Планов у меня никаких не было, поэтому я поел-попил, погулял, поглазел на современную столицу — лучший город на земле — и к назначенному времени пришёл на вокзал, сел на красный поезд и поехал в аэропорт.
* * *
Терминал «Б» в Шереметьево был забит людьми. Мне это напомнило «Пятый элемент». Должно быть, из-за переливающихся яркими цветами огромных рекламных экранов и невероятного количества народа.
Регистрироваться мне было не нужно, и я пошёл сразу на посадку. Я тут уже был не первый раз, поэтому нашёл всё достаточно быстро и легко. Правда, отстоять пришлось огромную очередь, заполнившую лабиринт, разделённый синими лентами перед входом на досмотр.
Преодолев эти испытания, я вышел в зону, освещённую сияющими огнями, полную дорогих товаров, которые вряд ли кто-то там покупал. Прошёл мимо переполненных кафе и ресторанов. У выхода на посадку свободных мест не обнаружилось, поэтому я зашёл в кафешку, заказал кофе, взял минералку и уселся за столик, поглядывая на табло.
Народ сновал туда-сюда, имитируя вавилонское столпотворение. Чуть в стороне у окна тусовалась группа молодёжи. То ли школьники, то ли студенты. Их было несколько человек. Они смеялись, радовались жизни. Наверное, возвращались с каникул.
Вдруг крупный широкоплечий парень отошёл, двинувшись в сторону стойки, и я увидел… Настю. Это были участники её художественной группы.
Она меня не замечала. Весело что-то рассказывала, махала руками, смеялась и мотала головой. В груди ёкнуло, стало тепло. Настя сейчас казалась такой очаровательной и милой. Парни тоже чувствовали что-то и смотрели на неё с интересом. Девицы, довольно страшненькие, не обращали на них внимания и разговаривали между собой.
Тот широкоплечий вернулся, и они как-то распределились. Кто-то взял кофе, а Настя с двумя парнями осталась стоять. Одного из них я видел на презентации, проходившей в рамках образовательной выставки, куда приезжал Мамай. Это был тот самый «талантливый мальчик», о котором она как-то рассказывала.
Мальчик был постарше её. И одно дело видеть людей на сцене во время работы, а совсем другое — наблюдать за ними в повседневной жизни. Сейчас они стояли втроём боком ко мне. Талантливый мальчик покосился на второго парня, наклонился к Насте, что-то ей сказал на ухо. Она засмеялась. Он тоже засмеялся. Третий спутник посмотрел на них, достал телефон и отошёл.
А талантливый мальчик снова наклонился к Насте. И снова что-то сказал ей на ухо. Она откинула назад голову и рассмеялась опять. А этот талантливый мальчик, оправдывая своё название, вдруг совершенно неожиданно обнял её и… попытался поцеловать. Она выскользнула, увернулась, погрозила ему пальцем, и…
Улыбка не успела сойти с её лица, но глаза стали огромными от удивления. Я поднял стакан с минералкой в приветственном жесте.
— Салют! — сказал я и подмигнул.
5. Прописные истины
Настя покраснела. Это видно было даже на расстоянии, несмотря на искусственный свет аэропорта. Она смутилась. Отошла от талантливого мальчика. Сделала несколько шагов в мою сторону, остановилась, постояла, не зная, что делать и как реагировать на моё внезапное появление в роли стороннего наблюдателя, в скобках — шпиона.
Я махнул ей, подбадривая. Она ещё пару секунд постояла, а потом с серьёзным лицом двинулась ко мне.
— Красивый! — воскликнула она.
— Да какой же я красивый? — рассмеялся я. — Это ты красивая! Привет!
Я встал, шагнул ей навстречу, прижал к себе обнял и почувствовал, что она напряжена.
— А ты как здесь?.. — хлопая глазами спросила она, когда я выпустил её из объятий.
— В командировку летал. Документы отвозил, как красный дипкурьер. А сейчас возвращаюсь.
— Ты меня не предупреждал… — прищурилась она. — Ты что, специально подгадал?
— Как? — усмехнулся я. — Ты же мне не сказала, какого числа возвращаешься. У вас же какие-то мероприятия ещё под вопросом были. Нет, я надеялся, конечно.
— А ты мне почему не сказал? — спросила она, внимательно всматриваясь в глаза.
— Ну… не хотел тебя дёргать, — пожал я плечами и улыбнулся. — Садись. Хочешь кофе? На, попей.
— Нет, — она присела и обернулась назад.
Её спутники с недоумением смотрели на меня.
— Ну как прошла твоя поездка? — спросил я тоже присаживаясь и откидываясь на спинку.
— А ты почему ко мне не подошёл? — продолжила она попытку осознать, что именно сейчас произошло.
— Да как? Я же тебя только что увидел. Я ведь не знал, что ты сегодня летишь. Заказал себе кофе, сел, воду вот пью. Смотрю, симпатичная компания, смеётся, веселится, а потом вон тот силач отошёл, и там ты появилась. Настя, ты чего? Расстроилась?
— Ничего, — нахмурилась она.
Разумеется, она была расстроена из-за того, что я стал свидетелем этой нелепой ситуации.
— Просто… Как-то нелепо всё вышло…
— А вас встречают в Верхотомске? — поменял я тему. Вас развозят из аэропорта? Может, со мной поедешь? На такси.
Она кивнула:
— Ладно.
— Отлично. Ну, рассказывай, как у тебя дела?
— А у тебя как? — кивнула она.
— Ну, видишь, работаю. Летаю.
— А это не опасно, случайно? — она глянула мне в глаза. — Документы возить…
— Нет, конечно. Чего опасного в документах?
— А у Ангелины как дела?
— Не знаю, — усмехнулся я. — У Мэта спросишь, когда он вернётся. Давай, покажи мне какие-нибудь фотки из поездки. Хочу посмотреть, что и как у вас проходило.
Постепенно она отошла от лёгкого шока и начала показывать мне фотографии, а потом потащила знакомить со своими новыми друзьями и коллегами.
— А это Кирилл, — сказала она, представляя мне «талантливого мальчика».
— Кирилл, много слышал про тебя, — улыбнулся я.
Настя бросила на меня недоумённый взгляд.
— Что? — пожал я плечами. — Это же тот самый «талантливый мальчик»?
— У нас тут все талантливые, — немного заносчиво ответил Кирилл.
— Не сомневаюсь, не сомневаюсь.
В общем, неловкость как-то сама собой растворилась, а вскоре объявили начало посадки.
В очереди я стоял вместе с коллективом свободных художников. Но самолёт был поставлен не к «кишке», а где-то вдалеке, так что к нему нужно было ехать на автобусе, и нас немного раскидало.
В общем, я чуть подотстал. А когда поднялся на борт и вошёл в