— Теперь я уже начинаю нервничать.
— На тему?
— С такой полезной подругой ты генерала сто процентов срежешь.
— Я пока не нагулялась. Когда захочу замуж и остепениться, тогда и займусь конкретным поиском. Но пока рано, — беззаботно отмахивается Хуан Цзяньру. — И, возвращаясь к нашему разговору о детях. Мало того, что от пятидесятилетнего мужчины статистический шанс зачать и родить здорового ребёнка объективно ниже, так ещё далеко не каждый в этом возрасте вообще физически может его заделать. Веришь?
— Не сталкивался.
— Постоянный стресс, годами на работе, возраст, нездоровый образ жизни… всё это сказывается на мужском репродуктивном потенциале.
— Тогда почему ты всё равно рассматриваешь этот вариант? Если сама знаешь о потенциальных проблемах?
Хуан бросает на меня изучающий взгляд:
— Потому что я знаю, как их можно избежать. Возможно, мне для рождения здорового ребёнка потребуется другой мужчина, помимо официального мужа. Сообразишь сам или называть все вещи своими именами вслух?
Моё лицо становится каменным. Я останавливаюсь посреди тротуара:
— Ты меня на роль биологического отца рассматриваешь⁈
— А что? Испугался? — насмешливо. — Не переживай раньше времени, алименты платить тебе точно не придётся, можешь выдохнуть.
— Да я не об алиментах, а в целом о всей ситуации.
Хуан тянет меня за локоть, я сдвигаюсь с места.
— Хорошо, давай максимально откровенно. Вопрос не самой близкой перспективы, раз. Если бы реально дошло до такого сценария, как ты понимаешь, я бы тебя, даже такого супер многообещающего и перспективного, к своему родившемуся ребёнку вообще близко не пускала бы, два. Официальным отцом у него был бы записан генерал, мой законный муж. Всё чисто и законно. Но сейчас вопрос к тебе, Лян Вэй — ты не прекратил бы со мной встречаться только лишь потому, что я вышла замуж за другого мужчину, если я тебе действительно нравлюсь как женщина?
— Какой дурак откажется на моём месте? Вопрос лишь в том, насколько это безопасно для тебя, как для законной жены представителя высшего генералитета. Слишком большие риски для карьеры. И не только.
— За меня не переживай, я не маленькая девочка, всё под контролем, — уверенно кивает Хуан. — В мои годы даже биологического отца будущего ребёнка начинаешь заранее планировать и выбирать. А иногда, в определённых ситуациях, отцов у одного ребёнка может быть двое с разными функциями. Говорю тебе сейчас как абсолютно прагматичная современная китаянка и человек на своей должности.
— Страшная штука жизнь, — расфокусированно смотрю сквозь асфальт под ногами.
— Самая обычная жизнь, — возражает спутница. — Один мужчина — тот, на котором всё юридически, кто обеспечивает статус, социальный зонтик. У него есть бонус — молодая, активная, умная, интересная женщина тоже не из простых. Держим в голове разницу в возрасте: на её благосклонность он в силу возраста не сильно-то и рассчитывать должен.
— Хм.
— А второй — тот, кто является биологическим отцом с хорошей генетикой для зачатия крепкого ребёнка.
— Страшная штука жизнь.
— Если ты буквально против-против и твои жёсткие принципы строителя коммунизма тебе не позволяют… в любом разрезе — дай знать, — в ухо горячим воздухом врывается ироничный шёпот. — Ну у тебя и физиономия, а-хах.
Глава 6
На следующий день.
Жилой комплекс «Изумрудные сады». Северный район Пекина.
В указанном Бай Лу адресе меня ждал один из новых элитных жилых комплексов, которые в последние годы активно строятся в северных районах Пекина для состоятельных покупателей — высокопоставленных чиновников, бизнесменов, руководителей крупных государственных корпораций и знаменитостей.
Комплекс окружён высокой бетонной стеной метра три, облицованной светлой плиткой. Сверху — металлическая решётка с острыми пиками и камеры видеонаблюдения.
Останавливаюсь у ворот и набираю номер Бай Лу:
— Я у входа. Может, выйдешь?
— Во-первых, поднимайся в квартиру, я предупредила охрану. А во-вторых, хоть скажи — сработал твой план или нет? Не зря я всё бросала и ехала к тебе?
— Не зря. На станции «Гуомао» меня приняла группа полицейских. Позади них был куратор из безопасности. Провели полный обыск при понятых, но, естественно, ничего не обнаружили. Спасибо тебе огромное, что подстраховала.
— Поняла. Значит интуиция не подвела, — удовлетворённо отвечает Бай Лу. — Ладно, скажи на входе, что идёшь ко мне. Тебя пропустят.
Связь обрывается. Я убираю телефон в карман и направляюсь к застеклённой будке.
Один из охранников, мужчина лет сорока с типичным непроницаемым лицом, коротко кивает через окно:
— К кому направляетесь?
— Бай Лу, второй корпус, квартира сто седьмая.
— Да, нас предупредили. Возьмите временный пропуск, — протягивает через окошко пластиковую карту. — Проходите на территорию.
Щёлкает замок. Я забираю пропуск и прохожу внутрь.
Широкая асфальтированная дорога ведёт вглубь территории. По обеим сторонам — аккуратные газоны, ряды тополей и ив, подстриженные кусты. Справа — небольшой искусственный пруд, вокруг которого дорожка, скамейки, декоративные камни. Всё выглядит ухоженно и дорого — явно здесь работает целая команда садовников.
Нахожу второй корпус, подхожу к стеклянной двери и прикладываю пропуск к считывателю — загорается зелёный индикатор и дверь открывается.
Минуя зону ожидания с кожаными креслами и журнальными столиками, направляюсь к лифтам.
Вокруг ни души, в холле приятная тишина.
Средний лифт открывается мгновенно после нажатия кнопки вызова. Захожу внутрь кабины и выбираю нужный этаж на сенсорной панели.
Двери закрываются, лифт плавно начинает подъём.
Выхожу и шагаю по светлому коридору, подмечая свежий запах недавней уборки. Весь комплекс выглядит так, будто его только что сдали в эксплуатацию — всё новое, чистое, блестящее.
В конце коридора внимание привлекает большое панорамное окно от пола до потолка с великолепным видом на город. Рядом с окном в больших керамических горшках — свежеполитые пальмы.
Через несколько секунд раздаётся тихий щелчок открывающегося электронного замка.
Однако вместо Бай Лу на пороге меня встречает незнакомый мужчина средних лет со знакомыми чертами. Те же высокие скулы, тот же разрез глаз, та же форма подбородка. Сходство очевидно — это её отец.
Он молча распахивает дверь шире, жестом приглашая внутрь квартиры. За его спиной, чуть сбоку, стоит Бай Лу с нечитаемым выражением лица.
Закрываю за собой дверь.
— Молодой человек, уделите несколько минут, пожалуйста, — обращается ко мне отец Бай Лу поставленным голосом человека, привыкшего выступать перед публикой.
Как будто в этой ситуации у меня есть выбор.
— Без проблем, я никуда не спешу.
— Пройдёмте на второй этаж, в кабинет, — предлагает он. — Чаю или кофе?
— Нет, благодарю.
Бай Лу лишь молча провожает нас взглядом, оставаясь на первом этаже квартиры.
Мы входим в кабинет — просторную комнату метров двадцать пять с высоким потолком. Массивный письменный стол из