— Эй! — жалуюсь я. — Ты же говорила, что у тебя его нет.
Она злобно ухмыляется.
— Это только для тех, кто мне нравится. Ава? Мартини?
— Конечно, — говорит моя бывшая девушка. — Спасибо.
— Я все еще злюсь на тебя, — продолжает Шейла.
— Возьми номер, — бормочу я. — Что я опять сделал не так?
Она сверлит меня взглядом.
— Мне пришлось написать Харпер от твоего имени.
— Черт.
— Да, не думаю, что после этого тебе с ней что-нибудь светит.
Бармен фыркает. Но я не обращаю на нее внимания.
— Она злится?
— Можно и так сказать. Конечно, я предположила, что ты позвонил ей, как и обещал. Поэтому написала ей, чтобы узнать, хочет ли она сохранить бронь.
— Я набирал! — говорю я, пытаясь оправдаться. Я помню, как набирал ее номер сегодня утром. Но потом Ава что-то сказала, и я сразу забыла о Харпер. — Меня, э-э, прервали. И я больше не пытался ей дозвониться.
Шейла лишь закатывает глаза.
— Может, мне отправить ей розы? Хотя в этом нет смысла. Она поймет, что они от меня.
— Нет, — ворчу я. — Я позвоню, чтобы извиниться. — Не могу поверить, что забыл позвонить Харпер. Снова. Это было грубо. Но на самом деле мы даже не пара. У нас свободные отношения.
Хотя довольно показательно, что я ходил по роскошному гостиничному номеру наверху и ни разу не вспомнил о ней, даже когда смотрел на кровать размера «кинг-сайз».
— Еще одна причина, по которой я на тебя злюсь…
— О-о, есть еще? — спрашивает бармен, взбивая коктейль.
Шейла смотрит на двух других женщин.
— Привет, я Шейла. Я работаю на Рида. — Она смотрит на Аву. — Я вам помешала? Простите.
— Вовсе нет, — говорит Ава, глядя на дверь. — Я просто жду такого же ужина в честь встречи. Пожалуйста, продолжай рассказывать Риду о его недостатках. Нам очень интересно.
Шейла кладет руки на барную стойку.
— Не могу поверить, что я не была здесь раньше. Рид мог бы развлекать клиентов на горнолыжных склонах, а я могла бы ему помогать. Кто будет планировать выходные с гольфом, если можно приехать сюда? — спрашивает она, глядя на меня.
— Это сложно, — ворчливо отвечаю я. — Ты перестанешь меня доставать, если я позволю себе оплатить твой счет за обслуживание в номере?
Она берет мой телефон и протягивает мне.
— Я перестану тебя доставать, если ты позвонишь Харпер.
— Хорошо. — Я допиваю вино и отхожу с телефоном на несколько шагов, чтобы меня никто не услышал. Разумеется, в итоге я извиняюсь по голосовому сообщению.
«Привет, прости, что так внезапно изменил планы, и мне правда не стоило так поступать. Я на семейном курорте в Колорадо, где не был больше десяти лет, и это сложно объяснить. Но я надеюсь, что смогу загладить свою вину, когда вернусь в город. Пожалуйста, береги себя, и я прошу прощения за изменение планов».
К тому времени, как я заканчиваю разговор, Шарпы уже приехали. Ава широко улыбается, пожимает руки трем джентльменам разного возраста и их спутникам. Все трое одеты в одинаковые серые костюмы и красные галстуки, что означает, что это Шарп I, II и III. Я видел их в такой же одежде на фотографии на их корпоративном сайте, но подумал, что это просто для рекламного фото.
Но нет. Три поколения одеты в одинаковые костюмы прямо здесь, в нашем вестибюле.
— Интересный образ, — шепчет Шейла у меня под боком. — Такого никогда не увидишь в Кремниевой долине.
— В Колорадо такого тоже не увидишь, — шепчу я. — Они из Техаса.
— Это объясняет наличие шляп, — бормочет она, имея в виду ковбойские шляпы, которые носят некоторые члены свиты.
Шарпы привезли с собой бухгалтеров и юристов. Я натягиваю на лицо спокойную улыбку и подхожу к группе.
— Добрый вечер. Меня зовут Рид Мэдиган, — представляюсь я и по очереди протягиваю руку Шарпам.
— Рид! — восклицает Шарп номер один. — Можете называть меня дедушкой. Здорово познакомиться с одним из сыновей Марка.
— Я тоже рад с вами познакомиться. — Для старика у него крепкое рукопожатие. С близкого расстояния я вижу, что на всех их красных галстуках изображен фамильный герб в виде буквы «S»9, составленной из змей.
Это знак.
Он отпускает мою руку, чтобы пожать руку Аве. Она ждет рукопожатия, но он подносит ее руку к губам и целует.
— А кто это милое создание? Ваша жена?
Черт возьми. Как неловко.
Выражение лица Авы становится более сдержанным.
— Я Ава Айчерс, заместитель управляющего. Мы уже разговаривали по телефону. Я тесно сотрудничаю с Марком в повседневной работе.
— Я же рассказывал тебе об Аве, пап, — говорит Шарп номер два. — Это она подготовила ту презентацию по статистике занятости.
— Рад познакомиться с вами, мисс Ава, — говорит старый болван. — Вы слишком мило выглядите для менеджера.
— На самом деле, мило выглядеть очень полезно в бизнесе, — шепчет Шейла рядом со мной. — Никто не обращает внимания, когда вы подходите близко. А потом просто вцепляетесь в горло.
— Это правда? — смеется старик.
Ава одаривает мою помощницу благодарной улыбкой.
Младший Шарп подходит ко мне.
— Вы тот сын, который стал горнолыжником, — говорит он.
— На короткое время, — поправляю я его. — Единственный из нас, кто стал суперзвездой спорта, — это Крю. Я порвал переднюю крестообразную связку во время своего первого европейского турне, и на этом моя карьера слаломиста закончилась. Поэтому я поступил в бизнес-школу.
— Стэнфорд, я слышал. Ваш отец много рассказывал о Вас.
Бросьте, — чуть не говорю я. Папа бы не стал этого делать.
— Да, Стэнфорд. Получил степень MBA около семи лет назад. — Но я готов поспорить, что он узнал об этом не от моего отца. Этот парень, наверное, погуглил всех нас. Я бы сделал то же самое, если бы покупал семейную компанию.
— А вот и он, — говорит Шарп.
Я поднимаю глаза и вижу приближающегося отца. Он выглядит как преуспевающий житель горной местности: на нем накрахмаленная синяя рубашка и темный блейзер. Он идет под руку с Мелоди, и они оба улыбаются.
Я понимаю, что Мелоди ему подходит. И должен быть рад за него. Если бы отец не заставил нас пройти через ад после смерти нашей матери, я бы не испытывал таких противоречивых чувств.
Ава ждет, пока мой отец закончит пожимать всем руки. Затем говорит: — Пойдемте ужинать. Харди позаботится о том, чтобы ваши сумки отнесли прямо в ваши комнаты.
— Ведите, — говорит старший Шарп. — Мы готовы.
Я следую за Авой в «Эвергрин Рум», стараясь не замечать, как это платье облегает ее фигуру. Теперь, когда я