— Сколько лет дочери?
— Точнее не знаю. Около тридцати.
— А у дочери дети есть? — спросил Кукуша.
— Нет. Детей нет. Ну, в смысле, внуков у Удальцова.
— И что же нам даёт эта богатая информация? — нахмурился я.
— Даёт источник нетрудовых доходов. Короче, дочкин мужик — Аркадий Ландо, слыхал?
— Нет.
— Он риэлтор. Только риэлтор он не простой, а очень и очень чёрный.
— Однажды в чёрном-чёрном городе наступила чёрная-чёрная ночь? — нахмурился я.
— Короче, обирает стариков, грабит, выкидывает на улицу. Ну не прям на улицу, куда-нибудь в дом престарелых. Оплачивает там первое время, а дальше крутись как хочешь. Но хаты у тебя уже нет по-любому. И большие деньги через него проходят. И не только стариков облапошивает. Там схемы очень крутые. У него юристы подвязаны, в суде есть люди. Ну, и Удалец, естественно, крышует его.
— Давай, имена, пароли, явки, где находятся, как называется.
— Называется «Фараон Реалити». Они иногда продают по несколько раз одну квартиру. Заманивают ценой. Находишь на сайте предложение, шикарный дом или квартиру по низкой цене, ну они тебя и берут в оборот.
— Ну а суд и всё такое? — прищурился я. — Это же всё решается.
— До суда не доходит, как правило, но у них и в суде всё схвачено, я же сказал. Отец жены решает вопросы.
— Какие-то он вопросы решает, за которые неслабо загреметь можно.
— Бабло рубит, что поделать, — усмехнулся Усы.
— Работая на Никитоса он не бедствует, я думаю.
— Бедствует или нет, я не знаю, но с Никитосом особо не зажируешь. Он за копейку удавит. Такая фигня!
Я посмотрел на Кукушу.
— Человека на одном из объектов спрятать не так уж и сложно, — кивнул он.
— И что, они всех кидают? — спросил я у Усов.
— Нет, не всех, естественно. Есть и нормальные сделки.
— Ясно. Ещё что расскажешь?
— Больше сказать нечего. Знаю, что они постоянно в какие-то скандалы попадают. Но это естественно с таким родом занятий.
— А почему люди-то к ним идут?
— Я ж говорю, цену делают очень уж привлекательную. Вот люди и клюют.
* * *
Офис «Фараон Реалити» располагался в том же здании, что и студия Петрушки, только вход был через другой подъезд. Перед тем, как посетить агентство, я посмотрел в интернете его предложения.
Я подъехал к зданию бывшего полиграфического комбината — перестроенному в современное, так называемое, общественное пространство. Перестроенное — это слишком сильное слово, потому что ремонт был сделан весьма условно. Промышленный стиль подразумевал современные светильники серые бетонные стены и пол. Словом — минимум вложений и псевдодизайн.
Длинные пустынные коридоры и толстые стены выглядели неплохо с точки зрения конфиденциальности, но с точки зрения маркетинга и привлечения клиентов оставляли желать лучшего. Я поднялся по лестнице, прошёл по пустынному коридору, постучал в дверь и толкнул её, открывая.
— Вам кого? — удивлённо спросила молодая женщина, лет тридцати пяти, сидевшая за столом с яблоком в одной руке и с телефоном в другой.
— Это ведь «Фараон Реалити»? — уточнил я.
— Да, это мы, — кивнула девица. — Всё верно. На двери же табличка…
Комната была небольшой, но с очень высоким потолком и окном во всю стену. На стене над столом висел плакат с изображением прекрасного многоквартирного дома, который будет возведён в ближайшее время в экологически чистом районе города.
— Я ваше объявление видел в газете, — объяснил я.
— А чего не позвонили?
— В смысле? Зачем звонить, если вы… Вы что, не работаете уже?
— Работаем, конечно. Просто надо о встрече по телефону договариваться. Да и вообще приходить лично уже не обязательно. По крайней мере, на первом этапе.
— Учту. Меня, дом интересует. Я видел у вас на сайте объявление, продаётся дом в «Маленькой Англии», за восемь миллионов. И земли шесть соток. Не продали ещё?
— Дайте проверить… А, стойте, да! Точно, есть такое предложение. Не продали пока, но интерес очень большой. Очень!
— Может, ещё что-то подобное есть?
— У нас все предложения на сайте выложены, но такого уникального там больше нет. Это огромная редкость, так что решение нужно принимать как можно скорее.
— Понятно, — кивнул я. — Хотя, обычно что-то бывает в заначке. А с Аркадием-то можно поговорить?
— Можно… — удивлённо кивнула барышня. — Вы с ним договаривались, что ли?
— Нет. А вы риэлтор? — уточнил я. — Или секретарь?
— И то, и другое, — хмыкнула она и, встав из-за стола, подошла к двери.
— Аркадий Борисович! — громко сказала барышня и постучала в дверь. — Тут интересуются домом в «Маленькой Англии».
— Интересуются, так вези, показывай, — раздалось из-за двери.
— Так тут вас спрашивают.
— Но пусть…
Дверь открылась, и оттуда выглянул парняга такого же возраста, как эта птица-секретарь. На нём был костюм, рубашка с галстуком. Голова, похожая на шар, была выбрита под ноль. Лицо казалось удивлённым и немного агрессивным.
— Вы ко мне? — спросил он, пытаясь сообразить, какого хрена нужно подростку.
— Да-да, мне порекомендовали к вам обратиться. Вы же Аркадий?
— Аркадий, — нахмурился он.
— Мы с женой хотим дом купить. Я видел ваше объявление в интернете дом в «Маленькой Англии».
— Есть такой, — нахмурился зять Удальцова… — Учтите, продавца интересуют только наличные. Ипотека не получится. Он торопится, поэтому и такая цена привлекательная. Но вы проходите. Надо было, конечно, позвонить. Мы же не магазин. Мы по предварительному звонку назначаем встречи. Кстати, где вы про нас услышали?
— Знакомый через вас покупал квартиру недавно, порекомендовал обратиться.
— Ну проходите, проходите.
Я прошёл и оказался в его кабинете.
— Меня ипотека не волнует. Нам на свадьбу родители деньги подарили.
— Отлично, — обрадовался Аркадий Борисович. — В общем этот дом настоящая находка. Бриллиант. Во-первых, район на сегодняшний день является самым престижным в городе, эталонным…
Кабинет его был таким же по размеру, как предыдущий.