Время потянулось так медленно, будто и вовсе застыло, а вой все продолжался и продолжался. Меня затрясло от ужаса, и слез потекли по щекам.
— Саймон, — шелестел хор из женских голосов. — Саймон, мы пришли за тобой!
— Еще добавить? — голос Ллойда звучал неумолимо, будто он палач, а не магистр академии. — Или ты отпустишь Рауфа, или я из тебя жаркое сделаю!
Крик Коллекционера захлебнулся и стих, и я осторожно посмотрела сквозь пальцы, надеясь, что не увижу ничего страшного.
Тело декана обмякло, голова безвольно запрокинулась, ворот футболки был разорван, и на груди горел ожог в виде человеческой ладони.
Странное движение привлекло мое внимание, и я пристально всмотрелась чуть выше, не понимая, что это такое.
Полупрозрачная субстанция поднималась к потолку, переливаясь бледно-голубым цветом, то сжимаясь, то расправляясь, будто пульсируя.
Смелая догадка пронеслась в голове, и я поспешно прокричала, указывая пальцем:
— Он вышел, я вижу его! Вот он!
Глава 66
Ректор посмотрел в том направлении, куда я указывала, и нахмурился.
— Я ничего не вижу, — отрывисто произнес он, вглядываясь в потолок. — А вы?
Ллойд с Блейком пожали плечами и уставились на меня в ожидании.
— Вот он! — возбужденно ответила я, не сводя глаз с пульсирующей субстанции, которая медленно проплывала под потолком. — Он пытается добраться до комнаты, в которой лежит его тело!
— Так, я его не вижу, поэтому направляй меня, — потребовал магистр, поманив меня пальцем, — где он прямо сейчас?
Я подбежала ближе, вытянула руку и обвела то место под потолком, где находилось сущность Коллекционера. На ладони Ллойд вспыхнул огненный шар, и он метнул его вверх так быстро, что я даже ойкнуть не успела.
Пламя сплющилось, наткнувшись на субстанцию, и растеклось по ней, заключая в огненную ловушку.
— Попался, гаденыш! — едко усмехнулся магистр. — Сожжем его?
Сущность Саймона судорожно билась внутри огненного шара, пытаясь выбраться, и в голове вдруг закричал знакомый голос, который я слышала, когда готовилась бежать из академии: «Алиса! Не позволяй им так поступить со своим отцом! Я — единственная семья, которая у тебя осталась!»
Я рухнула на колени, зажимая уши и тяжело дыша. Как же я могла тогда подумать, что это мой внутренний голос? Этот гад нарочно внушал мне мысли о том, что я должна бежать, чтобы выманить и расправиться!
— Что с тобой? — декан Блейк оказался рядом, напряженно всматриваясь в мое лицо.
— Он кричит внутри моей головы, — простонала я, всхлипывая. — Это ужасно!
Ректор стремительно прошагал мимо и принялся обшаривать ящики и полки.
— Нам нужна какая-нибудь емкость с плотной крышкой, — торопливо пояснил он. — Я смогу запереть его в ней, и тогда мы сможем передать его в руки правосудия, чтобы он ответил за свои преступления.
Я напряженно огляделась в поисках чего-нибудь подходящего. Голос внутри бился в истерике, крича, что я неблагодарное дитя и непременно пожалею о том, что предала своего отца. Блейк поддерживал меня все это время за плечи, и от этого становилось легче.
— Вон что-то похожее стоит, — пробормотала я, указывая на шкафчик. — Подойдет?
Ллойд ловко выхватил с самой верхней полки стеклянную бутылку с широким горлом, заткнутым деревянной пробкой.
— Отлично, — обрадовался ректор. — Эйден, тащи его сюда, упакуем со всем уважением!
Я устало прислонилась к плечу Блейка, глядя, как магистр мановением руки заставляет огненную ловушку скользнуть внутрь емкости. Ректор ловко заткнул ее пробкой, вдавив с такой силой, что стало страшно, что стекло не выдержит и треснет.
Вопль в голове стал тише, пока не замолчал совсем, и я облегченно выдохнула.
— Ну вот, — удовлетворенно засмеялся Ллойд, встряхивая бутылку, — достойный конец великого и ужасного Коллекционера!
Сущность внутри билась о прозрачные стенки, то вытягиваясь, то сжимаясь, и наблюдать за этим было жутко.
— Пробка не вылетит? — обеспокоенно спросила я.
— Нет, — ответил ректор. — Я запечатал ее куполом, который удержит ее на месте, что бы ни произошло. Так что можешь расслабиться, все кончено.
— А декан? — встрепенулась я, вскакивая на ноги. — Что будет с ним?
Тело Рауфа оставалось неподвижным. Глаза закрыты, лицо бледное, руки безвольно свисают вниз, и ужасный ожог на груди, который наверняка причинял жуткую боль.
— Почему он не приходит в себя? — всхлипнула я, растерянно глядя на ректора. — Коллекционер же покинул его тело!
Страшная мысль появилась в голове, но я тщательно гнала ее прочь. Декан сильный, он справится и обязательно ко мне вернется!
— Сейчас узнаем, — выдохнул ректор, подходя к Рауфу. — Присмотрите за бутылкой!
Он осторожно обхватил голову декана и закрыл глаза. Его лицо напряглось, и я едва могла дышать, с ужасом ожидая вердикта.
— Только не говорите, что он… — прошептала я, заливаясь слезами. — Я не вынесу этого!
Рыдания рвались из меня, не давая дышать и заставляя трястись с такой силой, что зубы выбивали дробь.
— Тише, — шепнул Блейк, привлекая меня к себе. — Дай ректору сделать свою работу, не отчаивайся раньше времени.
Я судорожно вцепилась в его рукав, стараясь успокоиться и судорожно всхлипывая.
— Небольшая проблемка, — наконец произнес ректор, открывая глаза. — Рауф жив, но…
— Что? — выдохнула я, всматриваясь в его лицо. — Говорите, что не так?
— Помнишь, Коллекционер говорил, что запер его в ментальной клетке и показывал ему картинки, в которых он убивает тебя?
Я кивнула, не понимая, к чему он клонит.
— Рауф не хочет возвращаться, — нехотя продолжил ректор. — Он считает, что ты мертва от его руки, и это сводит его с ума!
Глава 67
— Но я же здесь, живая! — отчаянно воскликнула я. — Нам надо как-то ему сказать, что все закончилось!
Я понятия не имела о том, что вообще делает ректор. В самый первый день в академии, когда они с деканом тестировали мой дар, Райс закрыл часть своего кабинета прозрачным куполом, чтобы защититься от последствий моей магии.
Но сегодня он каким-то образом смог пробраться в сознание Коллекционера, а потом и Рауфа, чтобы вытащить оттуда информацию. Ведь не просто так Блейк создал иллюзии в виде девушек, погибших от руки Саймона! А перед этим он ухватился за руку ректора!
Кажется, чем больше я пыталась в этом разобраться, тем больше я запутывалась.
Однозначно, надо что-то делать, но что? Как докричаться до человека, который верит в то, что я умерла, и не желает выходить на связь?
— Господин ректор, вы ведь можете до него достучаться? — тихо спросила я, с надеждой глядя на его мрачное лицо. — Я не поняла,