Вой раздался снова, но уже где-то гораздо дальше. Велена облегчённо выдохнула:
— Быть может, учуял след того самого Веригина? Или ещё какую дичь нашёл, тут же лошадей полно бродит… А вообще, ему и у костра есть чем поживиться, они трупами не брезгуют.
Мне показалось, но вдалеке и вправду будто раздалось испуганное ржание. Раздалось и внезапно смолкло.
— Что за тварь? — спросил я, чуть притормаживая лошадь, чтобы та не навернулась на кочках, — Всплеснувший волк? Медведь?
— Всплеснувший, да не всплеснувший… Иногда Омуты выплёскивают не только ярь, но и живых существ из другого мира. Мира ужасного, про́клятого, и совершенно чуждого нашему миру живых.
— Ты будто про ад говоришь.
— Скажу так, Церковь Белой Яри всё слишком упрощает, — буркнула Велена так, будто я знал, о чём идёт речь, — Мир Нави — это всё же не ад, как его описывает церковь, он просто чужд нашему. Хотя, быть может, в чём-то церковь и права. Какая для нас разница, ненавидят нас демоны или просто хотят сожрать?
— Церковь Белой Яри?
— О, Предтечи, ты вообще ничего не знаешь об этом мире?
— Представь себе.
Я снова глянул на луну, потом назад. Воя больше не слышалось, но глубокой ночью разговоры о потустороннем несколько пугали меня.
— Демоны, говоришь? — только и прошептал я, чувствуя, как ползут по коже мурашки. Волшба волшбой, а с адскими существами встречаться мне не хотелось.
— Вояки их ещё с перебродившими животными путают, хотя те тоже страшноваты, — ведьма усмехнулась, — К счастью, такое происходит очень редко, но в Качканар мы лучше с рассветом отправимся. Днём демоны точно не страшны.
— А ещё говорила, нам спешить надо.
— Ой, дурень ты полукровный, ну пораскинь мозгами-то! У костра тебя сожрать могли!
— Да понял, понял, — буркнул я, понимая, что сморозил глупость. Хотя издевательские нотки в голосе Велены снова начали меня бесить.
— Понял он! — ведьма явно начала заводиться, — Потому что меня надо слушать, я тысячи лет живу и знаю, о чём говорю, а ты, дурень, решил по-сво… Иссохни твоя ярь, ты слушаешь меня⁈
— Да, да…
— Вот и слушай! И если я говорю — пей это зелье, значит, ты пьёшь это зелье! — увлечённо тараторила Велена, — Именно пьёшь, именно это, хоть там сопли демона! А если я говорю — сидишь здесь, значит…
Что «значит», я уже не слушал, лишь отстранённо кивал, морщась и думая над превратностями судьбы. Вот так встретишь в другом, совершенно волшебном мире бессмертную женщину, могучую чародейку, и свяжешься с ней колдовством каким-нибудь… А она тебе плешь проест, не смотря на то, что Первородная.
К седлу были привязаны сумки с небольшим скарбом чистокровных. Я очень не хотел ощущать себя мародёром, поэтому особо не разбирался и свалил в сумку всё, что блестит и звякает. А ещё раскопал тот медальон из костра, который туда бросил Эльфеяров. У него их, кстати, нашлось ещё несколько штук.
Самым неприятным из повелений ведьмы оказалось собрать кровь графа. Как-то не по себе было набирать в пустую колбу чужую кровь, зная, что это будет ингредиентом для какого-нибудь заклинания. Но Велена сказала, что граф может быть винтиком в каком-нибудь массовом заклятии Чистокровных, и лучше иметь такой козырь при себе.
С останков графа я вдобавок стянул чудом уцелевший широкий кожаный пояс с прицепленным кинжалом, потому что так сказала Велена. Так же мне достались арбалет, щит, и на всякий случай я взял копьё. Ах, ну да, ещё и лошадь в придачу — так-то она тоже стоила целое состояние.
Но настоящим богатством оказалась котомка с едой — сушёные коренья, которые хранились в избушке Велены и которые, как она говорила, очень питательны, она могла засунуть куда-нибудь себе в отражение. Здесь были мясо, хлеб, овощи, и я то и дело нырял рукой в этот мешок, запивая сухомятку водой из фляги. Флягу, кстати, я тоже у графа свистнул.
Пока ведьма увлечённо отчитывала меня, я думал на ходу залезть в мешок и посмотреть, чего там набрал у чистокровных, но мелькнула совсем другая мысль, и мои пальцы сжали иолит.
— «Ал-ге», — прошептал я гномью руну, означающую «успевать».
Камушек чуть ладонь мне не сломал, так он задёргался. Да твою ж мать-то, что опять⁈ Куда опаздываю?
— Что это? — тут же спросила Велена.
— Мы куда-то не успеваем.
— Надо же, какие гномы занятные штучки делают… А куда?
— «Эз-ле»! — скомандовал я, надеясь, что на такие малые заклинания перезарядка не нужна. И камушек тут же выполнил руну «искать».
Указывал он, как ни странно, на холм со скрытой волшбой избушкой.
— Нам туда.
— Что-то с княжной? — поинтересовалась Велена.
— В душе не чаю.
Недовольно вздохнув, я снова нукнул лошадь, чтобы та поторапливалась. Мы пересекли низину и поднимались уже на наш холм, поросший цветущей травой, поэтому я чуть сильнее пустил лошадь. Вроде луг был довольно ровным.
— Что же там могло случиться? Да не могла она проснуться, — тараторила ведьма, — Я за свою волшбу ручаюсь! Там и прах мой, а он силу хранит. Не могло заклинание слететь, ведь купол же стоит… Может, кто забрёл туда? Но здесь нет таких могучих яро… Борис!!!
— Что⁈ — вздрогнул я. Мои глаза аж заболели, так я таращился на вершину холма, пытаясь разглядеть невидимую избушку.
— Сзади!!!
Я резко обернулся. На перевале, который мы пересекли минут десять назад, показался силуэт. Что-то вроде тупоносого волка, вот только гораздо шире в груди и мощнее в холке, словно это была помесь с гориллой.
Даже отсюда можно было разглядеть мощный костяной гребень на спине, а ещё страшенные клыки и когти, блеснувшие в лунном свете. Но самое ужасное было не это… Тварь окружала какая-то непонятная аура, которая смазывала контуры силуэта, будто витали вокруг неё тысячи мух или мошек.
Снова раздался вой, от которого лошадь подо мной чуть не споткнулась. Затем тварь исчезла с вершины горы. Но я мог поклясться, что видел её контуры, блестящие мощной чёрной волшбой, прямо на фоне тёмного склона. Монстр гнался за нами…
И какое-то то ли шестое, то ли седьмое чувство вдруг подсказало, что мне не хватит ни сил, ни везения справиться с ним. Меня просто сожрут! Гадство!
— Грецкий, быстрее!!! — заверещала Велена.
— Да знаю я, знаю! Пошла, давай!!! Но-о-о!!!
Я подстегнул лошадь пятками, пригибаясь к гриве. Да умное животное и само сообразило, что эта погоня не оставит от нас и клочков, и понеслось со всех копыт.
Монстр всё так же выл,