Сейчас вечер субботы, но основное я написала еще утром. Сегодня настроение у маменьки уже не такое подавленное; лауданум способствовал ее глубокому сну, и я думаю, она чувствует себя лучше. Мы с папенькой обедали порознь. Как странно! Он и Джон Бонд, кажется, прекрасно проводят время в обществе друг друга – я только что слышала в коридоре тяжелые шаги этого Бонда.
Сегодня приходил Джеймс Дигвид, и я отдала ему назначение брата. Чарльз Харвуд тоже заезжал узнать, как мы поживаем, по пути из Даммера, куда он отвозил мисс Гарретт, которая должна в ближайшее время вернуться в его поместье в Кенте. Заканчиваю на сегодня, а то завтра не найду места, чтобы добавить еще хоть пару слов.
Воскресенье. Ночью маменька очень хорошо спала и чувствует себя сегодня значительно лучше.
Получила письмо от тети, благодарю тебя за приписку! Скоро напишу Чарльзу. Целуй от меня Фанни и Эдварда и спроси Джорджа, есть ли у него для меня новая песенка. Как мило со стороны тети снова пригласить нас в Бат! Доброта, на которую лучше бы просто вежливо ответить, чем воспользоваться ею.
Твоя навеки,
Дж. О.
Годмершем-парк, Фавершем, Кент – для мисс Остин.
VIII
Стивентон, 1 декабря
Дорогая Кассандра!
Я очень рада писать тебе снова, да еще так скоро, чтобы передать весточку о Фрэнке, которую я недавно от него получила. Он был в Кадисе 19 октября, живой и здоровый, и как раз получил от тебя письмо, написанное еще в те времена, когда «Лондонские христиане» собирались при церкви Св. Елены. А вот истинно последние сведения о нас он получил от меня в письме от 1 сентября – я отправила его вскоре после того, как мы съездили в Годмершем. В начале октября он написал целый ворох писем для своих дорогих друзей в Англии, и этот увесистый пакет должен был отправиться в путь на «Великолепном»; однако не успел «Великолепный» не то что отплыть, а и подготовиться к отплытию, как Фрэнк уже отправил мне всю пачку. Она содержит письма нам обеим, лорду Спенсеру, мистеру Дейшу, директорам Ост-Индской компании. Пока он писал все это, «Сент-Винсент» отделился от флотилии и вошел в Гибралтар, подчиняясь приказу проверить готовность судна к одиночным вылазкам во вражеские порты; объектами, вполне возможно, станут Минорка и Мальта.
Фрэнк в хорошем настроении, но предупреждает, что наша переписка в дальнейшем может оказаться не столь оперативной, так как сообщение между Кадисом и Лиссабоном сейчас хуже, чем раньше. Поэтому ни тебе, ни маменьке не стоит беспокоиться, если письма от него будут приходить значительно реже. И я передаю вам обеим эту просьбу, будучи самой мягкосердечной в нашей семье.
Вчера маменька совершила торжественный выход в гостиную, сопровождаемая толпами восторженных поклонников, и впервые за последние пять недель мы выпили чаю все вместе. Ночь она провела довольно сносно и обещает пребывать в таком же замечательном расположении духа и прекрасной физической форме весь предстоящий день…
Мистер Лайфорд был у нас вчера; прибыл, когда мы обедали, и разделил с нами нашу элегантную трапезу. Мне не стыдно было пригласить его к столу, так как на обед у нас был гороховый суп, свиные ребрышки и пудинг. Мистер Лайфорд выразил опасение, что такое меню может вызвать у мамы желтуху или сыпь, но не последовало ни того ни другого.
Вчера утром была у Динов. Мэри чувствует себя отлично, хотя телесная слабость пока не покидает ее до конца. Однако, уже видя ее в добром здравии на третий и шестой день, я уверена, что не пройдет и пары недель, как она полностью восстановит силы и будет чувствовать себя лучше некуда.
Джеймс выехал в Ибторп вчера, чтобы навестить маму и младенца. Летти сейчас рядом с Мэри [12], она совершенно счастлива и беспрестанно восторгается малышом. Мэри совсем не обращает внимания на неустроенность, царящую вокруг, что вынуждает меня саму взяться за дело. За своей внешностью она практически не следит. У нее нет подходящей удобной одежды; занавески в комнате слишком тонкие, а окружающая обстановка далека от комфорта и стиля, которые можно было бы счесть завидными. Элизабет выглядит куда более привлекательной в своем милом чистом чепце, надетом со всей аккуратностью, и платье, отглаженном и отбеленном по всем правилам. Сейчас мы полностью поселились в гардеробной – ты знаешь, я очень ее люблю, чувствую себя в ней гораздо более элегантной, чем в гостиной.
От Кинтбери до сих пор никаких вестей. Элизе кажется смешным наше нетерпение. В прошлый четверг у нее все было замечательно. За кого собирается замуж мисс Мария Монтрезор и что будет с мисс Малкастер?
Мое штапельное платье чрезвычайно удобное, однако, надеюсь, ты не носишь свое слишком часто. Сшила себе две-три шляпки для вечерних выходов (до возвращения домой), и это избавило меня от вселенских страданий по поводу прически; все, что мне нужно теперь, – это вымыть и расчесать волосы, потому что длинные пряди я заплетаю в косу и укладываю так, чтобы под шляпкой их было не видно, а короткие прядки вьются сами по себе, не требуя моего участия. Я укоротила их недавно у мистера Батлера.
Нет никаких причин полагать, что известие о смерти мисс Морган – правда. Вчера мистер Лайфорд доставил всем нам удовольствие, вознося хвалу поданному на обед барашку, лучше которого, по его словам, он в жизни своей не ел. Джон Бонд обнаружил, что начинает стареть, что Джонам Бондам абсолютно не пристало, и уже не может так много работать; любой в этих обстоятельствах будет рад занять его место, а самому Джону придется довольствоваться уходом за овцами. Все же мне кажется, что работников здесь не стало больше – те же мальчики, только повзрослевшие. По крайней мере, я так думаю; впрочем, ты знаешь, как я бываю глупа, когда дело касается подобных наблюдений. Лиззи Бонд отдали на обучение мисс Смолл, так что уже через несколько лет мы сможем увидеть, как она добросовестно и со знанием дела портит платья.
Папенька запросил у мистера Мэя, а также у мистера Дина из Уинчестера разрешение на открытие пивной для Роберта – по его требованию. Это была маменькина идея – маме