- Что за... - все, что он успел сказать, прежде чем я ударил его ногой в лицо, опрокидывая на спину. В итоге он оказался лежащим на частично сломанном туалетном столике.
Мужчина издал несколько жалобных воплей, зажимая кровоточащий нос.
Я воспользовался моментом, чтобы взглянуть на Мику, сползшего на пол во время схватки. Ему удалось развернуться так, что он оказался лицом к комнате, и подтянуть колени, вероятно, защищая избитое тело. Его сдавленные рыдания смешались с глубокими вдохами, когда наши взгляды встретились. Одного вида, как он прижимает к себе то, что, скорее всего, было сломанной рукой, было достаточно, чтобы я снова потянулся к Мудаку передо мной, но глаза Мики… эти прекрасные изумрудные глаза, мокрые от слез, заставили меня схватить Мудака за воротник рубашки и слегка приподнять его.
Мика ничего не сказал, когда я снова ударил его.
И снова.
В этом не было необходимости.
Несмотря на то, что он был весь в крови, а его бледная кожа быстро темнела от синяков, его глаза сказали все, что мне нужно было знать… все, что Мика хотел, чтобы я сделал для него... нуждался, чтобы я сделал.
На этот раз я от него не уйду.
- Больше никогда, - тихо пообещал я Мике, хотя сомневался, что он вообще меня услышал. Затем я снова перевел взгляд на мужчину, лежащего подо мной.
- Больше никогда, - повторил я этому ублюдку. Я с удовольствием наблюдал, как его глаза наполнились замешательством, а затем абсолютным страхом, когда я поднял руку и сделал то, чего не позволял себе уже долгое время... с того самого момента, когда нож Брэйди пронзил мою плоть.
Я отпустил его.
Глава третья
Мика
Я хотел позволить ему убить Рикки.
Реально хотел.
Я хотел сидеть там и наслаждаться каждым ударом кулака мужчины по лицу Рикки, особенно тем, что Рикки умолял возвышающегося над ним парня остановиться.
Сколько раз я обращался с такой же просьбой?
Десятки?
Сотни?
И сколько раз Рикки останавливался? Сколько раз он проявлял ко мне милосердие?
Легко посчитать.
Ноль.
Но дело было не во мне. Уже очень давно дело не во мне. И как бы мне ни хотелось просто подняться на ноги и предоставить Рикки его судьбе, я знал, что не допущу этого. Я не мог этого допустить. И не потому, что мне было насрать на то, что случится с Рикки.
Суть в том, что этот ублюдок не стоил, чтобы за-за него загреметь в тюрьму, и именно это и произойдет, если незнакомец, возвышающийся над телом Рикки, продолжит его избивать.
Я попытался сосредоточиться на своем спасителе, но левым глазом ничего не видел, а правый быстро терял зрение, так что не был уверен, сколько пройдет времени, прежде чем он тоже полностью закроется. Я попытался разобраться в других своих травмах, кроме боли в руке, от которой перехватывало дыхание. Ноги чувствовались нормально, но было так больно, что я понимал: шанс подняться на ноги равен количеству раз, когда Рикки был добр ко мне.
Ага, снова ноль.
Ноль, зеро, нисколько.
Я открыл рот, чтобы позвать своего спасителя, но из горла вырвался лишь сдавленный стон. Я закашлялся, пытаясь сделать глубокий вдох, а затем попытался еще раз.
- Эй, - удалось прошептать, пока я изо всех сил старался сфокусировать здоровый глаз на парне, склонившемся над неподвижным телом Рикки.
Две вещи поразили меня одновременно, когда я увидел, как парень продолжает наносить удар за ударом по лицу Рикки, которое теперь больше всего напоминало гамбургер.
Во-первых, я узнал эти руки. Я уже видел их в действии раньше. Я своими глазами видел их жестокость.
И во-вторых - он не собирался останавливаться. Как и в случае с Брэйди, он не собирался останавливаться.
При воспоминании о том, как тело моего брата дергалось каждый раз, когда эти смертоносные руки касались его покрытой синяками и кровью плоти, я покачал головой и закрыл единственный здоровый глаз. Но все еще слышал стоны Брэйди.
И свои собственные крики.
Остановись . Пожалуйста! Пожалуйста, остановись !
Но он не останавливался, и я слышал этот звук каждую ночь в своих снах в течение многих лет. Я слышал его, ухаживая за изувеченным телом своего брата. Я слышал, умоляя Брэйди не сдаваться, и слышал, когда Брэйди обзывал меня самыми мерзкими словами, потому что я не дал бы ему просто так умереть.
Темнота заволакивала зрение, но я боролся с ней. Я не мог позволить себе роскошь погрузиться в небытие, которое мог предложить только сон. Мне нужно было найти Кристофера и Рори.
О Боже, Кристофер.
Картина сцены, свидетелем которой я стал всего несколько мгновений назад, завладела всеми моими чувствами, и, прежде чем я смог это остановить, меня стошнило. Я не мог сдержать слез, которые снова начали литься, когда ослепляющая боль охватила все мое тело. Несколько ударов Рикки попали мне в бок, так что от рвоты мне показалось, что все внутри горит.
- Эй, эй, - услышал я голос, а затем чьи-то нежные руки легли на плечи.
Сильная рука обхватила за талию, чтобы я не рухнул в лужу собственной блевоты. Несмотря на то, что я знал, кто меня держит, не смог удержаться и сжал пальцы на лацкане его пиджака.
- Я держу тебя, - тихо сказал мужчина, обнимая меня так, что каким-то чудесным образом боль не усилилась. Как, черт возьми, ему удалась такая злая шутка?
Потому что вместо того, чтобы оттолкнуть его, как следовало бы, я обнаружил, что прижимаюсь лбом к его груди в надежде, что он, каким-то образом, сможет унять волны агонии, захлестывающие меня.
- Ш-ш-ш, я держу тебя, Мика.
То, что он назвал меня по имени, было уже достаточно неприятно, но когда я почувствовал, как его губы скользнули по шее сзади, то приказал себе оттолкнуть его.
Но притянул его ближе.
- Ты можешь стоять? - спросил мужчина.
Я хотел покачать головой, но побоялся, что потеряю сознание, если сделаю это. Я понятия не имел, что произойдет, если попытаюсь встать, но это не имело значения.
Имели значение только Кристофер и Рори.
Я должен найти их.
- Да, - сумел прохрипеть я.
Хотел бы я сказать, что помог мужчине поднять меня на ноги, но был слишком занят, подавляя крик боли, когда в процессе получил удар по руке. Я и понятия не имел, что мне вообще удалось выпрямиться, пока мужчина не сказал:
- Постарайся