По Лавкрафту, люди поклоняются Ктулху с незапамятных времен, и его почитание «никогда не умрет». Резным идолам Ктулху приносят человеческие жертвы и шепотом произносят обетное заклинание: «Пх’нглуи мглв’нафх Ктулху Р’льех вгах’нагл фхтагн» – «В своем чертоге в Р’льехе мертвый Ктулху грезит и ждет». Зародилось же почитание Ктулху в «непроходимой Аравийской пустыне», где расположен таинственный и недоступный древний город, откуда отправлялись скитаться по свету первые мореплаватели. Кроме людей, Ктулху чтят и пришельцы со звезд – Глубоководные, то есть разумные амфибии, и раса Ми-Го, разумные грибы, которые выглядят как насекомые.
Малоизвестный при жизни, Лавкрафт приобрел немалую популярность как автор во второй половине XX столетия, и вымышленный писателем Ктулху постепенно сделался одним из заметных персонажей нынешнего коллективного знания – о нем вспоминают в разговорах, ему посвящают литературные произведения и фильмы, его имя фигурирует в названиях компьютерных игр… Как выразился один литературный критик, «бренд Ктулху» сегодня ничуть не слабее многих других. Фактически в современной культуре состоялось овеществление художественного образа.
Более того, в реальность отчасти перенесся и культ «спящего бога», о котором писал Лавкрафт (а до него мимоходом упоминал автор «протофэнтезийных» рассказов Эдвард Дансени): сама нынешняя известность Ктулху превратила это мнимое божество в нечто вполне материальное – недаром, если уж брать наиболее показательные примеры, в конце 1990-х и первой половине 2000-х годов в США использовался предвыборный лозунг «Зачем выбирать меньшее зло? Ктулху в президенты!» (позднее этот лозунг сменился на «Ктулху за Америку!»). А в 2014 году в той же Америке была зарегистрирована «Первая объединенная церковь Ктулху», на сайте которой недвусмысленно утверждается: «Мы – настоящая религия. Лавкрафт – пророк XXI века. Мы – будущее».
Творчество Лавкрафта вдобавок служит сегодня материалом для различных эзотерических и религиозных трактовок. Американский исследователь Джон Энгл насчитывает целых четыре группы «лавкрафтианских оккультистов», считающих, что Лавкрафт действительно был пророком или визионером, который смог «заглянуть за край повседневности» и прочитать, в образной формулировке Колина Гранта, лидера «Тифонианского ордена восточных тамплиеров», «несколько страниц из гримуара акаши» (то есть, упрощая и не вдаваясь в словесные дебри эзотерического жаргона, космической мудрости).
К первой группе Энгл относит тех, кто «использует произведения Лавкрафта как инструмент для медитаций и упражнений в самосовершенствовании». По его мнению, отдельные лавкрафтовские образы сделались необходимым подспорьем в ритуалах так называемой «хаотической магии» – современной оккультной практики, восходящей к обрядности «Ордена восточных тамплиеров» британского оккультиста Алистера Кроули. Чаще всего они ссылаются на придуманный Лавкрафтом «Некрономикон» – сочинение «безумного араба аль-Хазреда», свод тайных знаний и обрядов. По замечанию Энгла, «для многих оккультистов не имеет значения, что мир и пантеон жутких божеств Лавкрафта – вымышленные… Они видят во всем этом надежную опору для ритуалов, хотя и отдают себе отчет в том, что за пределами ритуальной комнаты нет никаких откровений Старших богов».
«Некрономикон» как религиозный артефакт
Многие литераторы склонны к мистификациям – достаточно вспомнить Джеймса Макферсона с «Поэмами Оссиана», Хорхе Луиса Борхеса с его «вымышленными историями» или Станислава Лема с его рецензиями на несуществующие книги, – и Лавкрафт не являлся здесь исключением. Когда ему понадобилось в художественный целях сослаться на некий древний труд, повествующий о сверхъестественном, он просто-напросто такой труд придумал – и назвал его «Некрономикон».
Для самого Лавкрафта вымышленная книга «Некрономикон» всегда оставалась, по его собственным словам, «полезным источником мрачных и зловещих цитат». Он никогда не пытался написать полный текст «Некрономикона», потому что, во-первых, ощущал, по признанию в письме, «недостаток сил и изобретательности», а еще потому – эта причина видится, честно говоря, более весомой, – что такой полный текст лишил бы его свободы творчества: он больше не смог бы придумывать подходящие к очередному сюжету цитаты из книги – пришлось бы подгонять сюжет под конкретную цитату.
Ближе к концу жизни он написал рассказ «История „Некрономикона“», воспринятый некоторыми читателями как подлинная хронология создания «священной книги», и от этого рубежа нужно, пожалуй, отсчитывать «родословную» бесчисленных «настоящих „Некрономиконов“», заполнивших книжные прилавки. Самым известным среди них является «Некрономикон Саймона» (1977), полновесный колдовской гримуар с описанием множества обрядов, в том числе обряда с призывом демона Кутулу (вероятно, Ктулху, хотя сам автор, скрывшийся за псевдонимом «Саймон», уверял, что приводит достоверные сведения из «древней шумерской ритуалистики»).
«Некрономикон Саймона» был распродан в сотнях тысяч экземпляров и стал одним из самых продаваемых текстов по оккультным и магическим практикам во всем мире. За ним последовали другие издания «Некрономикона», одни столь же «серьезные», другие откровенно пародийные (например, якобы «репринт» с неразборчивыми картинками). Так вымышленное произведение оказалось культурным и религиозным артефактом реального мира.
Вторая группа оккультистов, по Энглу, обращается к языку Лавкрафта «для выражения драматизма духовных переживаний». Известно, что Алистер Кроули, создатель и глава оккультного «Ордена восточных тамплиеров» (Ordo Templi Orientis, сокращенно ОТО – именно такая аббревиатура-калька вошла в русский язык), читал Лавкрафта и кое-что напрямую у него заимствовал для своего «ритуального языка». Нынешние последователи Кроули, возможно, этого не осознают, но лавкрафтовский стиль, «похожий на заклинания и подходящий для заклинаний», как отмечает один литературовед, безусловно оказал влияние на ритуалистику OTO.
Третья группа «лавкрафтианцев» объединяет образы и эстетику Лавкрафта, «элементы его космоса», с символикой и практиками современного западного оккультизма. Они признают художественные тексты Лавкрафта «подлинным сверхъестественным материалом», а самого их автора считают «проводником истинных магических сил». Цитируя Колина Гранта, ученика Кроули, создавшего из OTO собственный «Тифонианский орден»: «Блаватская, Мэзерс (Сэмюел Л. Мэзерс – виднейший британский оккультист конца XIX века. – К. К.), Кроули, Лавкрафт и другие – не исключено, что они черпали вдохновение из какого-то межпространственного разлома». Постичь произведения Лавкрафта в состоянии только посвященные – разумеется, члены ордена, – которым открывается суть «истинных обрядов», среди прочего – суть «сексуальной магии Лавкрафта», связанная, в обтекаемом описании, с «игрой щупалец» (тут явно опять подразумевается Ктулху). А в «Церемониале девяти углов» из обрядности «Церкви сатаны» – о ней мы поговорим чуть ниже – и вовсе перечисляются почти все божества, придуманные Лавкрафтом и «материализованные» сатанистами.
Наконец, последняя, четвертая группа оккультистов идет еще дальше – они выстраивают свое вероучение на содержании произведений Лавкрафта. Наглядным примером тут служит «Эзотерический орден Дагона» (англ. EDO, рус. ЭОД), получивший свое название в честь божества и культа, описанных в повести «Тень над Иннсмутом». Нужно сразу оговориться, что существуют две организации с таким названием – одна религиозная (Esoteric Dagon Order), о которой и идет речь, а вторая писательская, что-то вроде кружка