Часы на прикроватной тумбочке показывали теперь 7:18 утра. Линда принялась набирать сообщения на телефоне. Не иначе как рассказывала подружкам об их ссоре. А эти кумушки, небось, проклинают его за то, что испортил поездку. Дэн закрыл глаза и повернулся к жене спиной. Он намеревался продолжить поиски, несмотря на Линдины предостережения. Не будет она контролировать его жизнь, вот уж дудки. Если ей кажется опасным давать объявление в газеты и на телевидение, он сделает тест ДНК, это более конфиденциально.
Хорошо бы ночь еще не кончилась и можно было хоть чуть-чуть подремать. Все тело ныло, и Дэн чувствовал, как подкрадывается головная боль. На прикроватной тумбочке стояла бутылка воды, и он потянулся к ней.
– Я все время считала его мошенником, а он даже денег не взял, – внезапно заявила Линда.
Дэн подавился водой и закашлялся. Потом повернулся к жене:
– Ты про Фонга?
Она кивнула.
– Я рассказала про него Дженне, и она сбросила несколько ссылок на статьи о детях тех, кто служил во Вьетнаме. Тогда я покопалась в Сети…
– Что ты нашла? – Дэн сел.
Линда дала ему свой телефон. На экране была статья из «Вашингтон пост», озаглавленная «Наследие войны». Эшленд читал, и на глаза наворачивались слезы от истории Во Хыу Няна, нашедшего американскую родню спустя сорок шесть лет. Дэн узнал о борьбе, которую вели вьетнамские потомки американцев, а в конце статьи прочел слова одного из них, Нгуен Тхань Чунга. Тот сказал, что, найдя отца, задаст всего один вопрос: «Почему ты бросил меня?»
Дэн уставился на этот вопрос. Если он скажет своему ребенку, что просто чертовски перепугался тогда, в свои двадцать лет, простит ли тот его?
Линда придвинулась ближе, и они вместе прочли в Сети другие, весьма многочисленные истории. О полуамериканцах, отчаянно искавших своих отцов, об отцах, отвергших детей-полукровок, о ветеранах, которые возвращались во Вьетнам на поиски своих потомков, о счастливых воссоединениях и разбитых сердцах.
Во время чтения Дэн все надеялся наткнуться на какой‐нибудь след Ким и ее ребенка, но не нашел ничего ни о баре «Голливуд», ни о двух сестрах, которые там работали. С экрана телефона на него смотрели незнакомые люди, которые могли быть его семьей.
Эшленду не верилось, что он мог так долго не думать на эту тему. Когда появился интернет, Дэну периодически приходило в голову поискать там что‐то о Вьетнамской войне, но он гнал эту мысль. Похоронив прошлое, лучше не раскапывать его снова, думал он, чтобы не стало еще больнее. Он пытался убедить себя, что Ким без него лучше, а ребенок, может, и не его даже.
– Все так сложно. – Линда вывела на экран очередную статью. – Вот посмотри, эта женщина не хотела, чтобы ее нашли. У нее семья развалилась, потому что ветеран, отец ее ребенка, приехал ее искать. А она вышла замуж и не сказала ни слова о своем прошлом.
До сих пор Дэн представлял, какая семья может быть у Ким, какие дети, но не думал о возможных последствиях своих поисков. А вдруг Ким не захочет иметь с ним ничего общего? Вдруг, найдя ее, он разрушит жизнь, которую она с таким трудом отстроила заново?
Телефон у них в руках звякнул.
– Наверное, это Дженна пишет. – Линда забрала у мужа мобильный, прочла сообщение и подняла взгляд: – Хочет прислать денег, чтобы мы купили книг и одежды для детей Фонга.
Тут зазвонил стационарный телефон, и Дэн снял трубку.
– Доброе утро, сэр, это администратор беспокоит, – проговорил мужской голос. – Пришел мистер Тхиен. Он хочет поговорить с вами наедине, без мадам, и спрашивает, не могли бы вы спуститься.
– Сейчас подойду. – Дэн повесил трубку.
Вчера утром, когда Тхиен заявил, что увольняется, Эшленд только хмыкнул: уж больно не нравился ему этот тип, век бы его не видеть. Но днем во время экскурсии Дэн обратил внимание, как Тхиен полезен Линде. Гид любезно выполнял ее просьбы, помог выгодно закупиться на рынке, у портнихи и в художественных галереях. Дэн думал, что, может, Тхиен изменил свое решение и продолжит на них работать. В конце концов, ему платили хорошие чаевые и, возможно, комиссионные от продаж. Но раз он явился в такую рань, значит, явно не с добрыми вестями.
Дэн натянул джинсы.
– Это Тхиен.
– Экскурсия начинается через час, – посмотрела на часы Линда. – Или я ошибаюсь?
– Он хочет поговорить со мной наедине, – застегивая ширинку, объяснил Дэн.
– Что? Вы, ребята, решили еще что‐то от меня утаить? Очередной секрет?
– Больше никаких секретов, обещаю. Потом расскажу тебе все.
– Что‐то странное происходит, – нахмурилась Линда. – Вчера вы были как кошка с собакой. Помнишь, мне даже пришлось умолять Тхиена, чтобы он переводил твою беседу с Фонгом? Я решила, что он разозлился, когда ты наорал на него возле почты.
– Давай я сам с этим разберусь, хорошо?
Линда широко открыла занавески. На мужа она не смотрела.
* * *
Тхиен шлепнул конвертом по стойке регистрации.
– Ваш аванс. – И он сунул в конверт стодолларовую купюру. – Удачи в поисках бывшей девушки.
Дэну хотелось забрать деньги и послать Тхиена куда подальше, но нельзя было допустить, чтобы Линда расстроилась еще сильнее. Если он позволит гиду уйти, жена взорвется. Тхиен забронировал все отели, организовал транспорт и развлечения на две недели. Дэн вздохнул.
– Давайте сядем и поговорим, не возражаете, господин Тхиен? Вы помогали многим ветеранам и знаете, как тяжело мне пришлось.
– Таких грубиянов, как вы, среди ветеранов до сих пор не было. Вы говорили со мной свысока и вообще обращались как с дерьмом. Я уже сказал Зюи и Ньы, что ничем не могу вам помочь. Хоть ваша жена и дружит с ними, это не имеет для меня значения. Если вам нужен гид, обратитесь лучше к администратору.
– Я считал вас профессионалом, а вы бросаете клиентов посреди тура? Не забывайте, из-за вас все и началось. Вы напились и проговорились Линде.
– Да, знаю, я выдал ей ваш секрет… невольно. Но я рад, что ваша жена злится на вас. Из-за таких, как вы, мы проиграли войну. Я рвал задницу в боях, а вы тем временем развлекались со своей проституткой и заделали ей ребенка. – Тхиен прищелкнул языком. –