Мерек кровожадно осклабилась.
– О, не тревожься, я прекрасно справлюсь и без него. У меня хватает других камней.
За спиной ее точно из ниоткуда выросла грузная уродливая гаргулья. Химера, почуяв ее, обернулась. Лицо ее исказила гримаса ярости.
– Где тебя носило?! – возопила она.
В мгновение ока оказавшись на спине гаргульи, Мерек лягнула ее ногами, и та, взмахнув черными кожистыми крыльями, тяжело поднялась в воздух.
– Что-то она ничего зловещего не бросила на прощание, – задумчиво проговорил Мар, глядя ей вслед.
– Да, – отозвалась Харпа, – это на нее не похоже.
– Думается, она не ожидала получить такой отпор, – заметил Фэйр.
– Или торопится использовать красные камни, – вставил Раг.
– Или все вместе, – подытожил Мар.
Хейта, точно не слыша их, присела подле тела вещей птицы, которую она повстречала когда-то на пути к Хольтэсту. Ее прекрасное оперение было замарано кровью, вещие глаза навеки застыли и глядели в никуда.
– Ты предрекла мне смерть, – прошептала она, глотая слезы, – но я и подумать не могла, что это означало и твою смерть тоже. – Она огляделась, чувствуя, как к горлу подступил комок. – Вашу смерть. – Хейта уронила голову на грудь. – Простите, что не смогла вас спасти.
Брон осторожно приблизился к ней.
– Не кори себя, ты не могла знать.
– Такие красивые и такие мертвые, – вырвалось у Хейты. Она закусила губу до крови и зашлась судорожным плачем. Оборотень поднял ее и прижал к груди, остальные хранители напряженно молчали. Наконец, согревшись в объятиях оборотня, Хейта затихла.
Харпа приблизилась к ней, заглянула в заплаканные глаза.
– Вещая птица, о чем она просила тебя? Вы с ней уже встречались?
Хейта кивнула.
– Она разыскала меня на пути к Хольтэсту. Напугала смертью и попросила спасти тех, кому не суждено вернуться.
– Откуда вернуться? – непонимающе сдвинул брови Мар.
Хейта пожала плечами.
– Не знаю.
– Помнишь, Найши говорил, – прошептал Фэйр, – что пастыри гор возродились, когда впервые налезли на красные камни и случайно раскололи их?
Хейта кивнула.
– Точно. Выходит, пастырям камни не страшны, но опасны для всех остальных… – В мыслях Хейты протаяло понимание. – Горэй хотела, чтобы я спасла как можно больше людей, ведь именно их жаждет уничтожить Мерек. – Она тяжело вздохнула. – Как только, хотела бы я знать.
– Ты не одна, – сказала Харпа. – У тебя есть мы, а ты у нас. Вместе мы справимся.
Брон приобнял ее за плечи.
– Мне жаль, что тебе пришлось переступить через себя и говорить с Мерек столь жестокими словами, – прошептал он. – Ты ведь сделала это нарочно, я прав?
Хейта кивнула.
– Не кори себя. Ты сделала то, что дóлжно. И большее из того, что ты сказала, она заслужила.
– Я так понимаю, – произнес Раг, сверля пещеру задумчивым взглядом, – камни хранились на этом самом месте, но в мире изнанки. И чтобы попасть туда, нам нужно воспользоваться артефактом моего народа?
Выпутавшись из рук Брона, Хейта извлекла волшебный камень из мешка и подошла к нему.
– Думаю, ты прав.
Стиснув артефакт в холодных от волнения пальцах, Хейта громко произнесла:
– Открой нам проход в мир изнанки!
Уже знакомые холодные искры озарили воздух, и облако серой мглы возникло на входе в пещеру. Переглянувшись, хранители решительно ступили в него один за другим.
* * *
В пещере властвовал полумрак. Пол был засыпан искристой красной пылью, что осталась здесь после волшебных камней. И пол, и потолок усеивали длинные известковые наросты.
– Как считаете, сколько здесь помещалось камней? – спросил Мар, пристально оглядевшись.
– Думаю, – вздохнул Брон, – их хватило бы, чтоб уничтожить всех, кто обитает в Запредельных землях.
Лицо Хейты болезненно дернулось.
– Мы не можем этого допустить.
– И не допустим, – жестко произнес Раг. – Я скорее умру, чем еще раз позволю химере причинить вред моей семье.
Харпа поглядела на Фэйра, целеустремленно рыскавшего по пещере.
– Можешь не стараться, – сказала она. – Уверена, красных камней здесь нет, химера и ее сподручные поработали на совесть.
– Я ищу не камни, – отозвался Фэйр, не отворачиваясь.
– А что? – недоуменно брякнул Мар.
Но Фэйр был так увлечен, что не ответил.
– Эй, ну скажи, – не унимался упырь.
Улла смерила его недовольным взглядом.
– Какой же ты приставучий.
Мар гордо выпятил грудь.
– Да, я такой. А чем ты можешь похвастаться?
– Хвала небесам! – вскричал Фэйр, заставив всех от неожиданности вздрогнуть.
– Берешь пример с Мара? – фыркнула Харпа. – Чего так орать?
Но целитель ей не ответил. Он присел перед скоплением земляных известковых наростов, образовавших у стены уютную нишу. Хейта подступила к Фэйру со спины, силясь разглядеть, что же его так взбудоражило, но целитель и сам обернулся к ней: в руках он держал шершавые коричневые штуковины, то ли камни, то ли…
– Яйца! – возопил Мар, догадавшийся первым из всех. – Яйца вещих птиц!
Фэйр счастливо улыбнулся.
– Они самые. – Он поглядел на Хейту. – Не все еще потеряно, сестренка. Птицы Горэй не сгинули навечно, мы сможем их возродить.
Харпа приблизилась к Фэйру и окинула яйца придирчивым взором.
– Похожи на обычные камни.
– Они неприметные, да, – оживился целитель. – Трудно представить, что под этой невзрачной скорлупой кроются существа неземной красоты и силы.
Улла тоже подошла, пристально разглядывая невиданную находку. Целитель ласково ей улыбнулся.
– Хочешь подержать?
Та неуверенно кивнула.
– Что мы будем с ними делать? – спросила она.
– Им нужно тепло, очень много тепла, – пояснил Фэйр. – Я попрошу у пастыря Найши негасимый огонь, думаю, его жара должно хватить.
– Тогда нам стоит поторопиться, – с чувством вырвалось у девушки.
Фэйр снова улыбнулся. Его всегда радовало, когда в Улле проявлялась ее человеческая суть.
Хейта воздела руку с необычным артефактом.
– Нам и впрямь пора. Нужно вернуться в Запредельные земли и как можно скорее сообщить пастырю Найши о том, что здесь произошло.
* * *
Химера стояла на носу корабля. Парус, поднятый над ним, нещадно рвал и трепал ветер. Мерек оглянулась на Рукс. Та расположилась у левого борта, скрестив на груди крепкие руки. Ее волнистые рыжие волосы тоже развевались на ветру.
По лицу Рукс трудно было что-либо разобрать. Но химера чувствовала, ее сподручница напряжена. И это напряжение не было похоже на предвкушение того, что вот-вот должно было случиться. Нет, в нем чувствовалось противодействие и неодобрение.
Мерек отвернулась и поджала губы. Рукс очень изменилась за последнее время. И совсем не так, как ожидала и хотела Мерек. Верно, проклятая Чара была права и ей стоило иначе вести себя с Рукс.
Она же все эти годы продолжала делать то, с чем без труда справлялись и тюремные надзиратели