Такой всемогущий аппарат сомнения оборачивается настоящим кошмаром. Даже там, где все виделось ясным и бесспорным, я могу оказаться жертвой заблуждений. Конечно, ничто не доказывает, что такой гений существует. Но и что его нет – тоже не доказать! Значит, ничего достоверного нет? И никакой твердой почвы, на которой выстраивать знания? Все обваливается? Нет! Выход есть! Остается одна достоверность, которую ничто не отменит.
Даже если такой злокозненный гений существует, даже если мышление мое ложно, ненадежно, введено в заблуждение, невозможно отрицать, что я мыслю. Cogito – “я мыслю” на латыни. Может, я мыслю неверно, ошибаюсь, может, я ничему не могу доверять – ни суждениям, ни чувствам, – но факт остается фактом: своими мыслями я существую. Cogito, ergo sum – “Я мыслю, следовательно, существую”. Вот оно, декартовское озарение: выстроить все исходя из факта существования сознания. Отталкиваясь от этой достоверности, он понемногу воссоздаст всю совокупность знания. В конце карточки Кенгуру уточняет, что Декарта и его труды неверно сводить к формуле “я мыслю – значит, существую”, превращая его тем самым в чистого метафизика.
Потому что про то, как надо действовать, Декарт тоже не забывает. Он строит практическую философию, знание, которое сможет улучшить действительность, укрепить здоровье, побороть болезни. Как физика и математика его интересуют траектории световых лучей, причины гроз, форма снежинок, устройство сердца и мозга.
Его цель – посредством такой практической философии сделать нас “господами и владетелями природы”. Так он формулирует это в “Рассуждении о методе”, опубликованном в 1637 году в Амстердаме.
* * *
“Вот тот, кто мне нужен!” – решает Алиса. Она пойдет его убеждать. Он поймет, что желание стать “господами и владетелями природы” приведет человечество к катастрофе.
Она воодушевляется, твердо веря, что все удастся. Если только она найдет правильный подход и никаких непредвиденных помех не будет, победа, можно считать, в кармане.
Она узнает, где живет Декарт, придет к нему и все объяснит. Если слухи о нем верны, то он человек внимательный, широкой души, так что должен понять. Пусть он одинок и слегка нелюдим, все-таки на злодея не похож.
Нужно было добыть адрес господина Декарта так, чтобы Фея не засекла. Задача непростая… но Алисе удалось. Алиса идет вдоль канала, минует мост, находит кирпичный дом с цельным треугольным фронтоном, на котором стоит нужный адрес, и поднимается на крыльцо. Стучит в дверь. Раз, другой…
Экономка открывает ей с опаской. Алиса просит впустить ее поговорить с хозяином. Голландка знаком велит ей ждать в передней.
– Чему обязан вашим визитом, барышня? – Декарт стоит наверху лестницы и, судя по тону, не рад, что ему мешают.
Держится он куда холоднее, чем Алиса надеялась.
– Прошу простить меня, сударь, что обременяю вас, столь внезапно явившись в ваш дом. Но на подобную дерзость меня сподвиг важнейший вопрос, касающийся вашей философии, о которой мне довелось слышать.
Алиса тщательно подбирает слова, чтобы умаслить этого господина. Он явно удивлен.
– Моя философия? Что вам о ней известно?
– Ведь это вы недавно опубликовали здесь, в Амстердаме, “Рассуждение о методе”?
– Все верно. Вы его прочли?
Алиса отвечает так ловко, что сама поражается:
– Хоть я всего лишь юная девушка, мне представилась счастливая возможность ознакомиться с ним, поскольку вы написали его на французском, а не на латыни, за что я вам крайне признательна. Если не ошибаюсь, мне встретилось в вашем труде утверждение, что практическая философия может сделать нас господами и владетелями природы.
– Именно так, память вас не подводит. И это побудило вас стучаться в мою дверь?
– Да, сударь, потому что я почитаю за долг убедить вас убрать эти слова и отказаться от ваших амбициозных замыслов в целом.
Декарт улыбается с высоты лестницы.
– Отказаться! И с какой же стати? По какой причине?
– Потому что последствия этой философии со временем не преминут стать губительными. Вам, без сомнений, она видится плодотворной – мне известны ваши доводы. Но я обязана предостеречь вас, во имя спасения будущего.
Она что, сумасшедшая? Философ не понимает речей Алисы, но видит ее искренность и оживление. Выпроводить ее, не выслушав, было бы неприлично. Декарт жестом велит служанке отвести посетительницу в кабинет.
– Я подойду через пару минут, – говорит он.
Алиса ждет философа в его рабочем кабинете. Всюду книги, чернила, бумаги, стопки писем. Она-то думала, что здесь все будет аккуратно, учитывая, что он известен ясным и упорядоченным умом, способным все разложить по полочкам. Но, честно говоря, в комнате неописуемый хаос: ворохи записей, забытые перья, груды открытых томов.
– Счастье, что в моей голове все не так, как в кабинете! – входя, замечает Декарт. – Сожалею, что почти не смогу уделить вам время, однако я вас внимательно слушаю. Каким образом вы пришли к заключению, что мне нужно отказаться от моей философии? Разумеется, вы осознаете, что такое предложение меня весьма удивляет. Потому я хотел бы услышать ваши доводы.
Алиса понимает, что колебаться нельзя. Сейчас или никогда. Спокойно, глядя Декарту в глаза, она объясняет, что пришла из другой эпохи, которая наступит через четыре столетия. Философ и бровью не повел, но Алиса видит, что он не верит ни одному ее слову.
– Знаю, сударь, может показаться, что во мне говорит помутившийся рассудок. Однако заклинаю выслушать меня еще минуту. Да, повторюсь, я родилась на четыре с чем-то века позже вас и явилась из будущего, чтобы умолять вас отказаться от ваших трудов. Мой долг предупредить: ваш метод, установленные вами правила лягут в основу титанических изменений, которые вскоре наберут ход. Тайны природы будут раскрываться одна за другой, расчеты нащупают шестеренки нашего мира, и механизмы обретут невиданную мощь.
Догадываюсь, что мои слова о будущем видятся вам благой вестью. И даже, к еще большей вашей радости, должна прибавить, что масштабы перемен превзойдут все, что вы только можете вообразить. Исполинские города вырастут словно из-под земли, будут открыты неизвестные прежде формы энергии, производительность достигнет немыслимых высот, тысячи воздушных судов станут бороздить небо нашей планеты. Откроют способы говорить на расстоянии и умещать огромную библиотеку в самом крохотном кармане… Все эти чудеса случатся благодаря вам, вашему методу, философии и многим поколениям последователей.
Вы могли бы гордиться по праву, если бы у