Но, конечно же, я не вышел. Впрочем, увиденное меня не испугало. Вернее, испугало — но не в том смысле.
— Ты отравилась? Желудок болит? — я аккуратно придерживал длинные волосы своей тихони.
— Да, отравилась, — хмыкнула Лиза. — Ты меня, кстати, и отравил, Багиров.
— Я? — округлились мои глаза. — Когда я успел?
— Когда-то успел... - вздохнула тихоня. — Что ж... я, конечно, думала, что это будет по-другому... Но... - она подняла на меня свои шоколадные глаза. — Поздравляю, будущий папа...
Глава 28
Даниил
Я стоял как громом пораженный.
Это она сейчас что сказала?
Какой еще — будущий папа? ЭТО ЧТО ЛИ, Я — БУДУЩИЙ ПАПА?
Что за...? Что...
— Ч-что? — выдал я всё же, спустя пару минут. Пытаясь удержать разум и сознание в ясности... Помогли, правда, мои попытки плохо. Мозг, похоже, закоротило.
Лиза следила за мной настороженными глазами. Не отрывала от моего ошеломленного лица гипнотизирующего взгляда.
— Ты шутишь? — прошептал я.
— Какие уж тут шутки... — Лиза пожала плечами. — Сам видел... - она смущенно приподняла один уголок губ.
— Блин, Лиза! — я порывисто подскочил к ней и сжал ее в своих объятиях. — Лиза! Лиза! Тихоня моя! — похоже, я был не очень многословен.
Но у меня отличное оправдание этому поведению — короткое замыкание в моем мозгу всё еще не прекратилось.
Я зарылся носом в длинные волосы и вдохнул с облегчением. Потом, если хочет, пусть прогоняет, но сейчас я, как наркоман дорвавшийся до своей дозы, просто не мог отпустить ее.
— Дань, — тихо сказала Лиза мне на ушко, — Дань, ты мне делаешь больно.
Я мгновенно разжал объятия.
— Прости, прости, пожалуйста, — отошел на шаг, потом вернулся. И обнял ее куда нежнее.
Но тихоня внезапно отстранилась, мягко отталкивая мои руки.
— В чем дело? — я снова отошел немного назад. Может, ей снова стало плохо?
— Ну начнем с того, что я с тобой не хочу общаться, — твердо сказала Лиза.
Мои брови взмыли ввысь.
— А чему ты удивляешься? — целая гамма эмоций отразилась в ее глазах. — Думаешь, придёшь ко мне после Оксаны, а я тебя приму с распростертыми объятиями?
Я чертыхнулся, потом прикрыл рот и извинился, глядя на Лизин еще плоский живот.
— Причем здесь Оксана? — спросил уже более приличными словами.
— Что значит — причем? — теперь уже настала Лизина очередь удивляться. — Ты ведь... с ней... Или с кем ты там сейчас? — она отвела взгляд в сторону, делая весьма незаинтересованный вид.
— Так, стоп! — сказал я. Кажется, я уже начал догадываться, что и здесь без семейства Огурцовых не обошлось. — Давай обо всем по порядку. Только не здесь.
Я аккуратно подхватил тихоню на руки и отнес в гостиную на диван. Удивило то, что она даже не сопротивлялась. Поворчала для виду, но потом уткнулась мне носом в шею и затихла.
— А теперь рассказывай, — я посадил ее на мягкую поверхность, сам уселся рядом. И приготовился слушать. Но офигел уже от первых фраз тихони.
— Я их разорву, — сказал, сцепив зубы. Очень сдерживался, чтобы не напугать своим состоянием Лизу. Даже на миг отвернулся, чтобы скрыть ярость в глазах.
— Дань, — тихоня мягко тронула меня за руку. Нежно, словно дотронулась до моей души напрямую. — У меня есть идея получше. И она точно принесет пользу этому миру.
Я подавил в себе тяжкий вздох. Только бы она не взяла с меня обещание, что я ничего Моту и Ксюхе не сделаю. Я ведь сдержать такое обещание просто не смогу.
— Пожалуйста, послушай меня, — ласково попросила Лиза. Она уже вкратце знала, почему я в тот день не вернулся домой, к ней.
Я повернул лицо к Лизе. Снова она вила из меня веревки. Вот ведь вредная тихоня. Впрочем, пусть вредная, главное — что моя.
— Мне тут в голову пришла одна идея, — начала объяснять тихоня. — Про благотворительность, — ее глаза в этот момент почему-то ярко сверкнули. — Так вот. Почему бы... Оксане и Матвею не пожертвовать свое время и деньги на благотворительность, — Лиза сделала вид, что задумалась. Потом продолжила. — В нашей столице же есть детские дома. Там деткам нужна помощь, поиграться с ними, позаниматься, и какие-то вещи нужны. Вот пусть они этим и озаботятся, — тихоня замолчала. Но, уловив мое полное несогласие по этому вопросу, вдруг заговорила снова. — Дань, ты ведь понимаешь, что время назад не отмотаешь, — она вздохнула, — и тот день назад не вернешь, — по ее красивому личику пробежала легкая тень. — И почему-то мне кажется, что смысла от нашей мести — если мы вдруг на нее решимся — не будет. Только злость во Вселенную выпустим и удвоим. А так хоть какая-то польза. С поганой овцы хоть шерсти клок, как говорится.
Я замолчал. Надолго.
— А ты, кстати, знаешь, что беременным не отказывают, — словно про между прочим тихо произнесла Лиза.
— Ты меня уже под каблук засунь лучше, — ухмыльнулся я. — Так надежней.
— Ага, тебя засунешь, — многозначительно покивала тихоня. — Давай лучше ты будешь сверху. Ой, — закрыла рот ладошкой и покраснела. — Я не то хотела сказать.
— Ага-ага, так я и понял, пошлая ты моя тихоня, — рассмеялся я и аккуратно притянул ее к себе, чтобы впиться в ее сладкие губы требовательным поцелуем.
* * *
— Даня, меня девчонки ждут, — тихо протестовала Лиза, пока мы добирались от аэропорта ко мне домой на такси. — Давай мы сначала ко мне заедем, а потом уже к тебе, — посмотрела на меня своими ангельскими глазками.
— Нет уж. Ко мне быстрей. Кроме того — какие это тебя девчонки ждут? Сонька осталась на Шпице, Поля с Киром отправились в Италию. Аня наверняка уже на ипподроме с Пашкой, — я показал осведомленность в вопросах подружек моей тихони. — Поэтому сначала ко мне. А к тебе разве что за твоими вещами. И то, чтобы их перевезти ко мне, — произнес безапелляционным тоном.
Лиза замолчала. Но знаю я это ее молчание.
Вот уж точно — в тихом омуте...
Но ничего, в этот омут я с радостью с головой.
Причем уже давно и основательно.
И менять его не хочу. Не нужна мне вереница идеальных модниц — мне нужна только одна эта маленькая хрупкая девушка.
Я теперь ее в жизни от себя не отпущу. И повод, вроде как, есть. Пока еще маленький и у нее в животе, а там... Она и сама не захочет от меня уходить.
По крайней мере, я на это очень надеялся.
* * *
— Ты в душ первая или я? — спросил, поднимаясь по лестнице. По