— Мне вообще не стоит беспокоиться о тебе, — бормочет она, вытаскивая свою руку из-под моей.
Я пристально смотрю на нее в течение нескольких секунд, а затем спрашиваю:
— Ты больше не боишься меня. Что изменилось?
— Я на собственном горьком опыте поняла, что есть кое-что, чего я боюсь больше, чем тебя. — Она опускает голову, и волосы, словно занавес, мягко падают на лицо. — Одиночество.
— Прости, — извиняюсь я еще раз, прежде чем спросить: — у тебя возникает приступ клаустрофобии, если ты слишком долго сидишь дома?
Она кивает.
— Мне кажется, будто стены давят на меня.
— Хорошо. — Я откидываю волосы с ее лица, чувствуя, какая она холодная. — Я буду иметь это в виду. — Мой большой палец касается ее кожи. — Тебе всегда холодно?
Она кивает, затем поднимает на меня глаза.
— Я всегда была чувствительна к холоду.
— Мне, как правило, постоянно жарко, так что могу быть твоим обогревателем.
Ее губы изгибаются в улыбке, отчего на щеках снова появляется ямочка.
Не в силах сопротивляться, я обхватываю ее подбородок другой рукой и удерживаю на месте, нежно целуя ее ямочку.
Рука Хейвен взлетает вверх, и она хватает меня за предплечье, когда из нее вырывается вздох.
Ее сладкий аромат наполняет воздух вокруг меня, и я быстро теряю самообладание, находясь рядом с ней.
Наши взгляды на мгновение встречаются, и от того, что она видит на моем лице, ее дыхание еще сильнее учащается.
Я вновь целую ее в щеку, и она крепче сжимает мое предплечье. Она по-прежнему не отталкивает меня, и я провожу пальцами от ее подбородка к ключице.
Я глубоко вдыхаю ее сладкий аромат и стону:
— Ты сводишь меня с ума.
Мои слова разрушают чары, которыми мне удалось околдовать Хейвен, и она отстраняется от меня. Затем вскакивает на ноги и направляется на кухню.
Встав, я иду за своей женой. Теперь, когда я смог к ней прикоснуться, я хочу продолжать это делать.
Я хочу разрушить все стены, что она воздвигла.
Мне все равно, что для этого понадобится. Я стану самым важным человеком в ее жизни.
Я завладею каждым дюймом ее сексуального тела.
Я завладею ее чертовым сердцем и душой.
Даже если это будет последнее, что я сделаю.
Глава 17
Хейвен
Вот же блииииин.
Это было чертовски напряженно.
Мое сердце бешено колотится о ребра, и мне кажется, что каждый нерв в моем теле воспламенился от желания.
Влечение, которое я испытываю к Лео, не дает мне покоя, но я пока не готова перейти к следующему шагу.
Буквально вчера я проклинала его и посылала к черту. Потребуется нечто большее, чем то, что он предоставил маме безопасное жилье и обращался со мной как с нормальным человеком, чтобы я простила его за то, что он похитил меня и заставил выйти за него замуж.
Я заглядываю в холодильник и достаю банку содовой. Не успеваю я открыть банку, как Лео забирает ее у меня и открывает.
На его лице появляется горячая ухмылка, когда он возвращает ее мне.
— Я не хочу, чтобы ты нагружала левую руку, пока она как следует не заживет.
— Спасибо. — Я проскакиваю мимо него и направляюсь к двери. Когда я пересекаю фойе, Лео обнимает меня за плечи и подводит к раздвижным дверям, ведущим на веранду.
— Давай посидим немного на пляже.
Он отпускает меня, чтобы открыть двери. Когда мы выходим на улицу, я делаю глоток апельсинового газированного напитка, который мне очень понравился ранее.
Сегодня вечером немного прохладнее, но не так холодно, как в Уайтфише.
— Какие здесь зимы? — спрашиваю я.
— Неплохие. Ночи бывают холодными из-за ветра, дующего с океана.
Мы спускаемся по ступенькам на пляж, и, пройдя немного, Лео снимает пиджак. Я останавливаюсь рядом с ним и смотрю, как он кладет его на песок, а затем жестом предлагает мне сесть.
Ладно, не буду врать. Это довольно мило.
Я сажусь и вдавливаю дно банки в песок, чтобы она не перевернулась.
Лео садится прямо рядом со мной, наши бока и руки соприкасаются.
Он сгибает ногу в колене и кладет на нее руку, прежде чем посмотреть на меня.
Я поджимаю ноги под себя и смотрю на океан, в то время как Лео не отрывает от меня взгляда ни на секунду.
— Из-за тебя я чувствую себя неловко, — бормочу я.
— Почему?
— Потому что ты пристально смотришь на меня.
— Почему из-за этого ты чувствуешь себя неловко?
Я пожимаю плечами и набираю немного песка в правую руку, а затем пропускаю его сквозь пальцы.
— Просто так.
— Разве можно меня винить? — бормочет он, и в его голосе появляются соблазнительные нотки, которые оказывают на меня странное гипнотическое воздействие. — Как я могу не смотреть на самую красивую женщину на этой планете? От тебя невозможно отвести взгляд. Ты — невероятное произведение искусства.
Лео ошеломляет меня этими словами, и из меня вырывается нервный смешок, в то время как мое лицо вспыхивает.
Я откидываюсь назад и смотрю на ночное небо, бормоча:
— Посмотри на звезды, Лео. Они намного красивее.
Он ложится спиной на песок, подложив руку под голову, чтобы использовать ее как подушку. Похлопывая себя по груди, он говорит:
— Ложись.
Я знаю, что раньше говорила маме, что мы должны извлечь максимум пользы из нашей ситуации, но, возможно, это уже перебор.
Следует ли мне бороться сильнее или просто смириться с тем фактом, что я замужем за Лео?
— Перестань слишком много думать, — бормочет он, и его тон звучит почти нежно. — Пожалуйста, ложись, Хейвен.
Этот дружелюбный и кокетливый Лео гораздо лучше, чем тот мудак, который похитил меня и заставил выйти за него замуж.
Желая, чтобы это странное спокойствие между нами длилось дольше, я ложусь и кладу голову ему на плечо. Он обнимает меня, и я прижимаюсь к его груди. Я чувствую, как его дыхание согревает мои волосы, прежде чем он целует меня в макушку.
Приятно знать, что он может быть нежным.
Глядя на мерцающие над нами звезды, в моей голове всплывает воспоминание, и я шепчу:
— Stellina.
Лео напрягается подо со мной, и я мгновенно чувствую перемену в его поведении.
Мирное спокойствие исчезает, и когда я запрокидываю голову, то вижу, что черты его лица напряжены, как будто ему больно.
— Я сделала что-то