— Думаете, я схожу с ума? Мне нужно лечиться?
— Нет, это всего лишь витамины, — женщина сцепила руки в замок, — вполне вероятно, что у вас тревожное расстройство. И с учетом сложных жизненных обстоятельств, недавних родов, вы иногда видите всё в черном цвете. Вы не думали, что те собаки хотели с вами поиграть?
Я вспомнила стекающую с пасти рыжей псины белую пену, и отрицательно качнула головой:
— Нет. Они явно замышляли недоброе.
— Собаки? — подчеркнула женщина и мягко улыбнулась: — До следующего четверга, Джульетта Ивановна.
Я меняла психологов три раза. Выбирала только женщин в надежде, что они поймут — я не безнадежная особа с манией преследования. Я — мать. И опасности, грозящие моему малышу совершенно не выдуманные. Реальные. Как тот случай с диваном.
Мы были в поликлинике в грудничковый день. Темке исполнилось полгода, и он научился садиться и немного ползти. И, конечно, я не собиралась оставлять его одного на диване у стойки администратора. Нет. Я сидела рядом с ним и терпеливо ждала, пока нам поставят штампы на бумаги — в этот раз отправляли на консультацию к урологу, да еще узи нужно было сделать в другом филиале — в общем, бумажек накопилось порядочно, и все их нужно было зарегистрировать и оформить. Не знаю, почему администратору захотелось уточнить причину направления. Всё было написано ясно и понятно, но ей захотелось. А Темка так спокойно сидел на диване и насасывал хвостик резинового щенка, что я без задней мысли поднялась и отошла всего лишь на секунду.
На одну десятую сотой секунды, чтобы ткнуть пальцем в графу и пояснить, что мы только на консультацию.
Я никак не предполагала, что в этот момент произойдет странное — Темка отбросит щенка в сторону и целенаправленно решит завалиться вперед и удариться, так сказать, носом об плиты.
И еще, менее всего на свете я бы ожидала увидеть тощего парня подростка, который появится из ниоткуда и ловким движением перехватит малыша у самого пола.
Темка испугается и заорет. Я получу микроинфаркт и трясущиеся колени. Но ни одной царапины или синяка на теле сына не будет.
А парень со светлыми волосами…
— Да я так, мимо проходил и увидел… Дай, думаю, перехвачу… — смущаясь, ответит на мою благодарность и незаметно исчезнет.
…А еще, на предпоследнем сеансе у психолога Эльвиры Михайловны, опытного профессионала с высоким рейтингом, которую я нашла в крутой московской клинике, вдруг вспомнила, что другие дети сторонятся Темку. Всегда. Будь то детская площадка, магазин или развивающие занятия. Даже малыши, не понимающие, как их зовут, плачут, стоит сыночку подойти к коляске.
Первое время я жутко переживала и нервничала. Успокаивала родителей детей, что мой сын не замахивался, не бил и не стукал чужого ребенка игрушкой.
Он всего лишь подошел.
Многие не верили и на повышенных тонах объясняли, что я — плохая мать. Дело кончилось тем, что последние два месяца мы избегаем детские площадки и не общаемся с детьми. Да, это решение далось мне с трудом. Ведь детки должны коммуницировать, общаться друг с другом. Вместе лепить куличики и строить гаражи из песка. Качаться на двуместных качелях и скатываться с горки.
Дружить. Или хотя бы пытаться понять это слово.
Но… обвинения в адрес сына звучали всё жестче и агрессивнее. Я не знала, как реагировать, и плакала, уводя сына в сторону.
— Вы неправы, — уверяла меня Эльвира Михайловна на предпоследнем сеансе, — Скорее всего, ваш сын — интроверт. Вот и не получается у него общаться с детками. Приводите его в следующий вторник, я приглашу детского психолога, и мы вчетвером выясним, что нам с ним делать.
… Да, теперь я начинаю понимать причину этой неприязни. Вполне вероятно, дети инстинктивно чувствовали, что Темка — другой. Они боялись его также, как я боюсь врачей в этой больнице.
Кроме Кирилла Ивановича. Он — совсем другой.
Человек?..
— Тук-тук, к вам можно?
Вернуться в реальность оказалось непросто — вспоминая свои нелегкие последние два года, я кажется, задремала. Потому что голова была как ватная, а тело затекло.
Повторный стук окончательно разбудил, и я сонно приподнялась на кровати.
Дверь в палату приоткрылась. На пороге стояла худенькая невысокая женщина с растрепанной копной коричневых кудрявых волос.
— Вы — новенькая? Скотч есть?
— Да. Здрасьте. А вам зачем?
— Привязать сына, — как само собой разумеющееся, ответила женщина, и вошла, — Совсем распоясался, негодник.
Наверное, вид у меня был совсем ошарашенный, потому что женщина немного смутилась и пояснила:
— Да нет, вы не так поняли. Он у меня после операции. Ему нельзя двигаться, а он перебрасывается во вторую ипостась каждые две минуты. Я говорю: лежи смирно! А он всё равно: то хвост вытащит, то уши проявит…
Я осторожно спросила:
— Позвольте, если дело в хвосте, то, как вы собираетесь этот хвост фиксировать скотчем? Он же слетит.
— Да нет, не хвост! — махнула рукой женщина, — я хотела привязать туловище крепко-накрепко к кровати, чтобы ему было неудобно двигаться. Тогда он не сможет повернуться на бок и вытащить хвост.
Прозвучало так дико, что я сглотнула, и перевела тему:
— А какой касты ваш сын?
— Волчонок он. Шебутной, весь в отца! — в голосе матери прозвучало тщательно скрытое одобрение.
— Вы тоже волчица?
Ничего в облике женщины не указывало на волков. Мелкая она была и какая-то юркая. Либо я ничего не понимаю в этих оборотнях, либо волком здесь даже не пахнет!
— Нет, я Лиса, — женщина по-свойски прошла в палату и присела на стул. Загадочно улыбнулась и закинула ногу на ногу.
Я пригляделась — ну вылитая Лиса Патрикеевна! Спросила про одно, просочилась в палату уже с другим…
— Как же вы с волком связались? То есть замуж вышли?
— Элементарно, милочка. Межвидовые браки не запрещены. А какой ген ребёнок унаследует — мне всё равно. Лишь бы здоров был. Разумеется, минусы у межвидовых браков есть. С родителями почти не общаемся. Разные менталитеты, понимаешь? Мои всё время вмешиваются, интриги плетут. Его родители агрессивные, как собаки. Всё время в чем-то обвиняют. Невозможно общаться. Я не собираюсь с ними ссориться, но выслушивать каждый день, какая я плохая — невыносимо! Так что общаемся редко. Конечно, с дитем не помогают. От этого трудно. Но и нервы не треплют… Так и живём!.. А где ваш сынок?
Я села на кровати и свесила ноги. Этой Лисе удалось сбить меня с толку.
— Скотча я нет. Сын под наблюдением, ждёт операцию. А вы с чем