Милан под столом сжал мою руку и пристально посмотрел мне в глаза. Потом слегка подтолкнул меня, и мы вышли из хижины за остальными. Я немного злилась на маму: из-за её сомнений и тревог наши посиделки закончились так рано и так скомканно. А я как раз смогла снова заглянуть в Хроники. Правда, это была копия – но зато очень важной для нас страницы! Интересно, что там дальше? Мы могли бы ещё многое обсудить, и я бы наконец больше узнала о правилах и ритуалах аваностов. Я бы хотела побыть здесь ещё немного – провести время с Хранительницей.
Но момент уже упущен. Вздохнув, я толкнула дверь – и мне в глаза ударил яркий свет. Солнце сейчас стояло прямо над нами, освещая долину и горные вершины. Было очень красиво.
Мама стояла на краю небольшой полянки и смотрела куда-то вдаль. Люсия подошла к ней:
– Ава, слушай, может, нам с детьми спуститься к источнику? Очень хочется показать им его. Заодно и воды набрать.
Мама молчала. Хранительница продолжила:
– Оттуда и место общего сбора видно.
Мама повернулась к нам и пристально посмотрела на меня своими льдисто-голубыми глазами.
– Я бы очень хотела увидеть место сбора аваностов, – быстро сказала я. Только бы не уезжать отсюда подольше.
Наконец мама кивнула:
– Хорошо, давай. Каждый аваност должен знать это место. Оно уникально по своему расположению на первом повороте реки Нагольд. И оттуда действительно чудный вид на место общего сбора.
Селия, кряхтя, опустилась на деревянную скамейку у стены хижины:
– Я тогда тут вас подожду.
Аурелия тотчас же уселась рядом с лучшей подругой.
В итоге к источнику отправились мама, Люсия, Милан и я. У меня появился шанс узнать больше и о моём происхождении, и о мире аваностов, и упускать его я не собиралась.
3. Татуировка в виде птицы
К источнику вела узкая каменистая тропинка, петляющая по крутому склону горы на высоте хижины Люсии. Внизу под нами протекала река Нагольд, больше похожая на широкий ручей. Люсия шагала впереди, за ней шла мама, за мамой – Милан, а я плелась в конце, потому что рядом по такой дороге идти было невозможно: только друг за другом. Поэтому я ни о чём не могла спросить Хранительницу. А думала я о том, что выяснила из Хроник.
– Как же нам свергнуть Ксавера Беркута? – негромко бормотала я, глядя при этом себе под ноги на каменистую тропку, чтобы случайно не споткнуться и не сорваться в пропасть.
Милан повернулся ко мне и серьёзно посмотрел на меня.
– Я тоже не могу перестать об этом думать, – шёпотом сказал он. – А как искать оставшихся детей-аваностов? Задачка не из простых!
Я только вздохнула, дело казалось бесперспективным. Милан уже шагал дальше за мамой и Люсией, и я решила не отставать.
Очень скоро мы добрались до дальнего края Хёлленталь. Тропинка здесь обрывалась. Внизу перед нами во всей красе простиралась долина Хёлленталь. А далеко впереди виднелся Зоннберг в окружении трёх сверкающих ленточек рек, впадающих в Рейн и его поймы.
– Вот это круто! – восхитился Милан.
Люсия указала куда-то вниз, прямо под нами:
– Видите вон там каменистую площадку? Такое углубление на берегу реки, хорошо укреплённое со всех сторон? Это и есть место общего сбора аваностов. Правее, за живой изгородью, находится вход в пещеру. В ней мы прятались, если начиналась гроза. Там же хранятся складные столики и скамейки. А ещё много цветных лампочек, которые мы зажигали по вечерам.
Вход в пещеру я так и не разглядела, было слишком уж высоко, а вот узкое русло реки Нагольд бросалось в глаза. Она описывала изящную петлю вокруг продолговатой, чуть приподнятой каменистой площадки, а сразу за ней, в направлении Врат Ада, через которые мы проезжали утром на машине, долина снова сужалась.
Тут, впервые с того момента как мы покинули хижину, я услышала мамин голос:
– До сих пор помню, как здесь было шумно и весело в дни официальных собраний и по праздникам. Каждый приносил с собой какую-нибудь еду, и в итоге мы накрывали большой стол. После официальной части – обязательно танцы, до самого рассвета. А в завершение мы исполняли Песнь аваностов. – Мама и Хранительница улыбнулись друг другу.
– О да, – подхватила Люсия. – Мы пели от всей души. Это было просто грандиозно. Торжественно. Прямо мурашки по коже от одной только мысли о тех временах.
– Что же это за Песнь такая? – спросила я.
– Песнь аваностов – это наш гимн, – объяснила Люсия. – Каждый аваност знает его наизусть. Когда мы её пели, там, внизу, у пещеры, эхо наших голосов звучало ещё мощнее.
– Даже не представляю: ведь у аваностов голоса сами по себе очень красивые и сильные, – заметила я.
Люсия кивнула и на миг прикрыла глаза, будто услышала Песнь аваностов внутри себя.
Я хотела спросить у неё и у мамы, не исполнят ли они нам сейчас гимн общины. Но мама уже сменила тему.
– Теперь это место выглядит так сиротливо… И всё заросло, – вздохнула она.
– Я поначалу пыталась наводить тут порядок, подстригала кусты, – сказала Люсия. – Рано или поздно в этом священном месте должна была состояться новая встреча аваностов, и хотелось подготовить всё заранее. Но потом я бросила. Во-первых, потому, что одна я с природой ничего не сделаю, а во-вторых, я поняла, что, пока у власти Ксавер Беркут, никаких новых встреч не будет.
Это уж точно. И сейчас площадка внизу казалась мрачной и отнюдь не гостеприимной.
– Как же туда спуститься? – спросил Милан.
– Есть маленькая тропинка, – ответила Люсия. – Но когда идёт сильный дождь или когда весной тает снег, её часто размывает. Тогда туда можно только долететь. – Она развернулась и начала карабкаться вверх по склону точно горная коза. – Давайте все за мной! – крикнула она через плечо. – Только держитесь крепче.
Хватаясь за пучки травы, растущей между камней, я потихоньку поднималась всё выше, пока, еле дыша после неожиданного скалолазания, не оказалась рядом с Люсией, мамой и Миланом на небольшой скальной плите.
Люсия указала на сложенные в круг камни, между которыми плескалась вода. По размеру этот искусственный водоём был не больше самого маленького на свете пруда, а вода в нём была кристально чистой. Лишь приглядевшись