— Тесса, что бы это ни было, каким бы незначительным это ни казалось, любая мелочь может помочь.
— Ну, после того как я услышала, как она записывалась на прием, а потом, когда пришла домой с татуировкой маргаритки, я подумала, не в память ли это о ребенке, которого она не оставила. — Выражение ее лица наполнилось чувством вины, и девушка снова опустила глаза. Затем глубоко вздохнула, встретившись с Заком взглядом. — Но потом Ария снова стала прежней, встретила Чада, и все вроде бы наладилось. Просто небольшая вспышка на радаре, понимаете? Что-то, что осталось в прошлом.
— Спасибо, что рассказали мне об этом. Это может помочь.
— Ария была моей лучшей подругой, детектив, — сказала Тесса, и ее глаза снова наполнились слезами. — Но, если это поможет найти того, кто сделал это с ней, я знаю, она бы поняла.
ГЛАВА 13
Раньше
Несмотря на нерегулярное питание, живот Джози начал округляться, свидетельствуя о беременности. Под рубашкой виднелся крошечный бугорок, и ей хотелось провести рукой по коже, почувствовать округлость, едва заметные изменения в своем теле. Она полагала, что это инстинкт, потребность беременной женщины дотронуться до своего ребенка. Но она не могла, руки все еще были скованы цепями.
Когда осенний ветер пронесся за окном тюрьмы Джози, Маршалл узнал ее тайну: его тело застыло на ней, а рука потянулась вниз, чтобы коснуться того, чего не могла коснуться сама Джози. Он быстро отодвинулся и уставился на неё. Она увидела, как дернилось его горло. Затем он отвел взгляд в сторону, к небольшому пятну света на стене.
— У тебя от меня секреты, Джози.
— У меня нет никаких секретов. — Как она могла что-то скрывать? Она была обнажена во всех смыслах. И знала, что это лишь вопрос времени, когда он догадается, что она носит его ребенка.
Маршалл встал, издав насмешливый звук, хотя в его движении было что-то другое. Осознание ее беременности потрясло его.
Джози приняла сидячее положение.
— Это и твой ребенок тоже.
Он замер, и она сглотнула, почувствовав подступающие слезы. Ей было так страшно, так одиноко, эмоции, которые она прятала в колыбели непрерывного сна, вырвались на свободу и окутали ее. Убьет ли он ее сейчас? Ее и жизнь внутри нее? Уничтожая все доказательства своего преступления? Может быть, теперь он уйдет навсегда, оставив ее умирать голодной смертью?
Ребенок, которого она носила, означал, что его ДНК надежно спрятана внутри нее. Как он мог допустить, чтобы она жила, чтобы жил его ребенок, если была хоть какая-то надежда избежать наказания за содеянное?
Ужас камнем лежал у нее в груди, сдавливая легкие.
Маршалл ушел, не сказав ни слова. Джози склонила голову и заплакала. Скоро наступит зима. В комнате, где ее держали в плену, будет холодно. Уже сейчас было прохладно, хотя матрас под ней не давал замерзнуть на цементном полу. Тем не менее, девушка постоянно дрожала, зубы стучали друг о друга. Температура падала, и в конце концов она умрет от холода, голода или жажды. Джози гадала, что из этого наступит раньше.
Она слышала Маршалла за окном, снаружи здания, слышала, как он расхаживает взад-вперед. Что он делал? Пытается разобраться в своей новой дилемме? Ей казалось, что там, наверху, похититель планирует ее гибель.
Но позже он вернулся, разбудив Джози в темноте ночи. Она вздрогнула, ее сердце бешено заколотилось, когда он что-то сделал над ее головой, где ее руки были прикованы цепями в том положении, в котором девушка лежала на матрасе. Одна рука освободилась. Ее сердцебиение участилось. Он освобождал ее? Или пришел убить? Сделать ей больно?
Она услышала звук расстегивающейся молнии, а затем он взял ее освободившуюся руку и провел ею по своему боку, когда навалился на нее сверху.
— Прикоснись ко мне, — потребовал он.
— Где? — спросила она, ее голос походил на карканье.
— Везде, — рявкнул он. — Как будто ты это серьезно.
Дрожащей рукой она провела по его боку и спине. Мужчина застонал, его дыхание участилось. Горячая слеза вытекла из ее глаза и потекла по щеке к уху. Он потянулся к ее руке и провел ею между ними. Его член был твердым, кожа была горячей. Джози подумала о том, чтобы обхватить его пальцами и сжимать изо всех сил. Но она все еще была прикована к стене. Если причинит ему боль, он заставит ее заплатить.
Маршалл грубо сжал ее груди, чувствительные из-за беременности, и девушка вздрогнула. Затем провел рукой по ее боку, слегка задержавшись, прежде чем перейти к выпуклости живота. Джози почувствовала крошечный толчок изнутри, один раз, а затем еще раз. Ее сердце заколотилось. Ребенок. Она только что почувствовала ребенка.
У него перехватило дыхание, по телу пробежала легкая дрожь, и Маршалл быстро убрал руку, как будто ее кожа обожгла его. Он тоже это почувствовал? Снова провел рукой по ее груди, и его живот соприкоснулся с ее животом, когда он опустился ниже. Затем снова замер, и из-под его маски донесся странный звук. Разочарование? Расстройство?
Он быстро встал, застегивая молнию на брюках. Девушка с трудом села, смущенная, настороженная. Неужели ее беременное тело, ощущение шевелящегося внутри ребенка помогли подавить его возбуждение? Она была рада этому, но не знала, чем это обернется для нее. Возможно, на данный момент — это ее единственная ценность.
Маршалл направился к двери, и она подумала, что он уйдет, но он отлучился лишь на мгновение, а когда вернулся, в руках у него был пакет с фаст-фудом и... одеяло. Мужчина бросил ей одеяло, его глаза блестели из-под маски какими-то эмоциями, которые она не могла разобрать. Почему он так заботился о ней? Она не могла этого понять. Он положил пакет рядом с ней, а затем повернулся и вышел за дверь. Дверь закрылась за ним, замок защелкнулся снаружи.
Когда его шаги стихли, Джози еще несколько минут сидела в тишине, разминая запястье и радуясь маленькой свободе. Почему он не пристегнул ее обратно? Да и имело ли это значение? Она все еще была пленницей, все еще