— Жениться? — с улыбкой в голосе уточнил Данила.
— Угу, — выдохнула я, чувствуя, как начинают пылать щёки от волнения.
А если он откажется? Если посмеётся надо мной?
Страх сдавил стальными тисками, не позволяя сделать полноценный вдох.
— Алёна, — развернув меня лицом к себе, позвал Медведев, и я, подчиняясь притяжению его голоса, подняла глаза, тут же утонув в омуте его взгляда, в котором отражались отблески молнии, — ты выйдешь за меня замуж?
Вздох облегчения вырвался из груди, и напряжение спало, оставляя после себя лишь вселенскую усталость. Не посмеялся. Не отказал.
— Да, выйду, — прошептала, прижавшись к широкой груди, в которой гулко билось сильное сердце, при этом ощущая, как нежно и ласково меня обнимают в ответ. Так, словно я самое ценное, что есть в его жизни.
Вот только миг спустя объятия Данилы стали крепче, дыхание тяжелее, но он прекрасно понимал, что сейчас не время и не место для более решительных действий. И я была ему за это благодарна.
Казалось, время для нас остановилось. Вокруг избушки буйствовала непогода, а внутри неё мы словно создали свой собственный мирок, в котором не осталось места для ненависти и лжи.
Секунды сменялись минутами, те в свою очередь часами, а мы всё говорили, говорили и не могли наговориться. Будто и не было тех лет, прожитых нами врозь, будто и не было между нами недопониманий и обид. Они просто растворились в теплоте и свете наших сердец, в пробудившихся после долгого сна чувствах, которые мы прятали ото всех глубоко внутри, и от себя в том числе.
Гроза постепенно затихала, уходя за горизонт, где среди тёмных туч пробивалась алая заря, предвещая скорый рассвет. Тьма отступала, укрываясь в тени деревьев и кустов, лес просыпался, приветствуя новый день.
Первыми подали голоса соловьи, за ними начали перекличку синицы, потом подхватили эстафету сойки. Пространство наполнялось птичьими трелями. И душа радовалась весне, новой жизни, новым мечтам и свершениям, ведь все проблемы остались позади, и впереди нас ждёт только хорошее. Я надеялась на это. Очень! Но, увы, мечты и надежды не всегда сбываются.
Ничего не предвещало проблем, но они нагрянули, откуда и не ждали.
Как только солнце поднялось над горизонтом, в наш счастливый мирок вторглись незваные гости.
Мы всё ещё пребывали в сладкой дремоте, уставшие, но счастливые после бессонной ночи, проведённой за разговорами и планированием будущего, когда возле избушки раздался знакомый голос, от которого внутри всё заледенело.
Инстинкт самосохранения сработал в тот же миг, и сон как рукой сняло.
— Алён, что случилось? — приоткрыв один глаз, Даня взглянул на меня удивлённо.
— Там Машков, — прошептала, суетливо заметавшись по комнате. — Я слышала его. Он здесь, Дань.
— Так, стоп, успокойся, — поймав меня на очередном забеге по комнате, произнёс Медведев. — Паника делу не поможет.
Я была с ним полностью согласна, но ничего не могла с собой поделать. Внутренний страх оказался сильнее здравого смысла, нашёптывающего мне, что теперь я не одна, что Данила не даст нас в обиду.
Ружейный выстрел прогремел на поляне, и раскатистое эхо, прокатившееся по округе, заставило вздрогнуть.
— Эй, гости дорогие, вы чего расшумелись? — проскрипел рядом с дверью ворчливый старческий голос. — Пришли с миром, так и ведите себя прилично.
— Не ворчи, старик, — усмехнулся Машков, — держи свои деньги и проваливай. Дальше мы сами разберёмся.
— Так ты же ещё не убедился, что жена твоя здесь. Вдруг понадоблюсь.
— Не понадобишься. Здесь она. Видишь, венок из одуванчиков? Такие плетёт её дочка.
— Что-то недоговариваешь, парень. Ты как мне сказал? Твоя жена и дочь попали в аварию, но они всё ещё живы, судя по звонку в экстренную службу, и тебе надо их найти. А теперь выходит, что дочь и не твоя вовсе?
— Тебе какое дело? Получил свои деньги? Получил. Так иди, в твоих услугах мы больше не нуждаемся.
Слегка приоткрыв занавеску, Даня выглянул на улицу.
— Трое их, и дед Макар с ними, — процедил он. — Если бы не старик, хрен бы нашли они эту избушку.
— Эй, Алёнка, выходи, — прокричал Машков. — Я знаю, что ты здесь. Давай закончим разговор, а то нехорошо как-то, убежала, маячок отключила… Какие ещё сюрпризы ты мне преподнесёшь, детка? Кстати, имей в виду, если не выйдешь, мы подожжём избушку. Так что будь умницей, не зли меня и закончим всё быстро.
— Эй, ты что делаешь, ирод? — возмутился старик. — Эта избушка спасла уже не одну жизнь, а ты её поджечь решил? Не позволю!
— На полученные тобою деньги, можно построить десять таких завалюшек. Отвали, дед, пока не попал под раздачу.
За стеной разгорался спор, но вряд ли он что-то изменит. Машков не привык отступать с полпути. Не выйдем сами — подожжёт избушку и выкурит нас как зверя из норы.
— Бери трубку и ставь на дозвон первый номер в избранном списке, — всунув мне в руки спутниковый телефон, скомандовал Медведев. — Ответят — обрисуешь ситуацию. Вторым, кстати, вбит номер Горского. А я пока попробую потянуть время.
Прихватив ружьё, он решительно открыл дверь и вышел на улицу, а я трясущимися руками нажала на дозвон и стала ждать ответа, мысленно прося судьбу, чтобы дала нам ещё один шанс на спасение. Ведь должно повезти и в этот раз, правда?
Глава 29
*****Данила Медведев
Ярость бушевала в крови, огненной лавой курсируя по венам и подталкивая расправиться с Машковым прямо здесь и сейчас. Тайга всё скроет. Болото поглотит все следы. Дед Макар не станет болтать, поскольку именно он учил меня читать и понимать лес, взяв под свою опеку, когда я только приехал, а Алёна тем более.
Но если раз перейти черту, не нарушит ли это хрупкое внутреннее равновесие? Тот баланс, который позволяет жить в мире и согласии с природой и с самим собой?
Глядя на метания Алёны, на страх в её глазах, я был готов переступить эту черту, но сначала всё же решил попробовать остановить врага не столь кардинальным способом, чтобы не стать в глазах своих девчонок бешеным зверем, которого они подсознательно будут бояться и ждать беды.
Всунув Калининой в руки спутниковый телефон и дав наставления, я вышел за порог, прихватив с собой ружьё, при этом прекрасно понимая, что его тут же заставят бросить на землю. Но на то и был расчёт. Привлекая внимание к нему, я надеялся скрыть припрятанный в карманах остальной