Королева оперлась на руку мужа. Она сунула ему в руку бокал и помогла отпить вина. Король сделал большой глоток.
А потом так же внезапно все прекратилось. Звук, боль, темнота исчезли.
Я выпрямилась, хотя меня все еще потряхивало от внезапной вспышки ярости, которую только что продемонстрировал Рауль. Гости приходили в себя, потирая глаза и лоб. Я ожидала от них какой-то реакции, но все восприняли случившееся как должное.
Значит, подобное происходило уже не первый раз.
Здоровье Рауля определенно расшаталось. Несмотря на все могущество, он был такой древний, что, теряя силы, неизбежно утрачивал контроль над своей магией. И это не просто позор для Дома Тени. Это… опасность.
Король Дома Тени стал серьезной обузой.
Похоже, у меня на лице было написано, что я все поняла, потому что Эгретта глянула на меня, и я услышала в голове ее голос: «Ни слова, шпионка. Не вздумай что-нибудь сказать».
Но лицо Рауля уже разгладилось, глаза посветлели. Он подошел ко мне. Вампиры с возрастом теряют множество эмоций. Раулю, древнему старику, уже не надо было даже моргать.
– Ты убила моего наследника, – заявил он.
Король так бесцеремонно расчленял на части мои воспоминания, словно делил на дольки апельсин. Я снова почувствовала у себя в руках меч. Ощутила вкус крови принца, брызнувшей мне в лицо. В ту ночь я не стала при Орайе слизывать эту кровь с губ. Как ни нравился мне ее железный привкус.
Магия короля Дома Тени вызывала у меня отвращение. И все же она взывала к моей и наоборот, ощущая в Рауле часть того, кто обратил меня.
– Отец, мой подарок тебе – не только воздаяние, – промолвила Эгретта. – Да, эта девчонка убила Малаха. Но мы все знаем, что она при этом действовала не одна. Казни ее за страшное преступление. Верни ее Дому Ночи по частям. Покажи королю-рабу и королеве-полукровке, что́ мы думаем об их предательстве.
Тут мое сердце перестало биться.
Я представила себе, какие лица будут у Райна и Орайи, когда им принесут посылку с моей головой. Да они ведь начнут войну, чтобы отомстить за меня. И потерпят поражение, ибо их едва лишь родившаяся власть еще слишком слаба. Ради меня они доведут Дом Ночи до погибели. Без колебаний, без лишних вопросов. Я сбежала, чтобы защитить своих друзей, а теперь получается, что все равно их уничтожу.
Рауль явно заинтересовался предложением дочери и на некоторое время задумался.
Он отвлекся совсем ненадолго, однако я получила передышку, чтобы спрятать эмоции за возведенные мысленно стены. И выдавила из себя смешок.
– О боги. Как лестно, что вы считаете мою персону столь важной. Но хочу сказать, что королю с королевой Дому Ночи на меня ровным счетом…
– Молчи, – приказал Рауль.
Мой рот сам собой закрылся. Меня замутило, и навалилось желание подчиняться.
«Молчи. Молчи. Молчи».
Король поднял мне подбородок. У него была слишком гладкая, слишком холодная кожа. Неприятное прикосновение, но я не могла заставить себя отпрянуть. Он скользнул мне в ум, и я лихорадочно захлопнула двери, как будто я дочь-подросток, прячущая от родителей в шкафу любовника.
Но Рауль все равно вернулся к этому воспоминанию: о смерти своего сына. Воспоминанию о лице, которое так походило на его лицо, о глазах, которые остекленели и опустели, когда я вонзила меч принцу в грудь. Король разматывал это воспоминание снова и снова.
И в этот момент я поняла, что прекратить надвигающееся нет никакой возможности.
Наконец Рауль отпустил меня и велел:
– На колени.
«На колени. На колени. На колени».
Я рухнула на пол, стукнувшись коленками о мрамор.
Мне предстояло умереть.
– Хороший подарок, дочка, – зазвучал его голос. – Покажем-ка Дому Ночи, как мы поступаем с убийцами.
Слезы ожгли мне глаза. Радостное хихиканье толпы слилось в неровный шум. Эгретта отдала стражнику какое-то приказание, но я ее не слушала. Гости рассмеялись. Мечи покинули ножны. Момент исполнения приговора приближался.
Мои мышцы сковало велением Рауля, так что я повалилась на землю. Да и сражалась бы я, даже если бы могла? Сколько можно избегать смерти? Мне казалось, что я должна была погибнуть еще в первую же ночь, когда мой бог окончательно меня оставил. Я так долго ждала прощения грехов. И теперь уже никогда его не получу.
Может быть, смерть – это лучший исход.
Но… боги… А как же Райн и Орайя? Ну да, это единственная несправедливость: мою смерть используют, чтобы их уничтожить.
Получается, что я тоже их предала. Как и остальные.
Кто-то схватил меня за волосы, откинул голову назад, чтобы открыть горло.
Поднялся клинок…
– Прекратите! – прогремел по всему залу низкий голос. – Остановитесь! Она нужна мне!
Глава третья
Мгновение тишины.
Прошла секунда, потом другая.
Я открыла глаза. Потребовалось некоторое время, чтобы понять: я все еще жива.
Давление воли, исходившее от Рауля, отпустило меня. Правда, стоявший сзади стражник все еще держал меня за волосы, заставляя сгибать шею. Я видела, что король смотрит куда-то мимо меня, на дверь. Он застыл с поднятой рукой – безмолвный приказ, который только что спас мне жизнь.
На какое-то время.
Гости умолкли и обменивались потрясенными взглядами. Они тоже взирали на того, кто стоял у дверей.
– Убожество, – медленно сказал король, вытащив на свет слово, сочащееся ядом.
Позади него рассмеялась Эгретта:
– Мстишь за нашего брата, убожество?
Нашего брата?!
Я рылась в памяти, вспоминая, что знаю о королевской семье Дома Тени. У Рауля двое законных детей – по крайней мере, было, пока я не убила одного из них. Но я слышала также и о третьем его ребенке. Старая история, с тех пор прошло уже несколько веков. Незаконнорожденный сын, который когда-то командовал всей армией шпионов Рауля, пока не…
Что с ним случилось? Разве он не погиб?
– Мертвый пленник бесполезен, – произнес все тот же низкий голос. – Убить ее сейчас было бы глупой ошибкой.
«Глупой ошибкой».
Он только что назвал короля Дома Тени глупым.
Все, кто находился в зале, затаили дыхание. Лицо Рауля застыло, как мертвое.
– Отец, это было бы… недальновидно, – проговорил мужчина, пытаясь смягчить свои слова, но что сказано, то сказано.
Мгновение я не сомневалась: Рауль едва сдерживается, чтобы не приказать