– Найди, будь добра, – послышался суровый голос Борхольда.
– Деда! – воскликнула Хейта, повиснув у него на шее.
– Мы тревожились, внучка, – тепло проговорил тот. – Больше не исчезай надолго.
– Даю тебе слово, деда, – заверила его она.
– И Фэйр здесь! – Лахта всплеснула руками. – Иди сюда, голубчик, дай я тебя обниму. Худющий-то какой стал. Что с тобой произошло?
– В другой раз поведаю, – улыбнулся тот, позволив заботливо оглядеть себя, пригладить встрепанные рыжие волосы и стереть пятнышко грязи, которое женщина отыскала на его щеке.
– Мне мерещится, или это уродина вернулась? – Из толпы выступила рябая девушка. – Тебя, что ль, небеса не только красотой обделили, но еще и разумом? Сказано было, воротишься – найдешь здесь свою смерть!
Глаза Брона, стоявшего за спиной Хейты, предостерегающе озарились янтарным пламенем, из горла вырвался низкий рык. Заслышав это, рябая поперхнулась словами, попятилась и испуганно смолкла.
– Брось злословить, Огра, – раздался старческий голос, и вперед вышел старейшина Фархард. – Не ты ее изгоняла, не тебе ее к ответу призывать.
Старейшина обвел Хейту пристальным взглядом.
– Ты вернулась из-за этого? – Он кивнул на объятую пламенем деревню.
Девушка кивнула в ответ.
– Мы прознали о том, что здесь стряслась беда, и прибыли тотчас.
Фархард прищурился.
– Хочешь сказать, не по твоей вине к нам пришло это бедствие?
– Этого я не ведаю, – резко ответила Хейта. – Но могу заверить – это не моих рук дело. И я пришла, чтобы помочь.
– Знаем мы твою помощь, – вновь открыла рот Огра. – В прошлый раз твой дружок людей покалечил, а ты кинулась защищать. Не своих защищать, деревенских, а этого лесного выродка.
Хейта резко подалась вперед, глаза ее опасно блеснули.
– Не смей говорить так про моего названого брата. Он сделал это по глупости. Но мы могли бы помочь пострадавшим, а вам не терпелось его растерзать!
– Довольно! – громыхнул Фархард. – Сейчас пострадавшие тоже есть. И на этот раз от помощи мы не откажемся.
Хейту отрезвили эти слова, она пристально огляделась. Со всех сторон на нее глядели перепуганные люди, кто с ожогами, кто со ссадинами.
Привратник Бэрх, старый друг Хейты, весь покрытый волдырями, смотрел на нее, улыбаясь через боль. Ее родной дядька Бральд, перемазанный сажей и кровью, прижимал к груди младшую дочь. Старшая обессиленно припала к его жене, баюкая красную, в кровоподтеках руку.
Сердце Хейты дрогнуло. Она стиснула кулаки и выдохнула:
– Есть… погибшие?
– Вроде нет, слава небесам! – ответил Фархард. – За это стоит зиму благодарить. Те, на ком загорелась одежда, просто падали в снег.
– Не только зиму, – взяла слово Лахта. – Низкий поклон привратнику Бэрху, без него мы бы не выдюжили.
– Правда твоя, – кивнул Фархард. – Когда все началось, привратник принялся бегать по деревне и стучать в двери, поднимать всех на ноги.
Хейта перевела взгляд на Бэрха, но тот только смущенно махнул здоровой рукой.
– Да что вы меня хвалите, в самом деле. На то я и привратник, чтобы упреждать всех в случае беды. Вот и стал всех будить. А до последнего дома добежал, гляжу – пламя-то дальше не идет. Я глазам не поверил. Ну и стал всех сюда зазывать, к иве, значит.
– Верно, перекидываться некуда стало, вот огонь дальше и не пошел, – рассудила Хейта.
– Да не! – махнул рукой привратник. – Пойти бы оно пошло, да не смогло отчего-то. Искры летели в иву, да не долетев так в воздухе и гасли. А потом и сверху на нас пламя полилось. Мы подумали: вот он, конец. Но не тут-то было. Ива осталась стоять как была, цела-целехонька.
Хейта огляделась. Огонь бушевал совсем рядом и рвался к иве с безудержной злобой, но, точно натыкаясь на невидимую стену, прорваться не мог. Пока девушка осмысливала увиденное, Мар подступил к людям, склонил голову набок.
– А что здесь все-таки стряслось? Дети неудачно поиграли с огнем?
– Шутки шутить вздумал? – нахмурился Фархард. – Это вам не обычный огонь. Он с неба падает.
– С неба? – нахмурился Брон.
– Привратник первым увидал, а потом и все мы, – добавил старейшина.
– Что увидал? – сдвинула брови Харпа.
– Крылья, – подал голос Бэрх. – Исполинские кожистые крылья и длинный хвост.
Друзья недоверчиво переглянулись.
– Как у… – начал привратник, но от волнения никак не мог выговорить.
– Дракона? – закончила за него Хейта.
Тот спешно закивал.
– Именно. Как у дракона. Как в тех сказках, что мне сказывала перед сном покойная мать. «Давным-давно драконы нападали на земли людей, – говорила она. – Я тогда не жила, но всё-всё знаю от моего прапрадеда. Завидишь на горизонте исполинскую тень или, чего хуже, пламя над головой, беги со всех ног! Молись небу, солнцу и луне и прячься. Забирайся в расщелины и носа оттуда не кажи. И не удивляйся, если по возвращении на месте деревни обнаружишь лишь пепелище».
Хейта невольно поежилась.
– Матушка ваша говорила правду, – кивнул Фэйр. – Но потом люди заключили мир с обитателями Драконьих островов. И уже долгое время ни драконы, ни драконы-оборотни не показывались на материке и не нападали на людей. Вы уверены, что ничего не напутали?
– Уверены! – бросил хмурый детина, скрестив на груди крепкие руки. Одна была обожжена по локоть, только это был старый ожог. – А вы бросайте плести чепуху. Напутали мы. Может, это вы нам зубы заговариваете? Вдруг вы с этой тварью заодно? Ведь появились аккурат вслед за ней. Небось это ты, – он ткнул пальцем в Хейту, – поквитаться с нами решила за все свои злоключения.
– Варх. – Девушка усмехнулась уголком рта. – Опять взялся за старое? Смотрю, последняя наша встреча тебя ничему не научила. Вновь жаждешь обидеть тех, кто желает тебе помочь, и обвиняешь их почем зря? – Она окинула притихших людей долгим взором. – Я вам не враг. И спутники мои не враги: мы прибыли, чтобы помочь. Раз вы говорите, что видели крылатого змея, значит, так оно и было. Неясно только, куда он подевался…
Чей-то истошный крик оборвал ее на полуслове:
– Дракон!
Люди в ужасе попадали ничком, дети заплакали, женщины заголосили. Хейта обратила взор к небу. Поток неистового пламени излился с небес на могучую иву и укрывшихся под нею людей и погас, не достигнув земли. Но перед этим Хейта приметила то, что заставило ее сердце сжаться от леденящего ужаса, – чешуйчатый хвост.
– Это снова он! – продолжали кричать люди.
Хейта напряженно озиралась по сторонам, но крылатый змей исчез. Чутье толкнуло ее изнутри, и она поглядела на объятую пламенем дорогу. Огненное марево над ней всколыхнулось, и его как ножом проткнул чей-то высокий, рослый силуэт. Незнакомец шагнул вперед. Два