– Святки – энергетически зыбкая пора, – сказал он. – Особенно «страшная неделя» – с четырнадцатого по девятнадцатого января. На неё приходится пик временного пограничья, Алиса, поэтому она является самым волшебным периодом года. Грани реальности становятся тоньше, магия едва ли не клубится в воздухе. Если ты присмотришься, непременно увидишь это сама. В такие дни принято изготавливать мощные артефакты и варить сложные зелья. Травы, собранные и высушенные летом, к середине зимы достигают вершины своих магических свойств. В это время возможно всё, в том числе приоткрыть завесу грядущего. Впрочем, с этим надо быть осторожным. Иногда о будущем лучше не знать.
К словам Пети я привыкла относиться с максимальным вниманием, поэтому в квартиру русалок спускалась, настроенная на серьёзное мистическое действо.
И, как выяснилось, напрасно, ибо то, чем мы занимались, больше походило на весёлые девичьи посиделки.
Близняшки собрали нас в кухне, и первые полчаса мы развлекались тем, что пили вино (для настроения!), ели пирожные и моё печенье, а также болтали о всякой ерунде. Когда пирожные закончились, сёстры предложили перейти к гаданию.
Мы переставили остатки еды на подоконник и водрузили на обеденный стол необходимые для этого атрибуты: свечи, миску с водой, клубок шерстяных ниток, стопку чистых бумажных листков, набор шариковых ручек, пакетик с зерном, старый ключ и горсть мелких монет.
– Предлагаю начать с чего-нибудь попроще, – предложила Олеся, – а к серьёзному перейти потом, когда настроимся на нужный лад.
– Башмачок кидать на улицу будем? – деловито уточнила я.
– Думаю, не стоит, – усмехнулась Арина. – Если мы запустим ботинок с пятого этажа, наверняка кого-нибудь покалечим или убьём. Давайте лучше лить воск. Кто будет первой, девочки?
Суть первого гадания была проста, как рецепт яичницы. Каждая из нас по очереди зажигала свечу и осторожно капала растопленным воском в миску с холодной водой. Вязкие желтоватые капли постепенно складывались в рисунок, и нашей задачей было определить, что этот рисунок означает.
Русалки с этой задачей справились без труда. У каждой из них получилась картинка, чрезвычайно похожая на озеро, окружённое зарослями каких-то кустов. Близняшек это почему-то расстроило.
– Не видать нам в этом году повышения, девочки, – мрачно сказала Марина, сравнив свой «рисунок» с «рисунками» сестёр. – Снова будем сидеть в своих водоёмах, чистить ил и выращивать краснопёрок.
– Зато нас не уволят, – пожала плечами Алина. – В управлении, говорят, грядёт сокращение. Хорошо, что нас оно не коснётся.
Мне застывший воск выдал изображение, очень похожее на рогатую коровью морду.
– Корова означает изобилие, – заметила Арина. – Значит, год будет благополучным. Тут тебе и здоровье, и финансовая стабильность, и порядок в семье. Повезло.
Восковая картинка Олеси нас развеселила. Сначала желтоватые капельки соединились в два круга – широкий и узкий. Затем, повинуясь едва заметной вибрации, наплыли друг на друга и замерли в положении крест-накрест.
– Ну, и что это такое? – не поняла лесавка.
Я громко хихикнула.
– Это обручальные кольца, Олесенька. Похоже, скоро мы будем праздновать ещё одну свадьбу.
Лицо соседки стало растерянным, зато близняшки всплеснули руками и радостно засмеялись.
– Ты, кажется, говорила, что не собираешься гадать на замужество, да? – хитро подмигнула лесавке Алина. – Теперь жди сватов.
Олеся в ответ только смешно хлопала ресницами и задумчиво накручивала на палец прядь рыжеватых волос.
Потом русалки поставили на стол семь чайных чашек. В первую насыпали немного сахара, во вторую – соли, в третью положили монетку, в четвёртую – моё обручальное кольцо, в пятую – ключ, в шестую плеснули вина, седьмую оставили пустой.
– Теперь закрываем глаза, меняем сосуды местами и выбираем то, что будет ждать нас в этом году, – скомандовала Марина.
Мы подчинились. В итоге Олеся под общий хохот выбрала кольцо, я – ключ, символизировавший крупную покупку (должно быть, автомобиль – его приобретение мы с Петей обсуждали ещё в конце осени), а сёстры-русалки, все как одна, указали на чашку с монеткой, которая обозначала денежное благополучие.
Потом мы писали на бумажках желания и при помощи спички определяли, какое из них исполнится в ближайшее время. Вновь зажигали свечи и следили за танцем пламени на их фитильках.
Всё это было интересно и весело, однако создавало впечатление, будто мы занимаемся ерундой. Полученные предсказания, без сомнения, были настоящими, но при этом являлись такими мелкими и незначительными, что ни разу не соотносились со словами любимого мужа о страшной неделе, межвременном пограничье и зыбких гранях реальности.
Когда стрелки настенных часов показали половину десятого, близняшки отодвинули в сторону гадальные атрибуты и вручили каждой из нас небольшое круглое зеркало на устойчивой металлической подставке.
– Развлечений на сегодня хватит, – сказала Арина. – Пора заняться серьёзным делом. Думаю, мы уже настроились на нужный лад и готовы прикоснуться к туману времени.
– Что нужно делать? – спросила я.
– Надо выключить верхний свет, поставить зеркало на стол, зажечь рядом с ним две свечи и внимательно смотреть на своё отражение. Когда из твоей головы исчезнут все мысли, отражение изменится, и ты увидишь самое точное и самое важное пророчество этого года. Гадать надо в одиночестве, поэтому сейчас мы разойдёмся по разным комнатам. И да, главное условие: всё, что покажет зеркало, должно остаться только твоим. Об этом никому нельзя рассказывать.
– Иначе предсказание не сбудется? – улыбнулась я.
Девушки посмотрели на меня серьёзными взглядами и одновременно кивнули.
После этого русалки отправились в спальни, а Олеся – в ванную. Я осталась в кухне одна. Немного подумав, плотно закрыла дверь и выключила люстру.
За окном бушевала метель. Ветер выл, стонал и свистел, будто хотел навести на округу мистический ужас, а снежные хлопья стояли в воздухе белёсым маревом, утопившим в себе всю округу.
Атмосфера весёлых девичьих посиделок пропала, будто её и не было.
Я поставила на стол зеркало, зажгла свечи. По коже колкой иголочкой прошёлся мороз.
Шутки закончились. Начинается настоящая магия.
Я глубоко вздохнула и пристально вгляделась в своё отражение. В свете свечей моё лицо казалось бледным и взволнованным. По спине гуляли мурашки, а в голове то и дело возникали слова Белецкого о будущем, которого лучше не знать.
Несколько первых минут я с тревогой рассматривала прозрачную глубь, а потом начала успокаиваться. Вой ветра постепенно становился тише, пока совсем не смолк. Мысли превратились в невнятный шёпот. А моё отражение вдруг начало меняться.
Лицо сильно вытянулось и немного потемнело. Лоб стал шире, скулы острее, а губы уже. Короткие рыжие волосы превратились в чёрный водопад и разметались по широким плечам. В глазах зажглись красноватые огоньки.