— Каково жить в лесу? — спросил принц.
— Там спокойно. Принадлежишь сама себе. Никаких правил и ограничений. Только ты и лес вокруг, — честно ответила она. — Ну и Паша, с некоторых пор.
— А как же нежить?
— Вурдалаки давно для меня не проблема, — сказала Мария чистую правду.
— Про бывшего, как я правильно понял, вы пошутили? — улыбнулся Антуан.
— Конечно, — засмеялась Мария. — Павлентий слишком много ноет, чтобы быть моим бывшим. Я его создала случайно, когда практиковала некромантию. С тех пор мы неразлучны. И сейчас я уже не представляю своей жизни без него. Он веселый.
— Значит, можно сказать, что он ваш настоящий друг? — спросил принц.
— Типа того, — ответила Мария.
— Я бы хотел быть вашим другом, — признался он. — Наверное, приятно, когда кто — то о тебе отзывается с такой теплотой.
— Антуан, вы чудесный. Никогда бы не подумала, что бывают люди столь благородные и чуткие, как вы, — искренне ответила Мария. Ей очень хотелось поддержать принца, чтобы он не грустил.
— Вы — чудесная, — горячо прошептал Антуан, взяв ее за руку. — Когда я увидел вас в первый раз, то сразу понял, что вы особенная и сильно отличаетесь от всех… мм… ведьм, о которых я когда — либо слышал. Простите, что несу ерунду. Я совсем не это хотел сказать.
— Все нормально, — махнула свободной рукой Мария. — Я пока еще сама не разобралась, какая я.
— Красивая. А еще добрая и веселая. Умная и сильная. Вот вы какая, — тихо произнес он.
Мария смотрела на него, как завороженная, впервые не найдя слов, чтобы ответить. Так мило, когда мужчина говорит столь приятные для слуха вещи. И тут Антуан неожиданно выдал:
— Не хочу пугать, но, кажется, я вас люблю.
Ведьма от неожиданности поперхнулась и закашлялась. Принц заботливо похлопал ее по спине.
— Простите. Вокруг столько творится всего, а тут еще я со своими признаниями. Но мне показалось, если я сейчас не скажу вам этого, то умру от разрыва сердца, — признался он.
— Все хорошо, — просипела Мария. — Просто это было неожиданно.
Антуан отвернулся и перевел взгляд на водопад. По всей видимости, плеск воды тоже действовал на него успокаивающе. Мария посмотрела на точеный профиль принца.
Длинные ресницы Антуана не могли скрыть лихорадочный блеск глаз. Он выглядел настолько трогательно, что Мария не сдержалась и провела рукой по его точеным скулам, повернув его лицо к себе.
Повинуясь внезапно возникшему желанию, она произнесла, словно слыша себя, откуда — то издалека:
— Антуан, поцелуйте меня.
Лицо принца озарилось светом и он, некоторое время помедлив, все же придвинулся к ней и повиновался ее приказу. Притянув ее за талию, он с нежностью прикоснулся к ее губам.
Этот мягкий поцелуй показался Марии слаще, чем дикий мед, который делали лесные пчелы. По ее телу прошла волна тепла, дойдя до кончиков пальцев ее босых ступней.
Она прижалась еще ближе к твердому торсу Антуана и обняла за шею. Его поцелуй из мягкого стал требовательным, а объятия — крепкими и горячими.
Настоящий поцелуй страсти выдавал некоторый опыт, имеющийся у принца, и Мария почувствовала, что рядом с ней теперь не трогательный юнец, а сильный мужчина, который точно знает, что делает и чего хочет.
Это осознание подожгло кровь, которая побежала по венам в два раза быстрее, заставляя сердце выпрыгивать из груди.
Антуан прижал ее к спинке скамьи, покрывая поцелуями шею и ключицы, поддерживая руками за поясницу. Мария откинула голову, судорожно вдыхая наполненный ароматами цветов и зелени воздух.
Когда он настойчиво потянул вниз лиф ее платья, ведьму кольнуло странное чувство неправильности происходящего. Она, отбросив несвоевременные мысли, запустила руку в шелковые пряди волос Антуана и снова впилась в его губы. Но потом дернулась, словно ее окатили ледяной водой, и остановилась.
Антуан, мгновенно среагировав на перемену ее настроения, слегка отстранился. Он поправил платье Марии и, нежно поцеловав в щеку, выпустил из объятий.
— Прошу прощения за несдержанность, — произнес он. — Я слишком тороплю события.
Мария, не в силах совладать с противоречивыми чувствами, молча кивнула. Она пригладила волосы на голове, а затем, посмотрев на Антуана, нежно прикоснулась к его щеке.
— Проводите меня до покоев, — попросила она, и принц повиновался, подав ей руку, чтобы помочь подняться.
Они шли по замку, каждый молчаливо думая о чем — то своем. На пороге комнаты Мария, прикоснувшись в легком поцелуе к его губам, попрощалась. Зайдя, она села на кровать и, положив ладони на грудь, долго слушала биение о сердца, пытаясь понять, что же оно хочет ей сказать.
Тем временем принц, прислонив лоб к холодному стеклу окна в своих покоях, долго смотрел в темноту ночи, пытаясь справиться с бушующим ураганом чувств, захватившим его полностью, без остатка.
ГЛАВА 17
Даже если вам немного за тридцать,
Есть надежда выйти замуж за принца.
Просто какая-то песня.
— Мария… Мария… — скрипучий голос ворвался в сон ведьмы, и она поморщилась.
— Паш, отвали, — она попыталась отмахнуться от надоедливого Павлентия.
— Вставай, ты сюда не спать приехала. Сон для бездельников, — не унимался скелет.
Ведьма перевернулась на другой бок и накрылась одеялом с головой.
— Мария, зло никогда не спит! — Паша ходил вокруг кровати, гремя костями.
Ведьма раздраженно откинула одеяло и уставилась в потолок.
— Мне приснился такой странный сон, — сказала она, зевая.
— Как грудастая кухарка привязала барона к столу и капала ему на тощий зад расплавленный мёд, щекоча ему пятки гусиным пером, называя при этом «милым проказником»?
— Нет, — Мария удивленно уставилась на Павлентия.
— Упф, хорошо. А то я думал нам приснилось одно и то же, — ответил скелет.
— Паш, ты же вообще не спишь. Это где ты такое увидел? — прищурилась ведьма.
— Да так… чего только тут не случается по ночам, — отмахнулся от нее скелет.
— Так зачем ты меня разбудил? — Мария сладко потянулась, не желая подниматься с мягкой пуховой перины.
— Я видел, как около твоих покоев вертится та бойкая фрейлина со своим блохастым чудовищем, — выпалил Паша. — Еще у дверей принца что — то вынюхивала.
— София? Хм… А это уже интересно.
Мигом проснувшись, ведьма резво покинула постель. Торопливо сунула ноги в домашние туфли и надела платье.
— Пойдем — ка оглядимся немного перед завтраком, — позвала она Пашу, наспех умывшись и приведя себя в порядок.
— Скандалы! Интриги! Расследования! Это все так будоражит, — скелет начал скакать вокруг ведьмы, словно щенок, которого позвали гулять.
— Слушай, так что там с гусиным пером? — она перешла на шёпот.
— В общем, потом она достала сливки