— Ты замерзнешь, — обеспокоенно произнес огонек. — Я иду с тобой!
Девушка оглядела себя. Легкое платье и сапоги — это все, что осталось на ее теле после того, как она воздала "дань" огненному духу.
— Со мной все будет в полном порядке. А ты должен остаться с Зефиркой! Она без сознания. Ее надо отогреть и защитить от волков. А мне надо спасать Севира.
— Возьми меховую накидку! Ну...или то, что от нее осталось, — виновато сказал Фирель, понимая, что верхняя одежда обгорела уже почти наполовину, и вряд ли теперь будет нести какую-то пользу. — Прости.
— Нет, не извиняйся. Ты набрал мощь и теперь полон сил. Это было не зря.
— Удачи, Адель! — огонек взволнованно заискрил.
— Все будет хорошо, — пообещала девушка и упрямо посмотрела в сторону вершины. — Ледяной чертог уже близко. Скоро я буду там.
Глава 32
В ледяном чертоге, расположенном на вершине скалистой заснеженной горы, царила неземная красота. Свод пещеры, покрытый толстым слоем льда, сверкал словно мрамор, а алмазы кристаллических граней преломляли свет, создавая волшебные узоры на стенах. Каждый шаг Адель наполнял пространство мелодией, когда тонкие, хрустальные сосульки начинали звенеть, как небесные колокольчики, под дыханием ледяного ветра.
На краткое мгновение, девушка даже подзабыла о холоде и усталости, которые сковывали ее тело. Но это было лишь на секунду. Она стиснула зубы, пытаясь найти в себе остатки сил, чтобы не застыть, как эти ледышки в сводах пещеры, стекленея и замирая в этом месте на веки вечные. Лишь внутренний огонь, что пылал в ее сердце, еще пока согревал ее изнутри.
Адель завороженно уставилась на таинственные ледяные фигуры, выглядывающие то тут, то там из-под наледи. Будто сам художник природы вложил душу в каждую из них. Но, подойдя чуть ближе, Адель с ужасом поняла, что это не игра воображения, и не чудо природы. Подо льдом были заключены реальные люди, что остались в этом месте вечной мерзлоты по вине злого умысла. Они пали жертвой того, кто не хотел оставаться в ледяном чертоге в одиночестве, и этот кто-то, по видимому, решил забрать всех, кто потревожил его покой.
Адель провела рукой по своду пещеры. Кристаллы льда, подсвеченные глубоким фиолетовым светом, поменяли свой цвет, словно живые существа, играя со светом и тенью. А в глади замерзшего водоема, внутри чертога, отразились мрачные силуэты гор, окутанные вечным снежным покровом.
— Ну, здравствуй, Адель, — звонкий голос, как дребезжание хрустальных сосулек на потолке пещеры, наполнил пространство. Обладательница этой мелодичной трели уже стояла напротив девушки и рассматривала ее цепким взглядом.
— Морена?
— Она самая.
Богиня лютой зимы и смерти появилась в облике красивой молодой девушки. На голове у нее были ветвистые рога, увитые драгоценными камнями. Она напоминала северного оленя, или красивую нежную лань, только в глазах у Морены был холод. Даже глаза ее были, подобно льду, с прозрачными зрачками, глядя в которые, по позвоночнику пробегал колючий ветер.
— Где Севир?
— Ты слишком смелая для простой смертной. Я ведь могу просто заморозить тебя только за то, что ты говоришь с богиней в таком тоне.
— Я не боюсь тебя.
— А это зря.
Морена лишь тихонько дунула, но перед Адель образовался снежный вихрь, который закрутился с невероятной скоростью, словно ледяной смерч. Девушка отступила на шаг назад, растерянно соображая, как ей быть, но Морена, решив, что короткого представления пока достаточно, жестом руки, затянула вихрь под землю.
— А теперь, что скажешь? — усмехнулась богиня.
— Ты не запугаешь меня.
— А голос-то дрожит, — ехидно заметила Морена. — Но, я уважаю отважных людей. А еще, благодаря тебе, моя ледяная клетка оттаяла, и я вышла на свободу. Поэтому я милостиво сохраню тебе жизнь.
— Без Севира я не уйду.
— Ты еще не поняла, глупая девчонка?? Дракон — мой! И он останется со мной навсегда.
— Он никогда не согласится на это добровольно.
— Мне и не нужно его согласие. Смотри сама.
Морена показала рукой в глубь чертога, и Адель медленно двинулась в этом направлении, вглядываясь в пугающую темноту. Через несколько шагов она резко остановилась, как вкопанная. Севир, а точнее его ледяная фигура, стоял у свода пещеры, как красивая замерзшая статуя.
— Что ты с ним сделала?? — Адель подбежала к мужу и положила ладони на лед. Она смотрела в глаза того, кто еще недавно улыбался ей и целовал ее, а сейчас лишь смотрел вперед в одну точку, и его ресницы и веки были абсолютно неподвижны.
— Теперь он в моем плену. Это вполне справедливо, не находишь?
— Ты выжила из ума! Я не понимаю, зачем тебе это?
Морена задумчиво зацокала языком.
— Месть. Простое, заслуженное возмездие.
— Ты первая его использовала! И ты превратила его сердце в лед!
— Это цветочки! Он заточил меня здесь на долгие годы! Одиночество и пустота! Я жила только с одной целью, мечтая отомстить! И вот теперь это свершилось, — Морена злорадно потерла ладошки.
— Я растоплю лед! — Адель принялась дышать на кусок глыбы, в которой находился Севир, но пласт был очень толстый. Он ни в какую не хотел поддаваться, словно его искусственно охлаждали изнутри.
Морена откровенно рассмеялась.
— Ты точно глупышка. Ты же околеешь. И ради чего? Ради мужчины, который не ценил тебя? Не уважал? Отталкивал? Он хоть раз говорил тебе, что любит? — богиня вопросительно уставилась на тоскливое лицо Адель. — Так, я и думала, — констатировала она. — Глупая, наивная дурочка. Ледяной дракон не может любить. Моя магия сильна, и тебе не расколдовать его.
— Мое появление поменяло Колдволл. Я растопила снег. Я растопила твой ледяной чертог. Мне многое подвластно. Да, я обычная смертная. Но в моем сердце горит огонь.
— Огонь?
— Огонь любви. Я люблю Севира. А значит я смогу растопить лед в его сердце.
Морена слегка побледнела.
— Я не позволю тебе.
Она дунула на Адель, и снежная вьюга тут же закружилась в воздухе, отталкивая девушку к выходу. Бороться со стихией оказалось не так то просто. Холодный, пронизывающий ветер колол лицо Адель, устрашающе ревя и создавая снежную невидимую преграду на пути к Севиру. Девушка подняла ладони, встречая сопротивление вьюги, и пошла вперед медленными шагами, борясь за каждый сантиметр пути.
Морена дунула еще сильнее, и новый, промозглый порыв ветра едва не сбил Адель с ног. Ей стало невероятно холодно. Мышцы окоченели и почти не двигались. Каждый последующий шаг давался с огромным трудом, словно она волокла за собой тяжелый груз, что тащил ее назад. Ветер вился, толкая