И что его так смутило в массаже… Ладно. Долго стоять над душой не стала. Пошла мыть руки. Дел еще действительно было много.
Хотелось поскорее все переделать, написать письмо и… спать. Хотя на сон особой надежды не было. Ведь была уверенность, что если Марфа вернется, то непременно ночью… А значит, покой нам только снится.
Глава 25
Анна
Что поднимает настроение больше, чем вкусная сытная еда? Стоит вспомнить только нашу прекрасную повариху Федосью в академии… Неудивительно, что своими пирогами она смогла растопить сердце нашего старшего лекаря Мартыныча.
Но дело не только во вкусе. Хорошая еда несет огромную пользу для организма. Насыщает его нужными веществами и дает сил.
Вот только я оказалась в такой ситуации, когда готовить вкусную и полезную пищу было просто не из чего!
В подвале все еще были мороженые овощи. Но разве мужчина может наесться одними овощами? Мясом тут и не пахло… Но, может, хотя бы крупа. Яр ведь говорил, что его кормили кашей?
Я начала поиски по всем шкафам и… нашла. Вот только то, что я нашла, назвать крупой язык не повернулся!
Зерна были серыми, с черными точками плесени, а между ними шевелились крохотные жучки. От пакета исходил затхлый, прелый запах….
Не могли же его кормить этим? Такую отраву даже скоту не дадут!
Но сколько бы я ни искала, нашла только пару кастрюль с этой самой вареной кашей. МЕРЗОСТЬ! ПРОСТО МЕРЗОСТЬ!
— Этим тебя кормили? — прошептала я, сжав кулаки.
Гнев подкатывал к горлу горячей волной. Яромир — генерал-дракон, герой границы, человек, отдавший всю свою магию и силу защите других… Почему с ним так поступили?
Вспомнились слова Яра: «Постные каши с лечебными травами». Да какая это лечебная пища?! Это издевательство! Пытки над человеком!
Нужно было срочно ехать в село. Купить мясо, хлеб, яйца, хорошую крупу… Но на что? Марфа прихватила мой кошель, а у Яра, судя по всему, денег не осталось.
Я готова была дать голову на отсечение, что жалование генерала в отставке получает именно Рада… И тратит их на свои нужды! Пока Яра кормят кашей с жуками… Просто… Просто ненавижу ее!
Себе я в этом могла признаться!
Серебро… У меня ведь теперь была часть награбленного Марфой!
В селе наверняка найдется кузнец или торговец, который возьмет ее в обмен на провизию.
Если, конечно, к тому моменту Марфа не вернется за серебром и я не выбью из нее все остальное!
У меня аж кулаки чесались…
Но пока придется обходиться тем, что есть.
А все, что есть, — это мороженые овощи! Ну хоть они не пропали…
На сегодня у нас осталось: морковь, репа, лук. Не идеально, но хоть что-то.
Разожгла печь, поставила чугунок с водой. Пока она закипала, очистила овощи от грязи и мелко нарезала.
Лук шипел на сковороде, смешиваясь с каплями растопленного сала — последнего, что нашла в закромах.
— Хоть бы не было прогорклым…
Аромат разносился по кухне, и от одного запаха уже сводило желудок. Я помешивала овощи деревянной ложкой, добавила соль и щепотку сушеных трав из своих запасов. Те, что подошли для приправы.
— Как-то уж слишком постно…
Попробовала. Морковь сладковатая, репа горчит, лук пережарился… Но есть можно. Только вот для больного, ослабленного человека этого явно недостаточно.
Я налила отвар в кружку, положила на поднос миску с тушеными овощами и взволнованно посмотрела на скудный ужин.
— Хоть бы он поел…
Я не так часто готовила сама. Когда жила с мужем, готовили слуги, потом в академии готовила Марта. Поэтому не могла похвастаться кухарскими умениями. Так еще и продукты подвели…
И все же… вспомнила, как Яр зажмурился от пустого супа. Что ж, неудивительно, если его кормили этой дрянью.
Как долго его держали на таком вот питании?
Это было решение Марфы или… приказ Рады?
Внутри было столько гнева, столько ненависти и негодования, что я еле сдерживала себя, чтобы не прокричать об этом Яру.
Вот только был еще один человек, виноватый во всем случившемся. Больше Марфы и Рады… Это была я сама.
Эта вина грызла изнутри. Я должна была ему написать. Он бы… Он бы написал, а вот я…
Вдохнула и выдохнула. Сейчас все это бесполезно. И Яр не должен меня такой видеть. Ему нужны вера и надежда. Ему нужны улыбка и хорошее настроение.
А значит… Я ведь искренне верю, что Яр вылечится, и это самая главная мысль, с которой я должна взять поднос и отнести его к Яру. Это самая главная мысль…
Глава 26
Яромир
Тревога, как голодный зверь, грызла меня изнутри.
"Ты не навья, Яр. Ты просто… неухоженный. Тебе правда не мешало бы помыться, побриться и… приодеться".
Слова Анны вертелись в голове, и я невольно ловил себя на том, что гладил бороду. Она была спутанной, жесткой и пропахла потом и пылью. Когда я последний раз мылся?
До сегодняшнего дня этот вопрос совершенно меня не тревожил. Какая разница, как я выгляжу? Я даже просыпаться не хотел, но… но теперь здесь была Анна. И Анна меня лечила… Она… она меня трогала! Какого ей трогать грязного, вонючего мужика?
Когда Анна с улыбкой вошла в комнату, мысли стали грызть меня с новой силой.
Она поставила передо мной очередной поднос. На нем была деревянная миска с дымящимися тушеными овощами. От запаха рот тут же наполнился слюной.
— Я не сильна в готовке, но должно быть вкуснее, чем твоя "лечебная" каша, — сказала она и улыбнулась. В уголках ее глаз собрались маленькие морщинки. Они выдавали в ней веселого человека, который часто улыбался. И придавали ей вид веселой девчонки… морщинки придавали вид девчонки… Странное сравнение. Но это и правда было так.
Анна подняла голову от тарелки, и мы встретились взглядами. Должно быть, я рассматривал ее слишком долго.
Отвык от… от людей. Поэтому быстро исправился и наклонился над миской.
Зачерпнул ложку. Морковь сладкая, лук пропитался жиром, репа мягкая… Вместе все это сливалось в какую-то… амброзию! Безумно вкусно… Чувствовались даже приправы…
— Спасибо, — пробормотал я. — Это правда очень, очень вкусно.
— Приятно слышать, — искренне ответила она и тоже взяла ложку.
Я съел вторую ложку и почувствовал горький привкус… И он был вовсе не от еды. А от собственных мыслей.
Анна что-то говорила о завтрашних планах, о том, что нужно будет сходить в село… Но я почти не слышал. В голове крутилось