— Нет, не сейчас, — согласилась я.
Глава 23
Осталась 71 единица магии
Дверь алтарной комнаты наконец распахнулась, и нас позвала Ладмира:
— Всё готово для финального этапа. Нам нужна Анастасия Васильевна.
Мы поднялись на ноги, а тени Саши мгновенно повиновались ему — влились в тёмные пространства между манжетами и запястьями, втянулись в каждую тонюсенькую щёлку между складками одежды и затаились под пряжками сапог, готовые по команде снова вырваться на волю и атаковать или защитить.
Когда мы вошли в подвальную комнату, запах полыни стал чуть более явственным, хотя он больше не горчил. Пропитав тишину, он будто переродился в нечто новое, торжественно-мрачное, обволакивающее и запоминающееся.
Мох на противоположной от входа стене словно ожил, посвежел в отсветах мягко мерцающего алтаря.
Ольтарская протянула мне кольца, и я надела оба. Одно болталось на пальце, а другое село как влитое. И как они успели его уменьшить?
— Положите руки на алтарь и не сопротивляйтесь. Нам нужно немного вашей крови, — Ладмира коротким движением ткнула кончиком стилета в лучевую ямку между указательным и большим пальцем, прокалывая насквозь. Сначала одну ладонь, следом другую.
Острая вспышка боли почти сразу сменилась немотой — руки приковало к поверхности камня странным холодом, а сила начала завихряться вокруг. Не втекать в алтарь, а словно набухать в нём. Выступившие из ранки капли крови засветились, а потом этот голубоватый свет заструился по венам, расцвечивая меня изнутри.
Я прикрыла глаза и отдалась алтарю целиком — словно упала в объятия потерянного в детстве родича. В тело хлынула стылая мощь, напоминающая стальные воды Пресного моря, и затопила меня с головой. На секунду показалось, будто стою на глубоком морском дне и на плечи давят тонны воды, но я была настолько сильной, что с лёгкостью выдерживала это нечеловеческое давление.
Сквозь кольца по моим рукам текла сила клана — древняя, неторопливая, родная и бесконечно принимающая.
Основа жизни.
Единение с алтарём стало настолько полным, что я перестала ощущать себя человеком, растворившись в этом холодном миге бесконечного могущества.
А потом я увидела то, чего не могло быть. Чего не должно быть.
Бесконечно далеко и близко от меня переливался светом огромный подводный алтарь с вьющимися вокруг него бледными силуэтами ракатиц, причём ракатиц разных — как самых обыкновенных, так и завораживающе красивых, больше похожих на мифических русалок из книг — с мягкими очертаниями пухлых губ на красивых женских лицах.
Подводный танец нечисти завораживал и отвлекал, но я всё же прочувствовала силовую линию, ведущую от нашего алтаря напрямую к ним. И эта линия начала изгибаться, как тонущий в воде электрический провод под напряжением. Русалки синхронно обернулись в мою сторону и из-под пухлых губ показались клиновидные клыки. Нечисть зашипела и ринулась в мою сторону, но я не испытывала страха. Я была слишком неживой, чтобы бояться смертных.
Смотрела на сотворённый из тысяч жемчужин алтарь, сияющий на дне перламутровым светом, а затем подняла взгляд к поверхности, к тёмному пятну морского города на ней.
Оттуда в пене воздушных пузырьков уже стремительно опускался ОН.
Тот, кто разжёг жемчужный алтарь и приручил ракатиц.
Тот, кто забрал все силы из подземной жилы.
Тот, кто подчинил ромалов.
Подводный царь.
Так хотелось рассмотреть его лицо, увидеть глаза… Синяя толща воды словно издевалась, искажала черты, защищала своего повелителя от взгляда посторонних.
И стоило только странному мороку немного отступить, как меня вдруг потянуло в глубину, поволокло куда-то прочь, сквозь несуществующую воду, слои реальности и времени.
Захлёбываясь криком, я словно вынырнула на поверхность и рвано задышала, дрожа всем телом в сухой одежде.
— Да не трогай ты её! — висел на Саше пожилой Ольтарский, пока он прорывался ко мне.
— Жива она, жива! Это всего лишь связь с алтарём! — воскликнула Ладмира, и Саша наконец замер, глядя мне в глаза.
— Что случилось? — сдавленно прохрипел он.
— У меня… у меня было странное видение. Словно мне показал его сам алтарь, — сглотнула я и пробормотала, потерянно глядя на Сашу: — Причём алтарь пытался сделать это и раньше, пытался указать на того, из-за кого он погас, но запаса сил не хватало.
— Скорее всего, так и было, — убаюкивающим тоном заговорила Ладмира. — Ты дыши. Ничего страшного. Полно тебе. Всякое случается.
Я по-прежнему стояла, опираясь ладонями на алтарь, и он светился ярко и уверенно. Гораздо ярче, чем раньше, когда я видела его до угасания. Пульсирующая сила растеклась по телу. Я коснулась рукой одного из накопителей, и она хлынула внутрь, наполняя его щедрым потоком.
Ольтарский подождал, пока я немного приду в себя, и заговорил:
— Иногда алтари выбирают себе хранителей. Тех из рода, кого считают достойными. Это случается очень редко, в наших летописях упоминается лишь несколько подобных случаев. Если алтарь избрал хранителя…
— Хранительницу, — поправила его Ладмира и со странной гордостью посмотрела на меня.
— Хранительницу, — согласился он. — То она должна оставаться подле него и обращаться к нему как можно чаще.
— Считается, что с появлением хранителя клан ожидает расцвет, — добавила Ладмира.
— Я смогу… смогу принять в клан супруга и поделиться с ним кровью, чтобы он тоже получил доступ к нашему родовому алтарю? — взволнованно уточнила я.
— Сможете, Анастасия Васильевна, вы теперь много чего сможете. В том числе чувствовать сеть из других алтарей. Хранители это умеют.
— Но… почему именно я? — спросила не столько у Ольтарских, сколько у идеально гладкой глыбы синего адуляра.
— Этого мы не знаем, — ответила Ладмира. — Однако выбор сделан, и Разумовским он сулит лишь благополучие и долголетие.
Кивнув, я наконец сосредоточилась на воспоминании о видении, а потом пересказала его Саше и Ольтарским. Те переглянулись, а Ладмира протянула:
— Что ж, это многое объясняет. Последние месяцы рисунок силовых линий начал меняться, и мы не понимали природу этих изменений. Однако теперь всё встало на свои места.
— Вы видели лишь один подводный алтарь? — задумчиво спросил Ольтарский.
— Да. Один.
— Нам нужно обдумать ситуацию и предупредить расположенные на побережье кланы. Раз кто-то ещё научился воздвигать алтари, то грядёт время больших перемен, — обеспокоенно проговорил он, потирая короткую седую бороду. — Больши-и-их перемен… Прошу прощения, нам необходимо удалиться и посовещаться с сородичами. Пожалуйста, не распространяйте новости до тех пор, пока мы не будем готовы дать пояснения. Иначе начнётся паника.
— Я обязан сообщить о случившемся Светозару, но гарантирую, что он способен хранить тайны, —