Глава 8
Я стоял у стола, заставленного инструментами, и смотрел на блестящий, почти игрушечный «камень», в который была встроена начинка, способная выловить даже шёпот в кабеле связи. «Помощник» тщательно подогнал форму, текстуру и даже микроцарапины, чтобы тот идеально сливался с остальной прибрежной каменной россыпью.
— Ну что, красавец, — пробормотал я, беря сканер в руки. — Завтра ты станешь частью подводного ландшафта. А заодно — страшным сном всего АНБ.
«Друг» отозвался негромко, но с лёгким оттенком удовлетворения:
«Модуль завершён. Внутри — спектральный анализатор, буферная память на 128 часов записи, система сжатия потока, энергоячейка на шестьсот месяцев работы и передатчик узконаправленного типа на частоте, имитирующей шум биологических объектов.»
«Это значит, его не услышат?»
«Это значит, что даже если услышат — решат, что это киты переговариваются.»
Я усмехнулся.
«А как будет крепиться к кабелю?»
«Электромагнитные лапки, с обратным притяжением и адаптацией под форму. Минимум следов. Внешне будет выглядеть, как будто кабель лежит на камне. Установка — через подводного дрона.»
В это время в помещение вошёл генерал. Он молча осмотрел макет камня, взял его в руки, постучал пальцем, молча кивнул.
— Завтра утром дрон доставит камень в заданную точку. Будем работать «по-тихому».
— И это хорошо. А то скоро даже пальму посадить нельзя — это ваша антенна засечет…
Он аккуратно положил «камень» обратно, уселся в кресло и выдохнул:
— Знаешь, Костя, я в этой жизни многое видел. Но чтобы вот так, — он махнул рукой в сторону оборудования, — слушать их через собственный кабель… Элегантно.
— Главное — чтобы вовремя подключились.
«Друг» тут же выдал:
«Планируемая установка — в 4:20 утра. В 4:27 начинается короткий тестовый обмен между Гуантанамо и Флоридой. Идеальный момент.»
Генерал встал и поправил рубашку:
— Хорошо. В 4:30 хочу видеть первую порцию американских секретов. С кофе.
— С сахаром? — уточнил я.
— С чувством глубокого удовлетворения, — бросил он через плечо.
Мы продолжали сидеть на террасе, готовый к работе сканер уже лежал в ящике под замком, как будто обычный камень после прогулки у моря. Генерал молчал, перекатывал в ладонях чашку с крепким кофе.
— С установкой понятно, — сказал он наконец. — Кабель будет под контролем. А дальше? Оставим «камень» тут навечно?
Я пожал плечами:
— Автономность позволяет. Пятьдесят лет работы без вмешательства. Тут «Помощник» подал идею. После выполнения миссии по установке сканера, дрон переправить…
— Куда? — прищурился Филипп Иванович.
— В Балтийское море. Там на прибрежном шельфе залежи белого янтаря. Чистейшие. Никем толком не тронутые. Дрон может аккуратно поднять куски, никем не замеченный.
Генерал хмыкнул, сделал глоток:
— И что нам янтарь? На сувениры?
Я улыбнулся, качнув головой:
— Не только. Белый янтарь работает как проводник, усиливает обменные процессы. Из него можно сделать тонкие пластины, а из них простыни, жилетки, апликаторы… Они поднимут тонус организма без всякой химии. Это будет наш запас прочности для команды. И прикрытие: медицинские изделия, полезные для здоровья.
— Значит, пока «камень» работает у янки на кабеле, а мы будем повышать себе тонус и возможности организма? — генерал откинулся в кресле и даже усмехнулся. — Хорошая трансформация.
— Рыцари Ливонского Ордена перед битвой толкли янтарь в ступе и пили его с водой. Это придавало им дополнительную силу и выносливость. К тому же, — добавил я, — лишний янтарь можно пустить через фонд «Долголетие». На аукционах это пойдёт за редкость.
Он кивнул уже намного серьёзнее, убрал чашку и сказал уже тоном приказа:
— Решено. После установки — перегон на север. Под контролем «Друга» и с прикрытием со стороны Вальтера. Янтарь нам пригодится, Борисёнок. И для дела, и для жизни.
Мы переглянулись. Ночь шумела за окнами, но в голове уже складывался новый маршрут — от тропического кабеля к холодному морю, где среди скал и тумана ждали древние запасы силы.
* * *
На побережье ещё не рассвело, но дышалось легко и вкусно — как будто вся тропическая ночь разлила по воздуху густой сироп из манго, соли и свежей морской воды. На сером песке стояли мы вдвоём — я и генерал Измайлов. «Птичка», наш верный летающий птиц под прикрытием, уже кружила высоко над заливом, проверяя чистоту района. Никого. Даже рыба решила поспать.
— Ну что, пускаем зверушку? — спросил генерал, закуривая сигару и хитро кося глазом на дрон, — Или ещё по душам поболтаем?
— Да не… потом поболтаем. Сейчас пусть работает, — сказал я, и мысленно дал команду «Помощнику».
На экране появилась зелёная метка: зона кабеля подтверждена, Специальный дрон из комплекта атмосферника, и приспособленный для работы под водой на небольших глубинах без всплеска ушел на глубину. Под брюхом у него — наш «камень». Точнее, устройство, внешне замаскированное под камень — гениальное творение орбитального искина, собранное из инженерной смеси космических технологий и самой продвинутой элементной базы 80-х, Такой себе гибрид. Подойдя к точке установки, «Дельфин» — так его мы назвали и запрограммировали, выпустил буй с антенной, соединенный с ним оптоволокном для передачи трансляции.
Когда он вложил сканер под кабель, я почувствовал, как по коже пробежал мурашечный ток. Вот теперь они заговорят.
Сканер защёлкнулся на оплетке подводной линии, и «Помощник» подтвердил:
«Установка завершена. Начало приёма данных через 42 секунды».
— Шепни ему, чтобы ничего там не сжёг, — буркнул генерал.
— Скажите спасибо Филипп Иванович, что в сканер жабу не запихали. Представляешь, такой сидит на кабеле и квакает в эфир…
— Слушай, а неплохая маскировка, — фыркнул генерал. — В следующий раз так и сделаем. Только пусть кваканье шифрует.
Я хихикнул в кулак.
Через пару минут в наших головах развернулась голограмма. «Друг» первым подал голос:
«Приём установлен. Перехват. Передача между узлом ВМБ Гуантанамо и спутниковой ретрансляцией. Обнаружено ключевое слово: „Марлин“. Сообщение зашифровано, начало расшифровки…»
Мы молчали.
«Сообщение: „Марлин-3 перемещён. Канал установлен. Протокол M-117. Передача данных дважды в сутки. Объект: сектор 'Charlie-Five“.»
Генерал поднял бровь:
— Кто у нас из рыболовов знает, что за «Марлин-3»?
— Может, дрон. Может, буй. Может, подводный крот с антеннами… — я пожал плечами. — Но не рыба, точно.
* * *
— Надо связаться с моряками, пусть пробьют по своим базам — у них бывали такие обозначения?
— Уже, товарищ генерал.
— Кстати, Костя, — продолжил Измайлов, — ты же умеешь не только слушать, но и… немного говорить?
— Подкинуть дезы в эфир? Ну… если аккуратно и в нужный момент, то можно.
Он встал, отряхнул руки от песка.
— Не сейчас. Сейчас просто слушай. А вот когда они поверят, что это канал для связи — подкинь что-нибудь… чтобы они побежали искать. В заливе с акулами, желательно.
— Может, «Марлин-4