Она поднялась и пошла за листами бумаги и карандашом.
— Начнём с обсуждения идей. В каком цвете вы хотели бы видеть ваш гардероб?
Я задумалась.
— В клане Ледяного принято все оттенки синего и белый, в клане Лунного — серебристое и серое. Но я бы хотела что-то другое…
Она кивнула.
— Тогда создадим для вас свой цвет, — сказала она. — Тот, что подойдёт только вам. И согласна — вписаться в общество Ледяных будет сложно, и одежда тут мало поможет. Вы заметная девушка… красивая, стройная. Хотя, пожалуй, чересчур.
Она осеклась, будто пожалела об откровенности.
Но я только открыто улыбнулась, чуть приподняв подбородок.
Мне было приятно с ней говорить.
— Говорите, продолжайте, — мягко ответила я. — Я нисколько не обижусь.
— Вашу небольшую грудь мы подчеркнём, но очень аккуратно, — оживилась швея, подхватив лежащий на столе кусок ткани. — Сделаем тонкий, деликатный намёк. Предлагаю бархатный лиф — мягкий, плотный, — а сверху пустим кружево. Рукава — кружевные, полупрозрачные, лёгкие. И маленькая капелька открытого тела даст тот самый нужный акцент… намёк, не больше.
Она говорила с увлечением, ловко чертя пальцем по воздуху контуры будущего платья, а я невольно задержала дыхание, представив себя в этом наряде.
Она уже вся загорелась идеями, жестикулировала, оживлённо говорила, а я — просто улыбалась, ловя это чувство: впервые кто-то говорит со мной не свысока, а с вдохновением.
— А цвета… начнём с мягких пастельных — бежевого, персикового… у вас зеленые глаза. Зеленый тоже вам будет к лицу. Но от голубого тоже не будем отказываться, да и серебристый вам будет уместен. Кому как не вам его носить, м? И ваши веснушки, они вам идут.
— Пошейте, пожалуйста, мне одно красное платье, — тихо, но твёрдо сказала я.
Швея моргнула.
— Красное? Ох… смело! — и вдруг улыбнулась, хлопнув ладонями. — Отлично! Оно будет потрясающим. Я даже знаю какой вам больше подойдёт оттенок. Подчеркнёт вашу молодость и статус.
— Мне нравится этот цвет, — призналась я. — Он ассоциируется у меня с теплом.
— И правильно, — кивнула швея. — Но его нужно носить и не стесняться.
— Я хочу научиться, — добавила я.
— Замечательно. Тогда давайте снимем ваши мерки, а потом я начну рисовать для вас новый гардероб. Вы будете говорить, что вам нравится, а что нет.
Она провела меня в небольшую комнатку с подиумом и зеркалами с трёх сторон. Свет мягко отражался от стекла. Тут пахло лавандой.
Швея помогла расстегнуть платье.
Я опустила руки.
— Могу я вас раздеть полностью? — спросила она осторожно. — Хотела бы осмотреть фигуру, чтобы точнее иметь представление.
Я сняла через голову сорочку, осталась в длинных и обычных панталонах.
Швея остановилась, прижав ладонь к губам.
— Драконья матерь… — прошептала она. — Что с вами?_____________________А давайте выберем образ нашей Каллисте? Кто как ее видит? Голосуйте.Вариант №1 Вариант №2Вариант №3
Глава 10
Герда заглянула в примерочную и тоже замерла, прикрыв рот рукой.
— Кто же это с вами сделал?..
Я посмотрела в зеркало через плечо на исполосованную ударами спину.
— Наш господин? — тихо спросила швея.
— Нет, — ответила я, стараясь говорить спокойно. — И это не имеет значения.
— Но ваши раны ещё не затянулись, — она резко повернулась к Герде. — Скорее в аптеку!
— Конечно, — подхватила Герда. — Это нужно обработать, чтобы не осталось следов.
Я слабо улыбнулась. Следов там предостаточно — парой больше, парой меньше, уже неважно.
Но в этой искренней заботе было что-то, от чего горло предательски сжалось. Я едва не расплакалась.
Меня снова одели в рубашку. Посадили на стул. Передо мной поставили чашку тёплого чая — ароматного, сладкого, с бергамотом.
Я обхватила её ладонями и впервые за долгое время почувствовала себя… не пленницей, не женой по договору — просто человеком.
— Вы ведь наследница клана, — тихо произнесла Грейс. Она взяла стул и присела рядом со мной.
Моя голова опустилась. Я просто не знала, что увижу в глазах Гре йс.
Но все же я подняла голову. Но лучше бы не смотрела. Там было полно сочувствия, которого я никогда не знала. Мне показалось, что я просто разрыдаюсь ещё сильнее. Всего немного участия — и моя стена начала трескаться.
Я кивнула.
— Тогда это отец? — осторожно спросила она.
Я молчала.
— Боги… бедная моя девочка, — прошептала Грейс и вдруг обняла меня.
Я застыла. Меня… никто и никогда не обнимал. Я не знала, как реагировать. Эта женщина за пару часов заставила испытать слишком много незнакомых чувств.
Я растерялась, прикусила губу, чтобы не всхлипнуть. Грейс забрала из моих рук чашку с чаем и просто прижала меня к своей груди.
— Зверь… какой же он зверь. Как можно собственного ребёнка воспитывать в такой жестокости… Прости, но за такое руки отрезать мало. Или хотя бы заставить его самому почувствовать ту боль, что он причинил тебе. Ведь ты ещё ребёнок.
— Мне двадцать, — прошептала я.
— Ох, девочка… — она погладила меня по голове.
Потом осторожно подняла моё лицо и вытерла слёзы, что молча катились по щекам.
— Сейчас приведём вас в порядок. Чтобы никто не увидел ваших слёз. Пусть даже ваша сопровождающая не узнает. Я вижу, какая вы сильная. Сохраните это. Вам ещё многое предстоит. Но запомните — если станет совсем тяжело, можете прийти ко мне. Я, может, и не смогу помочь, но смогу выслушать.
Она улыбнулась мягко, чуть грустно:
— У меня сын вашего возраста. Мы с мужем недавно развелись, и он выбрал отца.
— Вы… аристократка? — неуверенно спросила я.
— Да, милая, — кивнула она. — Но теперь я хочу быть независимой. Доказать, что и без титулов я чего-то стою. Поверь, я буду очень стараться,