мягко тронулся с места, унося меня прочь от уютного кафе и дорогих бутиков навстречу серым будням.
Дорога заняла около часа. Чем дальше я отъезжал от центра, тем меньше становилось лоска, и больше суровой реальности спальных районов. Высотки сменялись промзонами, торговые центры — бесконечными рядами гаражей и складов. Небо, словно поддерживая атмосферу, затянуло низкой серой хмарью, обещающей если не дождь, то противную морось.
Вопросы крутились в голове, не давая покоя. Зачем ей моя консультация? Лизавета — грамотный специалист. Да, она иногда сомневалась в себе, но опыт у нее был. Неужели там что-то настолько сложное, что требует «свежего взгляда»?
Я свернул с шоссе на разбитую дорогу, ведущую к гаражам. Подвеска «Имперора» недовольно гулкнула, проглатывая яму, но выдержала.
Впереди, на фоне грязно-серых бетонных стен и ржавых ворот, я увидел знакомую иллюминацию.
Синие и красные проблесковые маячки отражались в лужах. Две патрульные машины стояли, перегородив проезд. Рядом притулился неприметный катафалк.
И желтая лента. Яркая, кричащая полоса «НЕ ПЕРЕСЕКАТЬ», натянутая между столбом и старой березой. Ветер трепал ее, издавая неприятный хлопающий звук.
Классика жанра. Я припарковал свой автомобиль чуть поодаль, рядом с мусорными контейнерами, стараясь не заблокировать выезд спецтранспорту.
Заглушив двигатель, я вышел из машины и поправив пиджак, двинулся к оцеплению.
Глава 6
Холодный ветер бил в лицо. У самой границы оцепления дорогу мне преградил молодой мужчина, судя по погонам — сержант. Он выглядел продрогшим и явно скучал, но, увидев меня, тут же подобрался, выставив вперед ладонь.
— Гражданин, проход закрыт! — гаркнул он, стараясь придать голосу побольше металла. — Ведутся следственные действия. Посторонним здесь делать нечего.
Я остановился в шаге от него, сохраняя спокойное выражение лица.
— Я не посторонний, сержант, — произнес я ровно, доставая из внутреннего кармана удостоверение.
Красная корочка раскрылась перед его носом. Сержант скользнул взглядом по золотому тиснению и печатям, но, вместо того чтобы откозырять и пропустить, нахмурился.
— Коронерская служба… Феодосия? — он поднял на меня недоумевающий взгляд. — Простите, Виктор Андреевич, я все понимаю, но вы находитесь в Московской области. У вас здесь нет юрисдикции. Вы явно не по официальному вызову из нашего управления.
— Ошибаетесь, — спокойно отозвался я, убирая документ обратно в карман. — Вызов для личной консультации. Меня пригласил ведущий специалист.
Сержант открыл было рот, чтобы возразить, явно собираясь процитировать мне какую-нибудь инструкцию, но тут за его спиной послышался знакомый голос.
— Сержант Петров это ко мне!
Мы оба посмотрели в сторону гаражей. От группы людей, склонившихся над чем-то на земле, отделилась женская фигура.
Лизавета.
Она выглядела немного иначе, чем я привык видеть ее в Феодосии, хотя, казалось бы, сколько тут прошло времени. Более собранная, жесткая, что ли. Увидев меня, она улыбнулась той самой теплой улыбкой, которую я помнил.
— Все в порядке, сержант, — сказала она, подходя ближе и кивая полицейскому. — Я его позвала. Это Виктор Андреевич Громов, мой бывший руководитель и один из лучших коронеров Империи. Его опыт нам сейчас очень пригодится.
Сержант, услышав рекомендацию от Лизаветы, лишь откашлялся, после чего сцепил руки на животе.
— Кгхм, ну, как скажете. Проходите.
Он приподнял ленту, и я, кивнув ему в знак благодарности, нырнул под нее.
— Привет, — тихо сказала Лизавета, когда мы отошли на пару шагов. — Спасибо, что приехал.
— Привет, — я окинул ее быстрым взглядом. — Выглядишь как человек, который не спал пару суток, но доволен этим.
— Почти угадал, — хмыкнула она. — Пойдем, познакомлю со следователем, а то он уже косится.
Мы подошли к телу. Рядом с ним на корточках сидел мужчина лет сорока пяти, в потертом плаще и шляпе, делавшей его похожим на детектива из черно-белого кино. Он что-то записывал в блокнот, периодически бросая хмурые взгляды на труп.
— Петр Степанович, — окликнула его Лизавета. — Вот, консультант, о котором я говорила.
Следователь выпрямился, смерив меня цепким взглядом.
— Иванов, — представился он, протягивая широкую ладонь. — Петр Степанович. Старший следователь местного отдела.
— Граф Громов Виктор Андреевич, — ответил я, пожимая его руку. Хватка у него была крепкая, мозолистая.
При упоминании титула брови Иванова поползли вверх, но он быстро справился с удивлением. Видимо, Лизавета его не предупредила, что приедет не просто врач.
— Граф, значит… — протянул он. — Ну, титулы нам тут без надобности, нам бы мозги светлые.
— Со всей своей скромностью могу заявить, что в светлости моих мозгов можете не сомневаться, — отшутился я. Следователь улыбнулся.
— Ну, смотрите. Труп мужчины, личность пока не установлена. Документов нет, одет прилично, но не богато. Судя по всему, несчастный случай. Следов борьбы нет, крови нет. Просто шел, упал и умер.
Я перевел взгляд на тело.
Мужчина лежал на спине, раскинув руки. Лицо было спокойным, глаза полуоткрыты, уставившись в серое небо.
Рефлекс сработал быстрее мысли. Я моргнул, переключая зрение на магический спектр. Мир привычно выцвел, став набором серых теней.
Психея.
Она еще была там, но едва теплилась. Это был не яркий огонь, какой бывает у только что умерших, когда душа начинает постепенно растворяться в Мировом Потоке. Тусклое рваное марево, готовое вот-вот раствориться в эфире.
— Кажется,