— Я распоряжусь, чтобы вам приобрели все необходимое, — он ответил немедленно, даже не отрываясь от просмотра очередного документа, — Просто составьте подробный список, и мои люди все доставят.
— Нет, вы не совсем поняли, — покачала головой, чувствуя, как нарастает легкое раздражение, — Я бы желала выбрать все лично. Я всегда отбираю ткани, нити, кружева и ленты самостоятельно, полагаясь на тактильные ощущения и интуицию... — запнулась, встретившись с его взглядом, и отчего-то смутилась…
— Не думаю, что это хорошая идея, учитывая ваше состояние.
— Мое состояние? — во рту пересохло, а ладони задрожали.
— Да, — опустил пояснения, невероятно зля, — Я не могу вас сопровождать. Эту неделю я слишком занят.
— Можно попросить кого-то из слуг сопроводить меня, — не сдавалась, чувствуя, как внутри закипает непонятный, упрямый протест.
— Это неразумно и преждевременно, — отрезал мужчина, и в его тоне зазвучало легкое, но заметное раздражение, — Они еще не обучены в должной мере заботиться о вас в городской суете. Думаю, мы отложим этот вопрос на неделю-другую. Более того, я бы хотел предварительно пригласить сюда одного специалиста, чтобы он...
— Я бы настаивала… — почему-то меня задел его категоричный отказ, что даже не стала слушать о его специалисте, не спрашивая подробнее, хотя это было наверняка важнее моего похода на рынок.
Взгляд Фредерика потяжелел, даже у отца он был более светлый, или просто я знала как с ним общаться, а тут…
— Отчего такая внезапная и неуместная спешка, Александра? — его голос соответствовал тяжелому стальному взгляду, — Не из-за того ли, что вы надеетесь встретить на рынке... определенного человека?
— Что?! — щеки стали пунцовыми, — Нет! Конечно, нет! — Фредерик точно имел в виду Генри! Его вопрос застал меня врасплох, я совершенно не ожидала подобного.
— Я прекрасно понимаю, что у нас запланирован брак сугубо формальный, фиктивный, — он продолжал холодно, отчеканивая каждое слово, — Но я бы хотел, чтобы, даже будучи моей номинальной женой, вы не портили репутацию ни себе, ни мне, ни этому дому. Слухи распространяются быстро, что может повлиять на достоверность заключенного союза, чем может воспользоваться Минерва.
— Это абсолютно не так, как вы думаете! — ответила я, собрав все свое самообладание в кулак и стараясь говорить максимально твердо и убедительно, чтобы он не усомнился в моих словах.
Он изучающе смотрел на меня несколько томительных секунд, его пальцы все так же ритмично барабанили по столу.
— Хорошо, — наконец произнес он, и напряжение немного спало, — Тогда я готов предложить вам компромисс. Если вам так уж необходимо лично выбрать материалы, вы можете поехать сегодня со мной на мое предприятие, на склад. Уверяю вас, наши ткани ничуть не уступают, а во многом и превосходят по качеству товары местных конкурентов. Вы сможете выбрать все, что посчитаете нужным, под надежным присмотром.
Я молчала, закусив губу. Мы еще не успели даже заключить союз, а он уже ограничивает мою свободу. Умом я понимала, что ничего такого, но во мне проснулось непонятная упертость и бунтарство. Мне захотелось спорить, доказывать, что я еще что-то могу решать сама.
Я медленно выдохнула, заставляя себя успокоиться. Я вспомнила, что так было всегда, когда мы с Фредериком сталкивались в прошлом. Именно эта его манера — безапелляционная, подавляющая — и заставляла меня испытывать к нему неприязнь. Но сейчас ситуация была иной.
Сейчас мне нужно быть благодарной ему и научиться гасить эти эмоциональные вспышки в его адрес. Мы были слишком разными, но нам предстояло прожить под одной крышей целый год. И начинать эту жизнь с конфликта из-за такой ерунды было верхом глупости.
— Хорошо, — сдавленно произнесла, опуская глаза и смиряясь, хоть это и стоило мне немалых усилий, — Я принимаю ваше предложение. Поездка на ваш склад... будет вполне достаточной. Спасибо.
ГЛАВА 10
АЛЕКСАНДРА
Это было так стыдно. Стыд пожирал меня изнутри, горький и едкий. Я прекрасно знала, что виновата.
Тогда мне казалось, что любовь выше всего, она способна оправдать все и вся. Что она важнее условностей, важнее мнения отца, важнее здравого смысла. Генри был моим лучиком света, я верила в его искренность и чувства, считая, что отец заблуждается на его счет. А теперь эти воспоминания жгли меня, как раскаленное железо.
Так тяжело было даже допускать эти мысли, не то что говорить о них вслух. Но оказалось, что услышать о своем легкомыслии и ошибке от другого человека — от того, кто видел последствия, — было в тысячу раз больнее.
Я подкатила коляску к окну. Дождь не утихал. Море было скрыто пеленой воды и тумана. Идеально подходящая погода к моему настроению.
Я была в своей комнате и ждала поверенного. Сегодня мы заключим брачный договор.
В дверь постучали. Вошел Барт.
— Мисс Рудс, поверенный прибыл. Мистер Демси просит вас в библиотеку.
Сердце ушло в пятки. Вот и все. Точка невозврата.
Библиотека оказалась самой теплой комнатой в доме. Здесь пахло старыми книгами, кожей и кофе. Фредерик стоял у камина, беседуя с немолодым, подтянутым мужчиной в безупречном костюме — мистером Эктором, его поверенным.
— Александра, — кивнул Фредерик, его лицо было невозмутимым, будто утреннего раздора и не было, — Это мистер Эктор. Он все объяснит.
Документ лежал на столе. Толстый, в кожаном переплете.
— Мисс Рудс, — начал поверенный вежливым, безличным тоном, — Контракт составлен в соответствии со всеми нормами магического и светского права. Так как вы являетесь магически несовершеннолетней, то на основании соглашения вашего покойного батюшки и мистера Демси, мы сегодня заключим брачный договор, расторгнуть который вы сможете самостоятельно только при достижении вами двадцати лет. Вы это понимаете?
— Да, — кивнула.
— Хорошо. Тогда продолжим.
— Вы понимаете, что вашим опекуном становится мистер Демси, он распоряжается вашим имуществом и будет принимать решения относительно вас? Иначе законом этот брак может быть расценен как обход опеки.
Я внимала каждое его слово, но ужасно волновалась, боясь что-то не понять.
— Мистер Демси мне поведал вашу ситуацию, но условия, которые он мне озвучил, оспорит любой адвокат в суде и вернет вас под опеку миссис Рудс.
Я посмотрела на Фредерика, мысленно воспрашивая о чем говорит его поверенный.
— Не беспокойтесь, Александра, — голос Фредерика прозвучал спокойно, — Наши договоренности остаются неизменными. Но мы вынесем пункты, касаемо вашего наследства, в дополнительное соглашение. А основной договор будет стандартный, так как мы должны сделать этот союз абсолютно безупречным с юридической точки зрения. Никаких упоминаний о временном характере или особых условиях.
Мистер Эктор одобрительно кивнул, поправляя очки.
— Совершенно верно, — подтвердил поверенный, — Брачный контракт должен быть составлен