Демонстративно позирую ему, улыбаюсь и едва не танцую с ангелочком. Даже надеваю протянутый Димой ободок с оленьими рогами и тяжко вздыхаю, когда понимаю, как они мне идут.
– Я так не могу, – шепчу я и специально отключаю микрофон, прицепленный к топу.
Так мои слова не попадут на запись, а услышать меня сможет только Дима. Он удивляется, вижу это по глазам, но окружающим виду не подает, что я опять что-то вытворила. Притворяется, что снимает меня, пока я, не глядя на него, жалуюсь:
– Это нечестно. София не только деньги зарабатывает за то, что тут находится, но еще и Алексу пудрит мозги.
– С чего ты взяла? – шепчет Дима. – По-моему, она просто украшает рояль.
– Она была у него, – делюсь секретом, который носила в себе слишком долго. На десятки часов дольше положенного.
Даже не понимаю, что меня сдержало. Почему не пошла и сразу не растрепала новость о том, что видела, как София глубокой ночью прилетела на вертолете к вилле? Идиоту ясно, где она была. И даже еще большему идиоту очевидно, чем она там занималась.
– Она спала с ним, Дим, как ты не понимаешь?
Отворачиваюсь, чтобы никто не заметил слез. Притворяюсь, что поправляю веточки нобилиса, а у самой губы дрожат.
– Ты ревнуешь?
– Я боюсь, – признаюсь я, но недоговариваю главную правду.
Я боюсь не того, что потеряю Алекса. Я боюсь, что раз кто-то решился на более жесткие меры, то и мне придется вытворить что-нибудь такое, что убедит Алекса оставить меня на проекте. Даже несмотря на то, что Буэру я вроде как нравлюсь.
Нравлюсь – и это делает ситуацию еще сложнее.
Сразу вспоминаются слова Антонины о том, что среди девушек, которые дают, никто не станет держать ту, что не хочет раздвигать ноги.
София. Ненавижу!
Она своим отсосом Алексу повысила планку требований к участницам. Или, наоборот, уронила ее в грязь?
Снова кошусь на Мышь, хотя теперь она ею мне и не кажется: выглядит скромной милашкой, но на самом деле – самая грязная из всех участниц. Берет деньги, спит с Алексом… Может, она еще и котят ночами топит?
Поджимаю губы. Нет. Говорить с ней бесполезно.
– Снежана? – зовет Дима. – Ты уснула там? Мы же договаривались: я снимаю тебя, а ты делаешь шоу.
– Будет тебе шоу, – обещаю я, надевая маску холодной уверенности. – На балу я сама поговорю с Алексом. Софии на проекте места нет.
Глава 18
Алекс
Ровно в пять утра вертолет доставляет меня на виллу к девушкам. Пока жду Софию, любуюсь оранжево-розовым небом. На мгновение позволяю себе закрыть глаза и насладиться ароматом хвои, витающим вокруг. Когда я открываю веки, то замечаю мелкие снежинки, что неторопливо опускаются на рукава куртки. На губах появляется улыбка. Я запрокидываю голову и выдыхаю облачко пара в морозный воздух, поражаясь тишине вокруг.
Есть все-таки какая-то особая магия в снегопаде, особенно когда он, можно сказать, круглогодичный. И ты не представляешь без него своей жизни. Пушистые белоснежные крупинки завораживающе летят из-за облаков, пока ты стоишь в окружении елового леса, ощущая, как каждую клеточку тела заполняет чувство умиротворения от приятного тепла, разливающегося от осознания, что ты дома. Это вызывает поразительные эмоции.
– Готов взорвать паудер? – раздается голос Софи рядом, и я тут же опускаю голову, чтобы встретиться с ней взглядом.
– Уступишь это право мне?
– Ну-у-у, – растягивает она. – Ты же у нас главный.
Я смеюсь.
– На склоне мы равны.
– Ну, тут я бы поспорила… – фыркает она.
Замираю в ожидании того, что Софи скажет дальше.
– Ты достаточно стар для покорения склона. Я сделаю тебя. – Софи пожимает плечами, вызывая у меня усмешку.
– Софи, я многократный чемпион…
– Был, – поджимает губы она.
– Чемпионов бывших не бывает.
– Так докажи, – бросает вызов, при этом быстро прикрепляя ботинки к доске.
Не успеваю опомниться, как Софи проезжает мимо меня, набирая скорость. Спешно бросаю на снег борд и следую ее примеру. На ходу опускаю маску и несусь за Софи, хотя догнать ее мне все же не удается. Она летит по склону со скоростью ветра, вызывая у меня широченную улыбку.
Вокруг нас стремительно проносятся горы, свежевыпавший снег на верхушках которых искрится в теплом свечении лучей восходящего солнца. Удары сердца оглушают. А улыбка не сходит с лица.
Предложить Софи кататься вместе было моей прекрасной идеей. Это лучшее утро за… да за многие годы. С тех пор, как я оставил спорт и стал заниматься развитием нашего горнолыжного курорта в Ишгле, мне никто не бросал вызов. А эта девчонка… Она просто мастер фрирайда [11]. И стыдно признаться, но она меня делает.
Не могу оторвать от нее взгляда и открываю от удивления рот в тот момент, когда Софи делает грэб [12]. Не то чтобы это было сложно, есть множество гораздо более опасных элементов, но это не может не впечатлить.
Минут пятнадцать спустя Софи тормозит вблизи ущелья. Она отстегивает ботинки и удобно устраивается на снегу. Я нагоняю ее и тут же падаю рядом с ней на спину.
– Почему остановилась? – хриплю, пытаясь отдышаться.
– Испугалась, вдруг тебя инфаркт хватит. В твоем-то возрасте…
Я прыскаю со смеху.
– Мне тридцать шесть.
– Да. Я же говорю – старик.
Снова улыбаюсь.
– А сколько лет тебе?
Она резко поворачивается ко мне.
– Двадцать три. Ты что, не смотрел мою анкету?
Отрицательно мотаю головой.
– И почему же?
– А зачем? Если в твоей анкете были вопросы, как в моей, то информация о том, ребристые ты презервативы предпочитаешь или гладкие, никак не поможет мне узнать тебя.
С ее губ срывается смешок.
– Ужасные вопросы.
– Согласен.
– Девочки думают, что я с тобой переспала… той ночью, – тихо выдыхает она. – Боюсь представить, что они решат, когда этим утром меня снова не окажется на завтраке.
– А тебе не плевать? – свожу брови к переносице. – Ты никогда не сможешь влезть людям в голову. Они будут думать, говорить и делать лишь то, что хочется им самим. Поверь: даже если бы ты не была здесь со мной, а находилась там, они бы все равно нашли причину посплетничать про тебя.
Софи делает глубокий вдох, а затем опускается на спину рядом со мной.
Мы лежим посреди снега, не сводя взглядов с розового неба. И эта идеальная тишина вокруг создает внутри меня чувство умиротворения.
– Ты прав, – наконец произносит она. – Просто я не думала, что когда-нибудь окажусь в подобном месте среди таких людей.
– Ну, сейчас ты здесь