— Восточная башня, сосредоточить огонь по квадрату семь! — передал я через магическую связь. — Северная стена, поддержать атаку зажигательными снарядами!
Координация действий дала потрясающий результат. Вместо хаотичных одиночных выстрелов защитники обрушили на врага концентрированный огонь, который нанёс серьёзный ущерб вражеской технике.
За два часа ответного огня было уничтожено три катапульты, две баллисты и одна осадная башня противника. Потери среди вражеских расчётов составили не менее двухсот человек. Впервые с начала осады инициатива перешла к защитникам.
— Они отводят машины в тыл, — доложил наблюдатель с главной башни. — Видимо, решили дождаться темноты.
— Прекрасно, — ответил я. — У нас есть ночь для ремонта повреждений и подготовки к завтрашним испытаниям.
Моральный дух гарнизона заметно поднялся после демонстрации эффективности подготовленной обороны. Солдаты и ополченцы увидели, что могут не только пассивно выдерживать удары, но и наносить болезненные ответные удары.
— Теперь они знают, с кем имеют дело, — сказал легат Валерий, наблюдая, как противник в спешке эвакуирует повреждённую технику. — Это не обычная пограничная крепость, а серьёзно подготовленный противник.
Я кивнул, но знал — это только начало. Противник потерял элемент внезапности, но его силы многократно превосходили гарнизон крепости. Впереди были долгие месяцы испытаний, в которых решится судьба не только защитников, но и всего региона.
Когда ночь окончательно укрыла крепость своим тёмным покрывалом, я стоял на стене и смотрел на огни вражеского лагеря. Железное кольцо осады сомкнулось, но первый день показал — защитники готовы к длительному противостоянию. Завтра враг попытается взять то, чего не смог добиться артиллерией. Завтра начнётся настоящая мясорубка, где каждый метр стены придётся защищать кровью и сталью.
Но сегодня крепость выстояла. И это было только начало великого испытания.
Глава 3
Рассвет второго дня осады встретил меня на восточной стене, где я наблюдал за вражеским лагерем через подзорную трубу. Ночь прошла в напряжённом ожидании — разведчики докладывали о движении в стане противника, звуках перетаскивания оружия и приглушённых командах. Все признаки указывали на подготовку к штурму.
Первый луч солнца окрасил горизонт в багровый цвет, словно предвещая кровопролитие. В этот момент из вражеского лагеря донёсся протяжный рёв боевых рогов — сигнал, который заставил каждого защитника крепости вжаться в укрытие и проверить оружие.
— Готовность номер один! — крикнул я, и сигнальные рожки разнесли команду по всем участкам обороны.
То, что происходило дальше, превосходило самые смелые ожидания. Из-за земляных валов поднялась чёрная масса людей — не отдельные группы, а сплошная волна воинов, которая катилась к нашим стенам. Три тысячи человек двигались в атаку одновременно, и земля дрожала под их ногами.
Противник действовал профессионально. Атака шла с трёх направлений: основные силы — около полутора тысяч — наступали на восточную стену, где укрепления были старше и слабее. Тысяча воинов атаковала с севера, где находились главные ворота. Ещё пятьсот человек наступали с юга, создавая угрозу флангового охвата.
— Чёрт возьми, — пробормотал рядом центурион Гай Молодой, — они знают, что делают.
Я кивнул, не отрывая глаз от подзорной трубы. «Серый Командир» не был обычным варварским вождём. Координация атаки, синхронность движения колонн — всё говорило о профессиональном военном планировании.
Воины пустошей бежали к стенам с дикими криками, но их крики не были хаотичными. Я различал команды на незнакомом языке, по которым группы меняли направление или ускоряли бег. Среди атакующих виднелись знаменосцы с чёрными стягами, а офицеры на конях координировали действия пеших отрядов.
— Лучники! — рявкнул я. — Дальность — четыреста шагов! По моей команде!
Наши лучники, расставленные на стенах, натянули тетивы. Я подождал ещё несколько секунд, оценивая скорость приближения противника. Опыт подсказывал — слишком ранний обстрел потратит стрелы впустую, слишком поздний не остановит атаку.
— Огонь!
Тетива затрещала, как град по крыше. Сотни стрел взмыли в воздух и обрушились на передние ряды атакующих. Результат был впечатляющим — первая волна противника дрогнула, десятки воинов упали, поражённые в грудь и голову. Но остальные не остановились. Они перепрыгивали через тела павших товарищей и продолжали бежать к стенам.
— Вторая волна! — крикнул я. — Цель — знаменосцы и офицеры!
Следующий залп был более прицельным. Наши лучники целились в командиров и знаменосцев, пытаясь нарушить управление атакой. Несколько знамён упали, но новые воины тут же подхватывали их и продолжали наступление.
Противник приближался с пугающей быстротой. Уже были видны лица нападавших — загорелые, искажённые боевой яростью, с татуировками и шрамами. Многие были вооружены не хуже наших легионеров: хорошие мечи, крепкие щиты, даже кольчуги на некоторых.
— Магическая поддержка! — крикнул я старшему боевому магу Луцию. — Огненные шары в плотные группы!
Несколько огненных сфер взорвались среди атакующих, создавая проплешины в их рядах. Но эффект был скорее психологическим — основная масса продолжала наступление. А когда противник приблизился на сотню шагов, стало ясно, что атакующие несут штурмовое снаряжение.
Длинные лестницы, которые несли группы по восемь человек. Переносные тараны под защитными навесами. Даже примитивные осадные башни на колёсах, которые тащили десятки воинов. Это была не спонтанная атака варваров — это было организованное наступление армии.
— Готовить кипящее масло! — закричал я. — Камни к бойницам! Копейщики — к зубцам!
Последние сто шагов атакующие прошли под градом стрел, камней и магических снарядов. Наши баллисты стреляли тяжёлыми болтами прямой наводкой, пробивая щиты насквозь. Катапульты забрасывали плотные группы камнями. Но противник продолжал наступление, оставляя за собой дорожку из тел.
Когда первые лестницы коснулись стен, я понял — настоящая битва только начинается.
Восточная стена превратилась в ад в течение нескольких минут. Противник одновременно применил три осадные башни и более двадцати штурмовых лестниц, создав невероятное давление на этот участок обороны.
Я лично возглавил оборону восточной стены, понимая, что здесь решается судьба всей крепости. Если противник прорвётся здесь, он получит доступ к внутренним дворам и сможет атаковать остальные стены с тыла.
Первая осадная башня приблизилась к стене под прикрытием лучников, которые обстреливали наши позиции с её верхних площадок. Конструкция была примитивной, но эффективной — деревянный каркас на колёсах, обшитый сырыми шкурами для защиты от огненных стрел.
— Баллистой по башне! — крикнул я расчёту справа от меня. — Целиться в основание!
Тяжёлый болт пробил деревянную обшивку, но башня продолжала движение. Противник явно учёл возможность таких атак и усилил конструкцию.
Между тем к стене прислонились первые лестницы. Длинные,