— Сейчас заказов почти нет. Даша скоро уезжает. Я пока что за неё. Дальше будет видно. На лето планирую свадьбы неделя через неделю.
А нашу она, интересно, сама организовывать будет или нет?
Но решаю промолчать. Сейчас не время. Да и не на той ступени мы пока, чтобы это обсуждать. Но то, что мне нужно, я вроде как знаю. У меня сомнений нет. Меня и Кир не напрягает особо. Во всяком случае, дальше слов он не идёт, гадости никакие не творит.
— А что вы вообще решили с мужем по поводу сына? Как часто будете видеться? Он к вам, или наоборот? — вообще-то спрашиваю без напряга. Ну стараюсь, во всяком случае. Мне этот баран дома не нужен.
— Пока все в общих чертах. Звонки, видео, совместные встречи. Надеюсь, ты без претензий?
Я вскидываю вверх ладони, мол, какие уж тут претензии.
— Ну к сыну ж приезжать будет. Не к тебе. А так, если что, я ему грабли сразу сломаю, — сияю с приторной улыбкой. Мне хотя бы один повод. И я его использую…
— Мам! Я штаны запачкал! Ты ж меня ругать не будешь?! — подскакивает малой.
— Нет, не буду. Ты напрыгался?
— Да! Мам, — понижает голос и тянет Катю вниз, чтобы она наклонилась. Шепчет, но громко, мне все слышно. Стою ржу про себя. — Я это… передумал насчёт мороженого. Можно мне шоколадное?
— Сынок, конечно, м… — разрешает Катя, а я срочно вклиниваюсь.
— А не получится. Мама денежку потеряла. Она мне только что сказала.
— Ну мааааам, ну ты что, растяпа?!
Катя, конечно, молча возмущается.
— Пошли вместе искать! — предлагаю громко.
— Ну воооот, — гундит пацан, пинает пожухлую траву. — Нуууу пошлиии… — разочарованно ощупывает взором грязь вокруг.
Катя в шутку презрительно косится на меня. Глазами стреляет. А я безмятежно пожимаю плечами. Ну сорян, мне тоже надо выкручиваться. Ловлю женскую руку в воздухе, игриво прикусываю ребро ладони.
— Еще раз за мой счет выкрутишься — получишь, — предупреждает тихо.
— Ну извините, — отвечаю громким шепотом, — ситуация обязывает.
Денег, естественно, мы не нашли.
— Мам, ну нет нигде!
— Так улетели, наверное, — подыгрывает Катя.
— И почему ты не могла получше убрать?! — театрально трясёт руками. Возмущается всерьёз.
— А мороженое очень хочется, да? — напускаю на себя невинный вид.
— Ну да… — мелкий чешет затылок. И грустно цокает языком. Сама печаль.
Я с него угораю.
— Ладно. Выручу, — тянусь к бумажнику. — Одолжу тебе денег. Только по-взрослому. Сгоняешь, выберешь и заплатишь. Идёт?
У пацана аж глаза загораются.
— Сам, что ли?!
У него такое лицо в стиле «а че, так можно было?!»
— Ну ты ж мужик?
— Ну да, — выпячивает грудь.
— Вперёд тогда, — отдаю штукарь. — А маме не забудь что-нибудь вкусное.
— Ага! — уже на всех парах несётся к киоску.
— Начало вроде положено, — вскидываю бровь.
Осталось только с этим чмошным отцом границы расставить…
Глава 39
КАТЯ
Перекрываю кран. Тянусь к коричневому махровому халату с капюшоном в виде милого медвежонка с ушками — мама подарила, когда мы к ним временно переехали.
Жду, пока сын просунет руки в рукава. Учимся завязывать пояс.
Пока гостим у родителей, у папы с Киром образовалась традиция: сыночка из ванны всегда вытаскивает дедушка.
Мужчины секретничают, а я иду наливать сыну молоко перед сном.
Созваниваться с Виланом вчера не стали. Мы около часа с Лидой обсуждали рабочие моменты: подруга с женихом на неделю летят в Швецию для встречи с врачом, заодно и у родителей Итана погостят.
Как-то для меня очень странно и непривычно осознавать, что у Вилана и у жениха Лиды родители — одни и те же люди.
— Катюш, ну не расстраивайся, — осторожно начинает мама, входя на кухню.
— Да ладно. Переживем.
Сегодня в первой половине дня встречались с Женей. Он постоянно пытается меня укусить, уколоть. У Кира что-то не таясь выпытывает, на жалость давит и на психику сыну. Пару раз по голове хотелось мужа стукнуть. Слава богу, совсем скоро он станет бывшим.
Кир к нему просится время вместе провести, чтоб «как раньше». Этот же вновь плетёт про работу. Сказал, если б мы не уехали к дедушке, то все как раньше и было бы.
На этой фразе наша встреча закончилась. После по телефону и без Кира пришлось ещё долго и на повышенных тонах выяснять, как мы себя должны вести при ребёнке. Резкая фраза, что сыну тяжело и расставание плохо сказывается на нем, не имела особого воздействия. Я решила подождать, пока Женя перебесится. И уже решит, готов ли он нормально общаться с ребёнком или нет.
Если нет, то я буду максимально противиться встречам. И у меня это получится. А то он приехал, подгадил, вывел сына, подразнил и свалил обратно. Молодец! А я потом разгребаю.
Спасибо. Мне такого не надо. Мне эмоциональное здоровье Кира дороже.
Пусть Женя уже мозги подключает!
— Сегодня Кирилл рассказывал, что ему мамин друг разрешил самому мороженое купить.
Я пытаюсь, очень пытаюсь остаться серьёзной, но при упоминании Вилана сердце плавится и губы сами разъезжаются. И так сложно это объяснить. Не могу применить к себе слово «влюбилась». Оно какое-то неинформативное, топорное. Как будто все это осталось там, в далёкой юности, с Женей. А здесь иначе. Серьезно. Жизненно. Без лишних размусоливаний. Чётко, конкретно.
Вил не раз намекал на то, что нам нужно задуматься и двигаться в сторону совместной жизни. Но для меня это настолько резкий шаг, что я попросту боюсь. Я не понимаю, как объяснить Киру, почему мы должны жить с посторонним дядей. Не готова вслух признаться, что в моем сердце есть место для нового человека, а для папы больше нет.
Не представляю. Я не могу пока.
— А тебе папа ещё не успел рассказать? — уточняю.
По удивленному лицу мамы вижу: нет, не успел. Она знает только о том, что «кто-то» есть. Папа, видать, ещё надеется, что пронесёт. Молчит до последнего.
— Это с турбазы мужчина, — опускаю взгляд. Отчего-то стесняюсь. — Брат жениха Лиды. И он оказался поставщиком спортивного питания в папины магазины. Ну и теперь у них прохладные взаимоотношения.
— А у вас? — мама тихонько прикрывает дверь и усаживается напротив, понижая голос.
Как всегда, зрит в корень.
— Прекрасные. Он с самого начала знал о разводе, о Кире. Но не побоялся. Мы обсуждаем совместное будущее… неторопливым темпом.
— Уверена, что уже готова? — проницательно заглядывает в глаза.
— Пока еще нет… —