Мне искренне хотелось верить, что за время моего отсутствия девчонки не превратили дом в женское поместье. Воображение, подстегнутое стрессом, рисовало своеобразные картины: пустые бутылки из-под вина, валяющиеся на коврах, коробки из-под пиццы, разбросанная косметика, женское белье на спинках антикварных кресел…
А коты? Вдруг они притащили сюда котов? Или устроили спиритический сеанс, и теперь по гостиной летает полтергейст, кровавая Мэри, матерящийся гномик или Пиковая Дама? Или, того хуже, все разом?
Нет, умом я понимал, что они аккуратные. Лидия — педант до мозга костей, Алиса хоть и взбалмошная, но чистоплотная. Но это было при мне. Когда есть хозяин, есть дисциплина. А когда хозяин уехал, а кот из дома — мыши в пляс.
Они ведь звонили мне пьяными? Звонили! Хихикали, несли чушь. Одному богу известно и им обеим, что за дела тут творились в мое отсутствие. Может, они тут вечеринки закатывали? Или магические эксперименты ставили прямо на обеденном столе?
Я покосился на девушек. Они стояли рядом, с невинным видом разглядывая клумбу, но я заметил, как они переглянулись. Быстро, тревожно.
Ох и не к добру это.
— Ну, веди, хозяин, — подбодрил меня отец. — Показывай владения.
Деваться было некуда.
Мы подошли к массивным дверям. Я достал ключ, чувствуя, как он холодит влажную ладонь.
Глубоко вздохнув, словно перед прыжком в ледяную воду, я вставил ключ в скважину. Поворот. Щелчок.
Я не знал, что ожидать. Горы мусора? Запаха перегара? Или идеальной чистоты, за которой скрывается что-то еще более страшное?
Я нажал на ручку и распахнул двери.
— Прошу, — произнес я, шагая в неизвестность.
Глава 9
Тишина.
В нос ударил мощный аромат лимона, хлорки и полироли для мебели.
Я моргнул. Холл сиял. Паркет блестел так, что на нем можно было изучать законы отражения света. Ни пылинки, ни соринки. Казалось, что даже воздух здесь был пропущен через фильтры и ионизирован.
Ясно. Значит, если здесь и царил намедни бардак, то девчонки явно вызвали клининг, который вычистил все имение в его самых далеких углах. Это хорошо.
— Ого! — восхитился отец, входя следом и ставя чемоданы на пол. — Да здесь чище чем в операционной! Сразу видно — порядок в голове, порядок в доме.
Я сглотнул, оглядываясь по сторонам словно параноик. Это было слишком хорошо. Это было подозрительно хорошо. Так убираются только в двух случаях: когда ждут инспекцию императора или когда пытаются скрыть следы преступления века.
— Стараемся, — выдавил я, держа лицо спокойным.
Девушки, вошедшие следом, скромно потупили взор, но я заметил, как Лидия незаметно пихнула локтем Алису, которая уже открыла рот, чтобы ляпнуть что-то, несомненно, лишнее.
— Так, отец, — я мгновенно переключился в режим кризис-менеджера. — Дорога была долгой, поезд — это тебе не спа-салон, несмотря на все твои восторги по поводу романтики железных дорог. Тебе нужно освежиться.
— Пожалуй, ты прав, — согласился Андрей Иванович, потягиваясь и хрустя суставами. — Душ бы не помешал — стоит смыть пыль этих накрахмаленных тряпок из купе.
— Вот и отлично! — я подхватил его под локоть с энтузиазмом, достойным лучшего продавца года. — Идем, я покажу тебе ванную. Горячая вода, мягкие полотенца… все как ты любишь.
Я потащил его по коридору, молясь всем известным богам, чтобы в ванной не обнаружилось ничего компрометирующего, вроде забытого фена или флакона с надписью «Шампунь для объема и сияния рыжих волос».
— А где моя комната? — поинтересовался отец, пытаясь притормозить у первой же двери. — Я бы вещи разобрал…
— Потом, все потом! — я настойчиво толкал его вперед. — Сначала гигиена! Комнату сейчас готовят. Проветривают. Там, знаешь ли, застоялся воздух.
Мы дошли до ванной. Я распахнул дверь, убедился, что там стерильно и практически втолкнул отца внутрь.
— Все, располагайся. Не торопись. Я пока распоряжусь насчет чая.
— Виктор, постой! — окликнул он меня уже изнутри. — А полотенце? Тут только маленькие, для рук!
— Несу! — крикнул я, захлопывая дверь. — Сейчас принесу самое большое и пушистое!
Как только щелкнул замок, я развернулся на сто восемьдесят градусов. Улыбка сползла с моего лица, сменившись выражением полководца перед решающей битвой.
Девушки стояли в коридоре, вытянувшись в струнку. В их глазах читалась паника, смешанная с азартом.
— Так, — зашептал я, активно жестикулируя. — Ситуация критическая. Код красный. Отец остается здесь жить.
Алиса охнула, прижав ладонь ко рту. Лидия лишь обреченно прикрыла глаза.
— У нас есть, — я посмотрел на часы, — максимум пятнадцать минут, пока он будет плескаться. За это время комната Алисы должна превратиться в келью монаха-отшельника или, на худой конец, в гостевую спальню для пожилого джентльмена.
— Почему моя⁈ — возмущенным шепотом взвилась Алиса.
— Потому что комната Лидии меньше, и там меньше бардака, — отрезал я. — И потому что отец любит окна на юг. Твоя комната идеально подходит.
— Но у меня там вещи! — прошипела она. — Мои чертежи и схемы! Платья! Мой плюшевый медведь!
— Медведя в плен, платья в охапку, чертежи съесть, если их некуда деть! — скомандовал я. — Быстро! Все переносим к Лидии. Живо!
Началось великое переселение народов в миниатюре.
Мы ворвались в комнату Алисы. Честно говоря, клининг здесь поработал, но «творческий беспорядок» в душе Алисы был неистребим. На столе громоздились стопки книг по механике вперемешку с глянцевыми журналами, а на кровати валялась гора подушек всех цветов радуги.
— Лидия, бери книги! — командовал я, хватая охапку одежды из шкафа. — Алиса, сгребай косметику с трюмо! Никаких следов женского присутствия! Ни шпильки, ни ватного диска не должно остаться!
— Виктор! — донесся глухой крик из ванной. — Вода отличная, но мне нужно полотенце! Я уже намылился!
— Да-да, отец! — крикнул я в ответ, пытаясь запихнуть в коробку коллекцию ароматических свечей. — Ищу самое лучшее! Оно в прачечной! Сейчас принесу!
Мы метались между комнатами как челноки. Лидия, сохраняя величественное выражение лица, несла стопку книг и держала под мышкой медведя, который смотрел на происходящее с явным неодобрением. Алиса, пыхтя, тащила коробки с обувью и неизвестно откуда взявшийся странный манекен для шитья.
— Осторожно, не урони! — шипел я, когда она зацепилась ногой за ковер. — Если уроним что-то, он выйдет проверить!
— А куда мне деть это? — Алиса ткнула пальцем в огромный плакат с какой-то рок-группой на стене.
— Снимай! — махнул я рукой. — Скручивай в трубочку и под кровать к Лидии!
— Виктор! — снова голос отца уже с нотками раздражения. — Я начинаю мерзнуть! Где полотенце⁈
— Бегу! — отозвался я, запихивая ногой под кровать случайно выпавший из кучи одежды лифчик. — Уже глажу! Чтобы теплое было!
Я метнулся к шкафу