Некоторых священников (прежде всего деревенских попов) иногда обвиняли в ворожбе. Относительная терпимость в их отношении способствовала сохранению и продолжению колдовских практик вплоть до наших дней. Оккультные науки восточных славян сохранили многие черты древних культов и религии природы. Соседство с обществами, где бытовали шаманские обряды, также сыграло роль в поддержании этой традиции по сравнению с соответствующими западными практиками.
XIV. Элементы финно-угорской мифологии
Как мы уже видели, русская мифология подвергалась трем иностранным влияниям в ходе своей истории (и доистории):
1. Скандинавское, политическое и религиозное, но кратковременное и быстро исчезнувшее.
2. Греко-византийское, оказавшееся фундаментальным на уровне установления официального религиозного культа в Киевском, а позднее Московском государстве.
Два этих влияния затронули преимущественно высшие слои общества (в первом случае – дружину, во втором – священство).
3. Финно-угорское, распространившееся на крестьянское население. Последнее сказывалось в течение многих веков на территориях, преимущественно населенных финно-угорскими племенами. Эти автохтонные этносы были христианизированы и официально стали «русскими». Под финно-угорским влиянием сформировались культурный и культовый субстраты, оказавшиеся наиболее важными. Ученые – Зеленин, Рыбаков, Гаспарини и др. – постоянно на него ссылаются; мы сами упоминали о нем в нашем исследовании, и теперь настало время рассмотреть этот вопрос более подробно.
Другой причиной такого интереса является то, что если первые два влияния почти не известны западной – особенно франкофонной – аудитории, то с финно-угорским все по-другому. Здесь мы не сможем изучить финно-угорскую мифологию комплексно (для этого потребуется новое исследование), поэтому ограничимся короткой главой, где возьмем за образец мифологию мордвы, народа, христианизированного и русифицированного в XVII веке. Именно мордва находилась в наиболее тесном контакте с русским населением.
Что касается западных славян, у них доминировало германское влияние. Они разделились, как известно, на последователей православной и католической, а затем лютеранской церквей, причем не без некоторых трений. Финно-угорское влияние со стороны венгров и финнов игнорировать также нельзя; все эти элементы сформировали в большинстве славянских стран выраженный финно-угорский субстрат. Данными фактами и объясняется наше отступление от темы.
1. Некоторые лингвистические, географические и исторические данные
Термин «финно-угорский» относится в первую очередь к лингвистике. Он применяется к племенам и этносам, говорящим на языках данной семьи, распространенным в Восточной Европе и в Сибири. Это автохтонные народы, занимавшие территорию современной Северной и Центральной России, Урала и Сибири (за исключением Крайнего Севера). Русские, точнее восточные славяне, пришедшие с Дуная, постепенно теснили их или интегрировали по мере продвижения на север [1].
В наиболее тесном контакте с русскими – по причине проживания на одной территории после ее завоевания Иваном IV в 1552 году – находились народы Волги, реки, ставшей «русской» довольно поздно.
Эти народы, находившиеся в контакте с различными, ныне исчезнувшими странами Востока (волжские булгары, хазары, татары), неплохо исследованы. Они занимались охотой и сельским хозяйством. О них сохранились старинные свидетельства западных путешественников, в частности итальянца Барбаро, датируемое XV веком. Другие датируются концом XVIII века (английские, французские и итальянские путешественники). Затем, в XIX веке, проводились исследования как русскими, так и самой мордвой. Иван Смирнов, которого мы уже цитировали, являлся выдающимся специалистом в данной области. Многие выходцы из этих народов, успешно христианизированных, полностью интегрировались в русское аристократическое общество. Так произошел относительный осмос.
В ходе постепенной русской колонизации с начала XVII века полного слияния не произошло; соседство русской деревни с мордовской или марийской – распространенный феномен XIX века.
Марийцы, мордва и чуваши в настоящее время выделены в автономные республики, расположенные вдоль русла Волги и ее притоков, Оки и Камы.
Марийцы занимают северную часть бассейна Волги и часть побережья Камы. Их столица находится в Йошкар-Оле. Мордвины более многочисленны и более христианизированы. Их столица – Саранск. Они занимают территорию от Нижнего Новгорода на севере до Пензы на юге. Они живут по обеим берегам Волги и Оки. Чуваши – народ Средней Волги. Возможно, они произошли от волжских булгар и являлись подданными Хазарского каганата. В 1552 году они перешли под московское правление.
Ижоры и карелы живут на северо-западе России; ижоры – в окрестностях Санкт-Петербурга, карелы – дальше на север, в современной Республике Карелия (и Финляндии). Влияние прочих финно-угорских народов на русское население слабо выражено, и здесь мы его не рассматриваем.
Сколько-нибудь подробное описание этих народов здесь невозможно, но мы постараемся указать основные течения в их верованиях, потому что именно они оказали влияние на культуру завоевателей.
2. Религиозные тенденции финно-угорских племен и этносов
Основные религиозные тенденции финно-угорских племен и этносов (особенно на Волге) следующие:
1. Значительно выраженный культ мертвых. Кладбища находятся в лесах, на освященной поляне. Мертвых не обязательно закапывают в землю, а кладут поверх нее и сверху насыпают холмик. Сильный страх «нечистых мертвецов».
2. Поклонение природе и демонология одинаково важны. Духи и божества сливаются между собой.
3. Празднества с жертвоприношениями тому или иному божеству являются основным культурным проявлением.
СВЯТИЛИЩА
Существование святилищ, где приносили в жертву животных (а в более древние времена – людей), засвидетельствовано почти повсюду. У славян такие сооружения были редкостью, но у всех вышеупомянутых племен они были широко распространены; у мордвы они назывались «кудо», у марийцев – «кереметь», у удмуртов – «куала» и т. д.
У марийцев праздник кереметь происходил в лесу. На поляне, в самом центре, строили хижину. Описание кереметя, кратко изложенное ниже, содержится в классическом труде путешественника Лепехина (конец XVIII – начало XIX века).
«Речь шла о квадратном участке, окруженном высокой изгородью из толстых кольев с тремя воротами: по центру восточной стороны, северной и западной. Животных, предназначенных для жертвоприношения, вводили через восточные ворота; участники жертвоприношения входили через западные, служившие входом и выходом; северные использовались водоносами. Рядом с восточными воротами в землю втыкали три кола. К первому привязывали жертвенного коня, ко второму – быка, к третьему – барана. Рядом с западными воротами втыкали еще три кола. Животных привязывали сначала к восточным кольям, потом резали у западных и развешивали их шкуры там же. Над западными кольями натягивали навес, в центре которого ставили два низких колышка; между ними подвешивали котлы, в которых варили мясо, – это была “кухня”. Рядом с западными воротами ставили большой деревянный стол, на который выкладывали готовое мясо, порезанное на куски, предназначавшиеся участникам жертвоприношения».
Похожие свидетельства описывают жертвоприношения у