— Это удобно, идти к тебе? — вспомнила я слова Эллен о том, что не следует афишировать наше с главвачом знакомство.
Мужчина поразмыслил немного и нехотя согласился:
— Да, лучше не у меня. Тогда в ординаторской. Пока Кир в операционной, там точно никого нет…
Сердце пропустило еще один удар. Значит, операционная! Опять оперировали Темку. Бедный-бедный мой малыш! Вторая операция за сутки.
Да что ж такое-то!
На глаза навернулись слезы, и я непроизвольно всхлипнула.
— Всё настолько плохо?
— А? Что?.. Да не реви! — меня вдруг крепко обняли и прижали к себе, — Сущность из него выходит. Непросто это. А так, всё нормально.
— Су-су-сущность?! — мир перед глазами покачнулся, — Как это?
Хорошо, что меня удерживал Рэй, иначе я бы сама упала в обморок.
— Тш-ш! — раздалось у самого уха. Как-то незаметно, мужчина уже обнимал меня, прижимая к своей жесткой груди, — Подожди, скоро все расскажу.
До ординаторской мы и вправду быстро добрались. В голове роем вились мысли, пока шли, я отмахивалась от них, как от надоедливых комаров. Не буду думать, не буду домысливать и прокручивать в голове страшилки. Сначала выслушаю то, что расскажет мне Рэй, а вот потом буду истерить. Вдруг, там и плакать-то не над чем?
Рэй проверил, надежно ли закрыта за нами дверь. Щелкнул замком и попросил меня сесть. Я послушно села на колченогий стул. Удивительно, что такая развалюха из коричневого необработанного дерева, то ли ели, то ли сосны, стояла в шикарно обставленном кабинете. Остальные стулья были железными, с белыми пластиковыми спинками. Одинаковые, все, как на подбор.
Обезличенные. Пустые.
Сама не знаю, почему села на этот кривой и очень старый стул. Покачнулась, выровняла тело, чтобы устойчиво сиделось на поверхности, и приготовилась слушать.
— Дело вот в чем, Джули… — тщательно подбирая слова, сказал Рэй, — Тема, как выяснилось, необычный баресс. Он — барс.
— Что? — два слова, произнесенные быстро и запинаясь, слились в одно.
И я буквально не расслышала второе. Пролетело как мимо ушей.
— Котик он, — мужчина решил упростить для меня, — Лохматый такой, с усами.
— Ты меня за дуру держишь?! Какой еще котик? — вскочила со стула я, отчего тот пошатнулся и чуть не упал.
Успела подхватить за необработанную спинку и поставить вертикально. И кто придумал притащить в ординаторскую стул с неотшлифованной доской?
Мельком взглянула на ладонь. Показалось, что подцепила занозу.
— В пятнышках такой, — Рэй даже пальцем потыкал в воздухе, показывая размеры пятен, — Маленькие такие еще… Ты не переживай, он мебель драть не будет. Он — баресс!
— Рэй, подожди! Хватит морочить мне голову. Какую мебель?!! Скажи мне еще раз: кем стал мой сын? Котом?
— Барсом. Он превращается в барса. Вернее, его внутренний барс прорывается наружу. Нам пришлось срочно вызвать Владимурра для консультации, чтобы он посмотрел. Я-то в них не бельмеса не понимаю, сама посуди — где барсы, а где волки. Да и барсы — редкость в наши дни. Это раньше, говорят, было целое сообщество барсов. Община. Но это до того, как их уничтожили… — перехватив мой оторопевший взгляд, мужчина забеспокоился: — Прости, Джули, ты не поняла. Никто не собирается уничтожать Темку. Он — самый ценный ребенок в этой больнице. Ему ничего не грозит. Нет, не думай. Обморок — фигня, а вот его обороты… Это — да.
— И что не так с его оборотами? — я оставила в покое стул и подошла к главврачу вплотную, — Говори, я хочу знать.
— Он оборачивается частично. Местами… — понизил голос мужчина, — Я впервые такое увидел. Просто обалдеть!
— Частично, это одна голова? Или нога? Ты можешь нормально объяснить или мне идти в операционную, чтобы самой посмотреть?! — я уже и не заметила, как орала на повышенных тонах.
Виноватый вид Рэя к этому располагал.
— Джули, обычно оборотни типа меня в один оборот меняют ипостась. Раз — и стал волком. Или раз — и перекинулся в лису, в медведя.
— А Тема?
— Он перебрасывается местами. То на щеке волосочки белые выступят, то на руке пятнышки черные появятся. Потом голова на одно мгновение — бац! и становится барсом. А потом через пару секунд — раз! И снова малыш на каталке лежит. Смотрится жутко. Уж сколько я превращений видел, но такого — ни разу!..Хорошо, что мы вытащили его из палаты. Панику создавать не надо. А оборотни, они не любят странности и то, чего не понимают. Подняли бы скандал, что парень смертельно болен…
— А это не так? — тихо переспросила я.
Неужели мой малыш и вправду страшно болен?!
— Нет. Кир говорит, этот сбой получился из-за долгого ношения зажима. Владимурр с ним согласен. Говорит, организм освободился, но не уверен в своей силе. Проверяет сам себя на слабые точки. Перебрасывается частями.
— Ну, это же хорошо, что проверяет? — я жадно вгляделась в лицо Рэя, — Всё, что естественно — то не безобразно, правда? Это же неплохо, пусть себе перебрасывается, да?
— Наверное. Опасности точно нет. Но я- не врач, и не могу судить компетентно… — Рэй сбился с мысли и замер. Он чувствовал себя виноватым и явно не в своей тарелке, — Кир оставил его под наблюдением Мурра и ушел на операцию. Значит, всё не так уж плохо. Тяжелых больных Кир не бросает.
— Фуф! То есть Темку не оперируют?
Вот, здорово! Как гора с плеч. Эта новость принесла мне долгожданное облегчение. Я даже несмело улыбнулась.
— Нет. Он отдыхает под наблюдением. А в палату вывезут завтра, если за ночь организм научиться оборачиваться полностью. Мы не хотим паники среди оборотней.
— Ура! — слабо выдохнула, — Тогда мне стоит не ждать Темку? Возвращаться в палату?
— Угу! — буркнул Рэй и вдруг взял меня за руку, — Знаешь, Джули, я давно хотел поговорить с тобой вот, на какую тему …
— Давно? Мы вроде недавно знакомы! — слабо пошутила я.
Чего это он так жмется? Не в долг просить будет?
Поведение Рэя выглядело странно.
— Да, со вчерашнего утра! — серьезно ответил он и перехватил мою вторую руку. Сложил их и поднес к сердцу, — Дело в том, Джули, что вчера я понял: ты — моя судьба. Моя истинная пара. С первого взгляда в сердце разгорелся пожар и… Я хотел бы… То есть… Могу ли я попросить твоего разрешения ухаживать за тобой… открыто? Дашь ли ты мне шанс узнать тебя получше?
Я смотрела во все глаза на Рэя и не знала, что ответить. Обижать мужчину отказом было невежливо, учитывая, сколько он для нас сделал, но и согласиться я не могла. И дело не